Миша

Нянька моего маленького племянника уехала на праздники в деревню. А потом позвонила оттуда и сообщила, что приболела, типа задержится. «Болеет» до сих пор. То, что «проболеет» она весь январь, прихватив часть февраля, можно было спрогнозировать изначально, глядя, как она собиралась с хитрой деревенской физиономией, так сказать, в явном предвкушении длительного респираторного заболевания.

Невестка и брат в ее отсутствие совсем закрутились, дела их – в целом такие же как у всех. Достаточно лишь представить вдобавок к своим делам – небольшого роста проблему, которая совершенно не сидит на месте, постоянно что-то расшвыривая, выкручивая, добираясь до истины, приставая с расспросами. Когда этой проблеме надоедает все предыдущее, она просто вооружается палкой и колотит по чему попало, приходя в восторг от реакции окружающих.

Потому, раз уж выдалось у меня тут немного времени, с утреца мне привели небольшого говорящего мужичка с ноготок. Миша – поздний долгожданный ребенок, последыш огромного казачьего рода, почти полностью погубленного в наши замечательные «истогические пгеобгазования». Большей частью, конечно, мои родственники полегли в войну, а после так и не смогли восстановить прежнюю численность.

Миша лукаво улыбается мне из-под капюшона, обмотанного пушистым шарфом, пока я выслушиваю наставления его мамы на счет режима дня. Он отлично знает, что как только его мама от него сбежит, мы установим свои режимы, вернее, он нахально навяжет мне свой режим вместе с диктатурой. Пока я помогаю выпутаться ему из одежды, на довольной физиономии маленького сатрапа нарисована нехитрая мысль о том, что я на целый день в его полном распоряжении.

Ни о каком моем педагогическом влиянии на этого фрукта речи не идет. Еще неизвестно, кто на кого влияет. Поэтому он ехидно хмыкает на мое обещание его маме, что я проявлю в отношении ее отпрыска твердость и непреклонность в навязывании режима.

Наконец, Миша вылезает из стеганых штанов на лямках и довольно оглядывает мои владения с видом колониального захватчика. Коты опасливо сбились в угол дивана, собаки у меня эту зиму не живут, младшая дочь в школе, поэтому Миша разочарованно присвистывает – подданных на сегодня маловато. Но все шкафы в его распоряжении, поэтому Миша без лишних разговоров идет на кухню за табуретом, чтобы начать погружаться в содержимое полок.

После позднего завтрака в нарушение режима мы часто гуляем с ним там, где когда-то нравилось гулять мне самой, приблизительно в его возрасте, и говорим о жизни. Миша поражает философским размахом обобщений. Пока маленький человек не попал в коллектив и прочно не влип в колею нашей российской текучки - анализ в нем проистекает на уровне лучших образцов человеческой гениальности.

Общение немного отравляет лексика, почерпнутая Мишей от своей деревенской няни, вполне приятной дамы средних лет с мальчишеским именем «Саша». Сколько раз с ней говорили по поводу – Саша упорно отрицает, что матерится при ребенке. Возможно, это происходит у нее неосознанно. Как-то я подкараулила ее с тарелкой борща, когда она смотрела новости по телевизору. Няня пялилась в экран, застыв с приподнятой ко рту ложкой, а в качестве реакции на происходящее в стране – из нее на автомате сыпалась самая забористая матерщина.

- Да тут ё…ся в натуре с таких, млять, новостей, - тут же вступился за няню Миша, старательно загораживая проход к своей воспиталке, видя, как я набрала побольше воздуха, чтобы заорать на его питающуюся возле телевизора няньку.

Дома он любит обедать, предварительно символически накормив всех плюшевых медведей, собак и котов, с удовольствием почмокав за них губешками. У меня в гостях он пытается принять участие в процессе приготовления пищи, подкармливая пробегающих мимо животных. По его придиркам и замечаниям чувствуется, что эта новоявленная Арина Родионовна вовсю использует его посильную помощь на кухне, делясь секретами своего мастерства с моим простодушным племянником.

- Ты неправильно капусту режешь, давай покажу! – заявляет мне под занавес кулинарной биографии молодой паренек, подтягивая к себе огромный хлеборез. Положительным моментом его команд и распоряжений является утешительный вывод, что в период кулинарного священнодействия они с няней все же не матерятся.

Думаю, пока они готовят обед, им просто некогда. Но тут же выясняется, что с няней они уже обсудили и мой стиль жизни, придя к неутешительным выводам. Саша забирала его несколько раз от меня. Миша изо всех сил старается смягчить ее нелицеприятное мнение обо мне, но, чувствуется, ему хочется сообщить разного рода интересные умозаключения няни – как бы от самого себя, чтобы набить себе цену в моих глазах. Видно, эта «подруга дней его суровых», в отличие от меня, пользуется у Михаила твердым авторитетом. Который она зарабатывает, в том числе, и за мой счет.

- Теть Ир, как ты можешь так обедать? У тебя ж коты по столу ходят! – не выдержав, радостным голоском вставляет Миша главную нянькину претензию. Самому ему тоже нравится, когда коты важно проходят через стол к широкому подоконнику, где мы с ним выставляем приготовленный для них обед. Это отчетливо видно по его счастливой мордашке, когда он тайком пытается только что вымытыми руками поймать одного из них за хвост.

Коты не обращают на нас никакого внимания, но свой хлеб отрабатывают вполне, не выпуская когтей и громко муркая на каждую попытку Миши включить их в свои игры.

- Миша, они не могут есть на полу, там у них собаки все съедят, они привыкли на окне кушать, - оправдываюсь я, понимая, что действительно как-то запустила свой быт, совершенно не рассчитанный на гостевание сравнительно небольшого ребенка.

- Ты у нас окошатилась и особачилась, как сволочь! – с удовольствием подытоживает Миша неподражаемым тоном няни Саши, кидая котам надкусанную котлету. Наверно, это так и выглядит с житейской точки зрения, бытующей в нашей деревенской провинции. Поймаю я еще эту Сашу-наставницу, дождется она у меня.

* * *

Гулять мы идем к заводской однопутке, где еще иногда проходит заводской паровозик. Когда-то я уходила сюда с куском хлеба пешком, чтобы часами сидеть там пригорке. И подобные концы за расстояние не считала. Теперь мы добираемся с Мишей на машине, мне очень хочется показать ему паровоз. Поэтому мысленно прошу всех, от кого это может зависеть, прогнать паровозик хотя бы в самый последний раз. В детстве он напоминал мне «Паровозик из Ромашкино». Раньше я могла прижмуриться и увидеть его точь-в точь как в мультфильме, - с фарами-глазками и ротиком.

Нам везет, паровоза мы ждем не так уж долго, хотя нынче это почти фантастика. Будто паровозик кто-то выпустил, зная, как мне надо показать его Мише. На фоне заснеженных елок этот скромный паровозик выглядит сказочным чудом. Как хорошо, что еще не до всего дотянулись вороватые ручонки моих милых соотечественников. Я успела все же показать Мише настоящий паровоз, пока еще не сданный китайцам на металлолом.

Мало того! Специально для Миши паровозик вдруг напыжился и засвистел, и из его трубы повалил густой дым. Даже мне раньше не всегда удавалось полюбоваться на такое чудо. Миша вздрагивает, не отрываясь от потрясающего зрелища. Впечатление несколько отравляет его реакция, сразу же возвращающая меня к реальности.

- П*здец, опять какие-то суки паровоз взорвали, - зачарованно шепчет у меня на руках Михаил, которого я приподняла для улучшения обзора, тыча ручонкой на густые клубы дыма.

* * *

На обратном пути Миша начинает нервничать. Обычно он все же покидает меня не с пустыми руками. Хотя просить очередной подарок ему неловко, но он видит, что мы без традиционных остановок проезжаем два хорошо знакомых ему игрушечных магазина. Моя недогадливость начинает его доставать.

Миша с грустью смотрит в заднее окно, как все ему известные игрушечные магазины остаются далеко позади. Он начинает понимать, что впереди ничего хорошего его не ждет.

Няня не раз неодобрительно говорила ему, что тетка его балует нарочно. Возможно, он даже сам соглашался с мнением няни о моей непрактичности. Но я все же авторитет зарабатываю пусть игрушками, но не за ее счет. Хотя тоже могла бы обсудить эту идиотку с племянником. В особенности, когда она допытывается у пацана, кто и за что убил кого-то в детективах, которые они вместе с ним смотрят по ДТВ. Когда детектив идет более часа, Саша напрочь забывает всю запутанную цепочку событий, слушая с разинутым ртом пересказ всей фабулы Эркюлем Пуаро или следователем милиции.

Если она не успевает с кухни или от телефона к краткому заключительному синопсису раскрытого преступления и фильма в целом, Миша докладывает ей все, как он запомнил. Саша волнуется, переспрашивает, раздражается… а потом резко теряет интерес, замыкаясь в себе. У меня складывается впечатление, что ее девизом в познании окружающего мира давно является лозунг «Ни дня без убийства!» Сложно не заметить, что Саша явно испытывает удовлетворение от бесконечной череды телевизионных убийств.

Миша тоже пытался мне пояснять происходящее в телевизоре нянькиными сентенциями: «Вот он же сам жене изменял, его и убили!.. Она же сама одна в такой большой квартире жила – ее и убили!.. Так правильно, она сама же с чужим мужем путалась – ее и убили!.. Видишь, сколько он сам денег натырил, конечно, такого убьют в первую очередь!»

* * *

…Новый года давно наступил, да и подарок от меня, строго говоря, Миша получил еще к декабрьскому снегопаду, не считая по мелочи. За санки с рулем он уже меня поблагодарил в своей сермяжной лексике. Про то, как все во дворе от его санок… того. Включая пояснения Саши соседкам про то, как тетя от племянника «откупается».

На Новый год я уговаривала племянника перестать материться, говоря, что у меня куда больше причин для мата, чем у няни Саши, но я этого не делаю из принципа. В самых безвыходных ситуациях можно сказать нейтральное «епсель-мопсель», почти волшебные слова, как у Оле-Лукойе. Тот тоже не матерился, а говорил волшебные слова типа «трах-тарах» или «крибель-грабель». Миша засмеялся и тут же вставил… нечто типа «плябель». По-моему, его увлек процесс словотворчества, он это не со зла. Но заходить с ним в гости становится все труднее. И, как показало явление заводской кукушки, все эти уговоры – до первого эстетического потрясения молодого организма.

А между тем Миша поджимает трясущие губенки, а глазки у него уже на мокром месте. Такой подлости от меня явно не ожидал. На его жалкой скучной мордашке уже читается готовность продать свою родственную любовь совсем за недорого, хоть за китайскую пожарную машинку. Лишь бы с пустыми руками домой не явиться, предвкушая очередные нянькины сентенции. Типа, раз тетка ничего не подарила… вот ее и убили.

* * *

…Отношения с Мишей у нас складывались непросто. Впервые мы столкнулись с ним всерьез и надолго, когда мне его сунули засыпающим, но капризничающим уже в полуторагодовалом, практически зрелом возрасте. Нет, он и раньше меня видел, но внимание на моей особе не фокусировал. Но, когда понял, что мать сбежала, а его оставила укладываться спать с какой-то «тетей», то с новыми силами заорал так… что мгновенно довел меня до исступления. Все же мои девицы уже так не орали. Да и его папочка, сколько я его помню, ни разу с полугодовалого возраста не рисковал устраивать мне подобный ор.

Конечно, мне бы очень хотелось врезать ему. И я почти была готова прибегнуть к тому, что все правозащитники назвали бы «карательной педагогикой». Потому что уже осипла, пытаясь прокукарекать какие-то забытые колыбельные. С трудом вспомнила про котика-баюна и как «дед ушел за рыбою». Но племянник орал, как сволочь.

Последним усилием я взяла себя в руки и сказала не столько Мише, сколько себе самой: «А ведь все равно здорово, что сейчас такой Миша рядом орет. Вот как, блин, без такого Миши было погано… И в целом этот Миша - самый прекрасный Миша на свете. Ну, конечно, орет… легкие развивает. Не будет орать, не вырастет большим, как папа… Папа у него тоже орал. Все орет, бывало, орет… Пока по заднице не дашь – сам ведь не заткнется. А разве папа у Миши плохой вырос? Да замечательный! Потому чего ж и Мише не поорать… На свои орем, не на кредит Сбербанка…»

Не помню, когда Миша резко прекратил орать, но мы с ним тогда хорошо вдвоем придавили. Где лежали, там и проснулись уже, когда за ним папа заехал. И даже сейчас, укладываясь спать, Миша просит сказать ему перед сном несколько теплых слов про то, какой он замечательный, и как у него папа всегда орал на свои, а не на заемные. Про котиков и рыбку он попросил меня не надрываться, поскольку Саша в качестве колыбельной воет ему на разные голоса куда более содержательные песни: «Я к вам приехал из Дебес! Вам песню новую привез! У нас все девки…» и т.д. Городской шансон местного разлива.

* * *

…Мы подъезжаем к магазину «Сад и дом», где я наметила воспользоваться зимними скидками и приобрести с Мишей всяких животных для ландшафтного дизайна. Миша, старясь скрыть разочарование, придирчиво рассматривает уток для ландшафтных прудиков, а я нарочно громко восхищаюсь ассортиментом, чтобы говорить за него. Поскольку вполне сыта его обсуждением говорящих плюшевых котов, которых мы выбирали ему осенью на день рождения. После этого я твердо себе пообещала ничего с ним ничего не выбирать и сворачивать шопинг за 15-20 минут.

Мне тогда понравился голубой плюшевый кот в полосочку, который читал стишок следующего содержания:

Я валяюсь на траве,
Сто фантазий в голове.
Полежи со мною вместе,
Будет их не сто, а двести!

Миша подозрительно выслушал предложение голубого кота… а потом объяснил хорошенькой молодой продавщице, что все эти… голубые могут себе нафантазировать. Именно так, как могут иной раз сказать обо «всяких пидарасах» наши деревенские миссис Совершенства и мисс Идеал.

Мне пришлось в спешке быстро отбить у ошалевшей продавщицы серенькую кошечку, что-то певшую на английско-китайском.

Все голубое и нетрадиционно ориентированное… у нас с Михаилом достаточно болезненная тема. У него есть дальняя родственница, постарше на полгодика, с которой Мише достаются разные фирменные шмотки. Короче, есть такая Ксюша, дочка двоюродного брата Мишиной мамы, у которой и пеленки были от Кензо. Платьиц она не носит, Миша донашивает ее джинсовые комбинезоны, свитера и пальтишки.

Вообще я эту малолетнюю озлобленную гадину совершенно не выношу. Как с ней, по доброте душевной, общается Михаил … не знаю. Свою родную бабушку она иногда называет тепло и по-родственному – «старая вонючка». У нас с Мишей табу на все, что такое может сказать обо мне. Девочка с младенчества растет среди прислуги. Причем все люди не деревенские, с высшим образованием. Но ребенок озлоблен до невероятной степени. И… реакция на все - весьма далека от адекватности. Она не матерится, но у нее уже сформировался грязный и хамский образ мыслей. Хотя о такой кнопке, наверно, грех говорить такое, но это уже испорченный до конца человек.

Мне и жаль ее! Потому что как-то меня попросили довезти их вдвоем с Мишей на дачу к бабушке, а по дороге позвонили на мобильный, попросив завезти Ксюшу в ресторан – накормить супчиком. Ребенка в три часа дня еще не кормили! А голова у этого кусучего царапающегося ребенка в фирменных шмотках – в колтуне, потому что его забывают и выкупать.

Все шмотки после единственной дочки нашего богатого и преуспевающего родственника мы тщательно отмываем и стараемся пропарить. Потому что не знаешь, какую тряхомудию можно подхватить от нового поколения «мамонтовых-рябушинских». Но ведь дети так быстро растут в этом возрасте, искренне жаль выбрасывать свитерок от Гуччи или какие-то мудреные джинсики с собачкой на кармашке. Состояние самих вещей после Ксюши… вызывает одно недоумение. В шикарном особняке, где она проживает, все-таки имеется отнюдь не одна стиральная машина. Но даже мы с Мишей еще ни разу так не пачкались ни на одной прогулке, а ведь у нас с ним иногда возникают и производственные цели прогулок. Мы ездим и по стройкам, поскольку  там можно увидеть работающие автокраны и экскаваторы. Пока еще можно. Хотя некоторые дяденьки уже не стесняются Миши и прямо при ребенке вслух подсчитывают, что вместо экскаватора куда дешевле брать парочку узбеков.

А наша фрекен Бок заняла по поводу нашего «попрошайничества» с Мишиной мамой – типа «принципиальную позицию». Она убеждает парня, что донашивать вещи мальчику после девочки нельзя, типа он непременно вырастет голубым пидаром. Хотя все вещи «фирменной» Ксюши – мрачноватых сдержанных расцветок. Китайское шмотье выглядит намного веселее.

Сама при этом оттаскивает в родную деревню баулы ношенных шмоток не только после Миши и его родителей, но и после меня. Старые вещи моих девочек она давно все отвезла землякам, заехав ко мне на попутной газельке. И там не проверишь, кто у них их носил и какую половую ориентацию после этого приобрел.

Но Мишу она пилит каждый раз, пока они собираются на прогулку. Из-за этого он отказался и от голубого комплекта из шапочки, варежек и шарфа. Я ничего ему не могла объяснить! Он мне сказал, что очень не хочет вырасти голубым. А как тут не станешь пидаром в голубой шапке?

* * *

Вырвав у меня руку, Миша резко поворачивается спиной к прилавку, заставленному разными уродливыми фигурками для ландшафтного дизайна. Он надулся и, кажется, совсем не расположен к разговорам. По этому поводу я даже не могу скрыть своего торжества.

Хотя господин Медведев, не соображая, что его смотрит и мой племянник со своей нянькой, недавно заявил в телевизоре, что «мат – это элемент русской культуры», я бы предпочла, чтобы глава государства все же более ответственно относился к тому, что из него иной раз вылетает. Ему же, простите, не пять лет, все же вполне совершеннолетний. Ему-то поболее годков, чем Мише. Хотя меньше, чем Саше, которая с воодушевлением восприняла предложение нашего президента не стесняться и быть культурной. Представляю, как она сейчас в деревне радует односельчан цветистыми выражениями. Пусть только про меня не врет. Пусть сразу говорит, что у Медведева выучилась.

От гипсовых и пластиковых животных Миша переключился на длинные витрины с разного рода садовым инвентарем и плотницким инструментом. Пилы и ножовки совершенно очаровали его. До такой степени, что он даже не нашелся, как в доступной ему лексике объяснить эту несказанную красоту. У меня дома он потихоньку растащил лоток с отвертками от компьютера, поэтому мне пришлось накануне крутить винтики торцом скоросшивателя. А здесь глазки его настолько разбежались, что он впал в какой-то транс, застыв между лотками с топорами и ножовками, медленно перетекая взглядом от вороненой стали топоров к блестящему лезвию ножовок.

Не скрою, мысль подарить хозяйственному племяннику что-то для «колото-резаных» посещала меня не раз. Но ведь потом точно напишут в протоколе: «Она же сама мороженое мальчику не давала вместо борща, а тетя ему как раз пилу подарила… вот ее и…»  Достала меня эта деревенская Мери Попинс, видит бог, достала. Но пока, все же, не до такой степени. Да и надо отдать ей должное, Мишка при ней – здоровенький и ухоженный, не то, что его истрепавшаяся по приработкам мать. О родственном кошмаре по имени «Ксюша» и говорить не стоит. Причем, та всех искренне ненавидит, а ведь при Мишке и слова нельзя вставить про эту деревенскую… гм… Песталоцци.

Засмотревшись на шланги и садовых гномов, я совершенно пропустила этот густой баритон: «Насосами интересуетесь, молодой человек?» Мне и в голову не могло прийти, что скучавший продавец в фирменной кепке решил развеять скуку за счет моего наивного и непосредственного племянника… Поэтому я с ненамеренным запозданием среагировала на брызги, долетевшие даже до отдела керамических кашпо, и звонкий восторженный вопль моего племянника: «Ну, ты, млять, даешь!»

Я быстро впихиваю в машину мокрого, но счастливого Мишу, вцепившегося в насос. Да, как-то о насосах я совершенно не подумала. Не все еще удается предусмотреть в процессе воспитания. В дверях Мише машет рукой взрослый идиот в кепке и абсолютно мокром фирменном комбинезоне. Интересно, а наша одежка успеет подсохнуть до прихода его родителей?

Приобретать насос Мише в мои планы не входило. Объяснения, что эта «здоровская млять», шариком разбрызгивающая вокруг себя стоялую воду может понадобиться только весной, эффекта не возымели. Миша резонно заметил, что пластиковый жираф мне тоже понадобится только весной. И добавил, что, если я ему не куплю насос, он скажет маме, что я его нарочно в бассейн уронила в одежде. Вот ведь… млять какая.

Причем, этот «младший помощник продавца» подзуживал малолетнего негодяя, предварительно тихонько выяснив, кем я прихожусь Мише: «Вы сами, мадам, должны понимать, как необходим насос в хозяйстве!». Пусть теперь сам на себе штаны сушит. Вентиляторы у них в магазине не продают, а оба промокли так, что мне возле батареи пришлось поставить вентилятор.

- Да оставь ты тете насос! – басит брат, забирающий подсохшего отпрыска. – Ир, ты на кой насос купила? И почему Мишка в одном полотенце, без трусов. Он же, вроде, давно у нас не писается…

- Описаешься тут от восторга, - мрачно отвечаю, буровя взглядом маленького наглого шантажиста, испугавшегося, что я отберу чудесную «млять». – Насос забирайте, мне он ни к чему до весны. К тому же, у меня с ним связано одно неприятное воспоминание, – намекаю я, ожидая, что брат все же поинтересуется, как провел день его крошка-сын. Что новенького отколол и все такое. Хотя бы из педагогических соображений. Но какая уж тут «педагогика» с таким папочкой.

* * *

Затаскивается, значит, как-то за Мишей этот братец со своим еще школьным другом по имени Вадим. А этот Вадим – мой читатель. Поэтому каждый раз прилипает к брату, если узнает, что тот едет ко мне. У Вадика есть идея-фикс: добиться от меня продолжения романа «Армагеддон №3», который, как ему кажется, «закончился как-то неожиданно».

Я этому Вадику сотню раз объясняла, что Армагеддоны начинаются вполне прогнозируемо, а заканчиваются – всегда неожиданно, но такому не объяснить. Даже Миша уже не выдерживает и суется со своими советами – написать Вадику продолжение, чтоб он отстал. Вот сейчас все брошу и стану продолжения писать. Здесь ведь у нас полно народа, который куда лучше меня знает, как надо романы писать. Одна Саша чего стоит – только спроси.

А тут Вадик рассказывает, как на него напали какие-то злоумышленники, когда он из своего магазина шел с выручкой. Они треснули ему палкой по башке, но Вадик при этом подскользнулся и скатился куда-то на наших извилистых дорожках, что те его так и не смогли отыскать. Поэтому он тихонько сам допилил домой.

У него две машины, но на них ездят жена и дочери. А сам он, как идиот, носит выручку на себе пешком. Еще бы табличку на шею повесил: «Иду с выручкой!» И мы с братом, оказывая поддержку и сочувствие, прошлись по этому поводу, конечно, со свойственным нам цинизмом. А брат добавил: «Ну, у нас и народ… Главное, хрясь по кумполу!»

Я и не думала, что эта фраза станет впоследствии крылатой для моего племянника, собиравшегося домой. Он взял стоявшую в углу опанелку, подкрался сзади к Вадику и треснул ею по столу со словами: «Хрясь по кумполу!» У меня от грохота внутри все сжалось!

И нет, чтобы эти двое папаш проявили в отношении Миши какое-то облагораживающее педагогическое воздействие хотя бы шлепком по заднице. Нет, заржали, главное, оба радостно, будто все вокруг – невероятно весело и увлекательно.

Теперь Миша постоянно перед обедом ходит с палкой и колотит по всему, что ни попадя, приговаривая: «Хрясь по кумполу!» Мне сообщил, что Саше его шутка тоже страшно нравится. Только я подобных шуточек пока не понимаю.

* * *

Вот и сейчас. Забирает сыночка в мокрых штанах, а все интересы сводятся лишь – не описался ли его чудесный отпрыск. Плевать ему на педагогику. Залезли вдвоем с Мишей в коробку с насосом и с воодушевлением читают инструкцию. Им плевать, что штаны мокрые! С каким-то нездоровым чувством стяжательства запихивают насос в коробку, явно торопясь смотать удочки. Боятся, вдруг я передумаю и насос у них отберу. Что папа, то и сынок.

- Мне хотелось сделать приятное, это подарок вам всем, - чисто для проформы говорю я им в дверях, рассчитывая, что хоть один из этих хмырей скажет спасибо. Но они только небрежно кивают и торопятся к выходу. Родственнички, млять. Делать мне нечего, кроме как постоянно хотеть им приятного и одаривать насосами.

Я смотрю на вываленное содержимое шкафов, зашуганных котов и… детские оранжевые трусы на батарее. Ну, конечно! Настолько торопились насос стибрить, что и трусы надеть забыли! И зачем только на фирменных штанах пишут, будто они – «непромокаемые». Ходить в них неудобно, они противно шуршат, мы уже это обсуждали с Мишей. И при первой же попытке ребенка купить насос – все мокрое до трусов. Можно понять Ксюшу, которая с детства на этих фирменных шмотках убедилась, что вокруг нее – сплошной обман и предательство.

Я чувствую, как начинаю распаляться почти с деревенским пафосом Саши. Может, это Миша на меня так влияет? Может это он Сашу так воспитал, а не она его? Точно! Только мысль заработала в сторону дурного влияния моего племянника на меня и деревенскую дурочку Сашу, раздается звонок мобильного. Ну, конечно. Сейчас за трусами вернутся.

- Тетя Ира, большое спасибо за насос! – говорит трубка блаженно-счастливым голосом Миши. – И паровоз был очень красивый. Ты – хорошая, я опять к тебе хочу.

Миша аккуратно нажимает на красную кнопку, как учил его папа, чтобы не тратить деньги. Слушаю гудки и думаю, как хорошо, что он не услышал всего того, что я ему чуть-чуть не наговорила, полностью расчувствовавшись. Что я ему чуть-чуть не наобещала купить и показать. На Мишину память пока никто не жаловался. С ним все родственники боятся по телефону говорить.

Ведь если детей не баловать, из них никогда не вырастут настоящие разбойники.

 Читать по теме:

©2010 Ирина Дедюхова. Все права защищены.

Комментарии (18) на “Миша”

  1. Алена (Л):

    Написано замечательно и с большой любовью, получила огромное удовольствие. Ребенок малышом вспомнился, морозной свежестью дохнуло. Спасибо.

  2. Мукаддам:

    Блин….за детей и за собак — 888888 (чмммммммокиииииииии!!!!) (вытирает некстати набежавшую скупую слезу)

  3. Longlink:

    отличный рассказ!
    История с насосом мне понравилась! :)

  4. agk:

    Спасибо, дорогая Ирина Анатольевна!
    По себе знаю, как тети могут любить племянников. Говорю как племянник.

  5. tt:

    чудесно. и неожиданно. так хорошо.
    про Сашу. а ведь не зря в дворянских семьях за детьми до определеного возраста (лет до трех-четырех, по-моему) смотрели нянюшки такие (у Лескова там и к бутылочке прикладывается, и страшные истории рассказывает, правда, по-русски без мата), а потом уже гувернантки и гувернеры. конечно, тут другая история, но, мне кажется, положительное тут одно есть — мальчик не будет смотреть на «народ» как на безликую массу расходного материала, а будет различать там отдельных людей. все равно это зацепилось уже — вот такая, но почему-то он к ней привязался? хотя, конечно, эдак легко теоретизировать на расстоянии, не зная и не видя результатов :)
    к тому же — у него родственники хорошие, всё на место поставят
    «Хрясь по кумполу» — энергичная какая фраза, в некоторых ситуациях может поднимать настроение

  6. Leo:

    Спасибо большое за рассказ, Ирина Анатольевна! Греет душу какой-то твердой опорой. Да и дочь скоро заговорит, так что проблема «самовыражения» будет актуальной. Спасибо за нелишнее напоминание о родительской отвественности. Новости ведь тоже приходится смотреть. И сдержаться порой трудно.
    Один рассказ — а воздействие какое-то магически-терапевтически-ударное.

  7. Vaida:

    Спасибо, Вам!!! Посмеялась от души, получила море позитива. Как у Вас здорово получается рассказать о своем, житейском. Сразу вспомнила детство своего сынишки. Блин, ради таких «разбойников» и хочется жить:)

  8. Вадим:

    Ахахахахах! Котлетку бы.

  9. SubmitguRu:

    Читал про Мишу, а думал о своей Маше :-)))
    Вон она, в соседней комнате спит — посапывает.
    Спасибо ! Получил бездну позитива.

    PS Паровозик у Маши есть, игрушечный.
    Конечно китайский, а то :-)))

  10. Alex:

    Прекрасный стиль, простой слог. Спасибо. Знаю, что не в тему, но похоже началось:http://www.vesti.ru/doc.html?id=337773.

  11. Перешеин:

    «Я к вам приехал из Дебес! Вам песню новую привез! У нас все девки…»

    Ой! Знаю Дебесский район :))

  12. pimus:

    Ирина Анатольевна, Спасибо за прекрасный рассказ, рожденный вашим исключительным литературным талантом!

  13. Dimkin3:

    Ирина Анатольевна, а можно как-то приобрести Ваш роман «Армагеддон №3″. Согласен на предоплату.

  14. Волга:

    А мне своё детство вспомнилось. Дорога к трамваю проходила мимо текстильного комбината, и такая «кукушка» постоянно катала туда-сюда вагончики, мне она тоже очень нравилась, чух-чух, чух-чух. А ещё тут же, по пути к трамваю, размещался конный двор. В нем лошадки жили, если вовремя подойти, то можно посмотреть как они запряженные на работу идут, или с работы. Видимо гужевой транспорт использовался как технологический, потому что на улицах они встречались редко. Зато на праздники их украшали лентами и они всю детню катали, совершенно бесплатно. Вот!

  15. Soul:

    Замечательно!
    Читала с улыбкой и чувством нежности.

  16. Алекс:

    Волшебно! Улыбнуло :)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться для отправки комментария.

Календарь вебинаров
Архивы
  • 2020 (1)
  • 2019 (45)
  • 2018 (78)
  • 2017 (87)
  • 2016 (103)
  • 2015 (90)
  • 2014 (68)
  • 2013 (71)
  • 2012 (78)
  • 2011 (71)
  • 2010 (91)
  • 2009 (114)
  • 2008 (58)
  • 2007 (33)
  • 2006 (27)
  • 2005 (21)
  • 2004 (28)
  • 2003 (22)
Авторизация