Updated: 7 минут 40 секунд назад

Михаил Жаров

Птн, 09/11/2018 - 05:47

Михаил Жаров – известный кинорежиссер и киноактер, который прожил интересную и насыщенную жизнь.

Михаи́л Ива́нович Жа́ров (15 (27) октября 1899[1], Москва — 15 декабря 1981, там же) — советский российский актёр и режиссёр театра и кино. Герой Социалистического Труда (1974). Народный артист СССР (1949). Лауреат трёх Сталинских премий (1941, 1942, 1947).

Михаил Жаров родился 15 (27) октября 1899 года (по другим источникам — 27 октября 1900 года[2]) в Москве в семье типографского рабочего.

Однажды в 1872 году сторож Николаевского приюта утром обнаружил у дверей младенца в изящном кружевном конверте с голубыми бантами и прикрепленной запиской: «Назовите мальчика Иваном». Вполне вероятно, что мальчик был плодом любви какой-нибудь актрисы и знатного человека. В ту пору нередко молодые, которым не позволяли сословные приличия соединиться, оставляли своих детей именно в Николаевском приюте. Так и появился на свет отец Михаила Жарова — Иван.

Фамилию Жаров Иван получил от своей воспитательницы. Тогда в приюте существовало правило: каждая воспитательница брала на попечение трех воспитанников и обучала их профессии. Когда дети выпускались «в жизнь», они получали фамилию своей наставницы.

Мама Михаила Жарова — Анна Семеновна Дроздова — происходила из семьи бывших крепостных крестьян Смоленской губернии.

Михаил Жаров

Жаровы жили бедно, с детства маленький Миша пошел помогать отцу (в 1913 году отец устроил Михаила учеником наборщика в типографию, где работал сам). Но при этом он не забывал шалить во дворе и устраивать для своих друзей представления.

Михаил Жаров в молодости

В 15 лет юноша поступил на работу в Оперу С.И. Зимина, где поначалу выполнял мелкие поручения директора, а затем долговязого мальчишку определили на роли статистов. Через год Мише посчастливилось сыграть в первом своем фильме в массовке. Главную роль в «Псковитянке» тогда исполнил сам Федор Шаляпин.

Окрыленный мечтой о настоящей актерской карьере, Михаил Жаров предпринимает попытки поступить в театральное училище, но ни в одно из московских учебных заведений его не взяли.

После революции в 1918 году поступил в студию при Театре Художественно-просветительного союза рабочих организаций, педагоги — А. П. Зонов и В. М. Бебутов. В том же году дебютировал на сцене театра, сыграв Шута в комедии У. Шекспира «Виндзорские проказницы».

В 1920 году окончил студию и некоторое время служил в Опытно-героическом театре, среди его работ: «Гроза» А. Н. Островского — Кудряш и Тихон; «Копилка» Э. Лабиша — Шанбурси; «Женитьба» Н. В. Гоголя — Анучкин.

Далее был артистом в Первом передвижном фронтовом художественном театре классической комедии: «Буря» У. Шекспира — Тринкуло; «Каменный гость» А. С. Пушкина — Лепорелло; «Золотой петушок» по А. С. Пушкину — Звездочёт; «Капитан Брансбоунд» Б. Шоу — Дринкоутер.

В 1921 году выступал на сцене Рогожско-Симоновского театра имени А. К. Сафонова, но в том же году перешёл в Театр ГИТИСа (с 1923 — Театр им. Вс. Мейерхольда), где с успехом играл эпизодические острохарактерные роли: «Смерть Тарелкина» А. В. Сухово-Кобылина — мадам Брандахлыстова; «Учитель Бубус» А. М. Файко — секретарь; «Мандат» Н. Р. Эрдмана — денщик.

Участвовал в театральном движении «Синяя блуза» — советский агитационный эстрадный театральный коллектив, отражавший самые различные темы, от общеполитических и международных до мелочей быта, новое революционное массовое искусство. Существовал с начала 1920-х до 1933 года. Название дала прозодежда — свободная синяя блуза и чёрные брюки (или юбка), в которой стали выступать артисты, что соответствовало традиционному облику рабочего на агитплакатах.

В 1926-1927 и в 1929 годах и играл на сцене Бакинского рабочего театра (ныне Азербайджанский государственный русский драматический театр имени Самеда Вургуна), в 1928 году — Казанского Большого драматического театра, в 1930 году — Реалистического театра.

Михаил Жаров

В 1931 году перешёл в Камерный театр, где служил до 1938 года, среди его работ: «Оптимистическая трагедия» Вс. В. Вишевского — Алексей.

С 1938 года и до конца жизни — актёр Малого театра.

В кино дебютировал небольшой ролью опричника в фильме «Царь Иван Васильевич Грозный» (1915).

Произошло это случайно. В театр пришел человек из съемочной группы и пригласил всех желающих сняться в массовке кинематографического варианта оперы Римского-Корсакова «Псковитянка» с Шаляпиным в роли Ивана Грозного. Жаров боготворил Шаляпина. К тому времени он уже не раз участвовал в массовках спектаклей, где играл этот знаменитый певец. Теперь же представилась возможность поработать рядом с ним на съемочной площадке.

В фильме Михаил Жаров изображал опричника. Ему приклеили бороду, посадили на коня… В кадре промелькнул он лишь мгновение, да и то узнать его было достаточно трудно, но, тем не менее, это был его кинематографический дебют.

Первую большую роль красноармейца Егора, изменившего жене с молоденькой девушкой, сыграл в 1925 году в фильме «Дорога к счастью». В те годы Михаила Жарова считали непревзойдённым мастером эпизода («Дон Диего и Пелагея», «Человек из ресторана», «Белый орёл», «Живой труп», «Окраина», «Марионетки»).

Михаил Жаров в фильме Его призыв

Михаил Жаров

Он находил для своих персонажей выразительные характерные детали, наделяя своих героев общим качеством: все они обаятельны, уверенно и по-хозяйски чувствуют себя в жизни. Его герои умеют получать удовольствие от еды, бильярда, вина, женщин, незамысловатых песенок, которые они частенько мурлычут себе под нос, солнечного дня, неожиданного выигрыша. М. Жаров соединял в них достоверность, рельефность психологических характеристик с подчас гротесковым рисунком роли, «оживляя» своим присутствием любой, даже серьёзный сюжет.

В 1930-е годы благодаря кино к актёру пришла всенародная популярность. Артист был нарасхват. Его приглашали самые известные режиссёры.

«Путевка в жизнь» (1931)

Настоящую славу Михаилу Жарову принесла роль Жигана в драме Николая Экка «Путевка в жизнь» (1931). Этот первый советский звуковой фильм рассказывал о коммуне для беспризорников. Жаров играл главаря воровской шайки, бандита-убийцу, сбивающего малолетних беспризорников с пути истинного. В роли Жигана артист умело использовал возможности звукового кино: играл на гитаре и пел, дал своему герою особый говор, демонстрировал своеобразное обаяние и все тот же шик.

Актер Жаров в фильме Путевка в жизнь

Появилось много предложений о работе, и вскоре фильмы с его участием появляются один за другим. Интересно, что зрителям запоминались не только его роли, но и те песни, которые он исполнял.

Михаил Жаров – Нас на свете два громилы 1932г

Персонаж Жарова вышел настолько убедительным и живым, что даже воровской мир признал его «своим». Примечателен случай произошедший однажды с актером. Как-то в магазине у него украли кошелек. На выходе Жаров услышал, как один вор говорил другому: «Ты что, своих не узнал?». Кошелек был возвращен!

Затем он играл у В. М. Петрова — весёлого озорника Кудряша («Гроза», 1934) и добродушного, неунывающего царедворца Меншикова («Пётр Первый», 1937—1938).

— Ты кто таков?
— Меньшиков Александр Данилыч.
— А это не тот ли самый, что во вшивом ряду пирогами с зайчатиной торговал?
— Тот самый. А теперь — царский денщик!
Государь сей минут изволит быть! Ты что смотришь на меня зверообразно? Ты прежде был князь, а теперь ты — небылица!

ПЕТР ПЕРВЫЙ, 1937
Режиссер Владимир Петров

«Путр I»

«Путр I»

«Путр I»

«Путр I»

Для того, чтобы вжиться в образ, Михаил Жаров даже переночевал в одной из комнат Летнего дворца, постелив на пол тулуп. Согласно легенде, утром, когда в дверь его импровизированной спальни вошел Алексей Толстой, Жаров вскочил, воскликнув «Мин херц!». Так эта фраза и стала частью образа. (Кстати. Это диалектный немецкий. Так «мое сердце» звучит на северных диалектах немецкого, с которыми в основном и имели дело Петр и его люди. Так что Меньшиков усвоил именно так, как услышал — Min Herz. Это так называемый нижненемецкий (нидердойч или платтдойч).)

Толстой и его кинематографический преемник Петров взяли на вооружение версию Николая Костомарова о том, что будущий полудержавный дворянин в юности был не кем иным, как рыночным торговцем, но благодаря своей смекалке выбился сначала в денщики, а за тем получил высокий титул. От «народного» происхождения Александра Даниловича авторы и отталкивались, создавая жизнерадостного, лукавого и умного героя.

По сюжету, Меншиков — один из главных и самых умных советчиков Петра. Здесь режиссер гораздо более прозрачно использует ход, уже придуманный Эйзенштейном в «Александре Невском»: показывает, что лучшие идеи приходят в голову именно герою из народа. Вот и получается, что слово Меншикова играет ключевую роль во всех решения его царственного покровителя: он и к купцам за помощью обратиться советует, и войско на подвиг может вдохновить одной лишь меткой фразой. Меншиков — развязный, необузданный, хвастливый перед равными и преклоняющийся перед царем, при этом — обаятельный и интересный. Михаилу Жарову удалось создать на экране образ опытного царедворца, которому, несмотря на сребролюбие и хитрость, зрители могут простить буквально все, ну или почти все.

В фильмах Г. Козинцева и Л. Трауберга о революционере Максиме («Возвращение Максима», 1937 и «Выборгская сторона», 1938) Жаров опять с шиком и обаянием сыграл отрицательного персонажа — конторщика Дымбу.

Менял я женщин как перчатки

Песни «Менял я женщин, как перчатки» и «Цыпленок жареный» в исполнении Михаила Ивановича прославили актера на весь Советский Союз. Популярность его персонажа и песен была такой, что Жарову даже пришлось обратиться к правительству с просьбой выделить ему машину — появляться на улице он не мог, мальчишки дразнились: «Цыпленок жареный идет!».
Михаил Жаров — Цыплёнок жареный

Вот еще один случай, связанный с неслыханной популярностью Жарова. Как-то он отдыхал на юге и во время прогулки в правительственной резиденции повстречал Сталина. Артист постарался увернуться от встречи, но вождь игриво ему сказал: «А я вас знаю!». «Конечно, — растерянно буркнул Жаров. — Меня все знают».

Михаил Жаров в фильме Медведь

У И. М. Анненского Михаил Жаров сыграл громогласного, пышущего здоровьем помещика Смирнова («Медведь»), жизнерадостного учителя Коваленко («Человек в футляре», 1939) .

Михаил Жаров — Мой папаша пил как бочка и погиб он от вина…

«Медведь». Жаров в роли стареющего, но еще ой крепкого отставного военного. «Мой папаша пил, как бочка, и погиб он от вина, я одна осталась дочка и зовусь мамзель Нана», — очередная популярная песенка от популярного актера. Его герой поехал получать карточный долг с вдовы своего собутыльника, так как самому платить надо было, а та оказалась дамой, хоть и скорбящей по усатому мужу-кутиле, практически разорившему ее, но постоять за себя умеющей (Андровская). Дело дошло даже до дуэли, закончившейся… поцелуем.

Muxauл Жapoв в фuльмe *Tpu moвapuщa*, 19З5

Михаил Жаров — «Ошибка инженера Кочина» 1939 г.

В 1943 году на съемках музыкальной комедии «Воздушный извозчик» Михаил Жаров познакомился с актрисой Людмилой Целиковской.

Людмила Целиковская,Михаил Жаров,Г.Шпигель-Ноченька

Помимо уже упомянутого «Воздушного извозчика» Михаил Жаров в период войны снялся еще в десятке фильмов: «Оборона Царицына», «Актриса», «Во имя Родины» (старый опытный солдат Глоба), «Юный Фриц» (Фриц), «Близнецы (Еропкин) и других. Фильмы разного уровня и с разной судьбой. К примеру, пропагандистский сатирический памфлет «Юный Фриц» так и не вышел на экраны.

Одной из самых ярких работ Жарова в период войны была роль Малюты Скуратова в исторической картине «Иван Грозный» (1944). Малюта Скуратов хтрый и острый на язык человек, становящийся одним из ближайших соратников молодого царя.

Как отмечает киновед Р. Юренев, «пойдя на вольную трактовку событий, Эйзенштейн должен был поступиться исторической достоверностью и в характеристике многих действующих лиц» [13] А если называть вещи своими именами, то он допустил множество натяжек, искажений и прямых фальсификаций. Малюта Скуратов (Михаил Жаров) представлен выходцем из народа и создателем опричнины, что далеко от истины.

Когда драматург Виктор Шкловский пытался убедить его исправить образ Малюты Скуратова, режиссер недовольно сказал: «Историю всегда знают по кинокартинам. Когда-нибудь появится дом “Матери и Малюты”» [10]

Иван Грозный фильм 1944

Иван Грозный фильм 1944

Иван Грозный фильм 1944

Иван Грозный фильм 1944

Вместе с ним вновь снялась и Людмила Целиковская. Первоначально планировалось, что в фильме сыграет знаменитая балерина Галина Уланова, но Жаров настоял на кандидатуре своей молодой жены.

Специально для Целиковской Жаров взялся и за режиссуру, поставив военную комедию «Беспокойное хозяйство». О том каким режиссером был Михаил Жаров, вспоминает Александр Граве, исполнитель главной роли в фильме: «Держал всех крепко, но не тиранил. Да он и сам не терпел «наполеончиков». Работал с удовольствием, много придумывал, дорожил атмосферой фильма, прекрасной компанией актеров». Съемки фильма были начаты в самый разгар войны, а закончены в 1946 году.

Михаил Жаров Песня старшины — из к ф Беспокойное хозяйство

В картине снималось целое созвездие актеров. Людмила Целиковская сыграла в фильме главную роль ефрейтора Тони, в которую влюблены два летчика — Герой Советского Союза Крошкин (Виталий Доронин) и французский офицер Лярошель (Юрий Любимов), которые навещают девушку между боями. Но она отдает предпочтение Огурцову (Александр Граве), который, успешно выполнив первое задание, ухитрился привести в часть пленных немцев. Сам Жаров с блеском сыграл старшину Семибабу, в роли диверсанта снялся замечательный актер Сергей Филлипов, в крошечном эпизоде дебютировал в кино Михаил Пуговкин. Играл даже Алексей Аджубей, зять Хрущова. Рассказывали, что Жаров, посмотрев на его работу, достаточно недвусмысленно предложил… сменить профессию.

Фильм подвергся нелицеприятной критике за безыдейность и потрафление невзыскательным вкусам зрителей, жаждущим лишь развлечения в кино. Зато среди зрителей он пользовался большим успехом, заняв седьмое место среди советских фильмов в прокате 1946 года.

Зато комедия «Близнецы» (1945), где Михаил Жаров сыграл главную роль в месте с Людмилой Целиковской, имела большой зрительский успех многие годы.

Михаил Жаров — Песенка Еропкина

Михаил Жаров очень любил свою жену, с удовольствием выполнял все ее капризы, даже покупал ей старинные украшения. Но после войны Целиковскую захватила новая любовь — она познакомилась с К. Алабяном, жившим с ними в одном дворе.  Разрыв закончился для него бессонницей, сердечными спазмами и микроинфарктом.

Отдыхая в Истринском санатории, Михаил Жаров познакомился с семьей известных врачей Гельштейнов — Элиазаром Марковичем, Гиндой Хаимовной и их дочерьми Майей и Викой. Михаил Иванович, чей возраст к тому времени приближался уже к пятидесяти, безумно влюбился в Майю, которая была на тридцать лет его моложе.

Михаил Иванович сделал предложение Майе в весьма непростое время. Как раз в этот период началась печально известная травля врачей-евреев. Одним из первых подвергся гонениям отец Майи Элизар Маркович.

Михаил Иванович и вся семья Жаровых повели себя очень достойно. Когда все отвернулись от семьи Гельштейнов, они одни поддерживали их морально. Мало того, Жаров приютил в своей квартире и сестру Майи Вику. В то время у Жаровых уже росла дочка Анюта, и Майя ждала второго ребенка.

Естественно, что ни о каких работах в кино или в театре в начале 50-х и речи не могло быть. Лишь после того, когда родители Майи были реабилитированы, Жаров начал вновь сниматься в кино.

Михаил Жаров.Милая, ты услышь меня.

Он сыграл Прохора в фильме-спектакле «Васса Железнова», Артынова в мелодраме Исидора Анненского «Анна на шее» (1954),

Михаил Жаров в фильме Анна на шее

Свиристинского в музыкальной комедии «Девушка с гитарой» (1958). Позже он появился перед кинозрителями, пусть в небольших, но ярких ролях: туповатого военного министра в музыкальной комедии «Каин ХVIII», снятой по сказке Евгения Шварца «Два друга»,

«Каин ХVIII»

и циника Ухова в мелодраме Георгия Натансона «Старшая сестра».

Старшая сестра фильм 1966

Театральная же публика никогда его не забывала и принимала всегда восторженно.

Счастливый рейс

«Девушка с гитарой»

Всего актёр сыграл более чем в 60 фильмах. С годами куража у его героев поубавилось, они становились спокойнее, мудрее, основательнее. Последний его киногерой — сельский милиционер Анискин («Деревенский детектив», 1968; «Анискин и Фантомас», 1974; «И снова Анискин», 1978). Роль для актёра программная: его Анискин — деревенский философ, мудрец, проницательный, несуетливый, вникающий во все дела. Герой, утверждающий веру в то, что наша жизнь зависит от нашего собственного решения жить «правильно», разумно.

Михаил Жаров в фильме Деревенский детектив

Михаил Жаров в фильме Деревенский детектив

Михаил Жаров в фильме Деревенский детектив

Последним всенародным успехом Михаила Жарова стала роль деревенского детектива Анискина. Первый фильм об этом почти фольклорном персонаже, который так и назывался «Деревенский детектив», был поставлен в 1968 году режиссером Иваном Лукинским по одноименной повести Виля Липатова. Милиционер Анискин настолько понравился и публике, и критике, и начальству, что вскоре вышло еще два телефильма о хитроватом и добродушном сельском участковом: «Анискин и Фантомас» и «И снова Анискин».

Свой последний фильм «И снова Анискин» Михаил Жаров поставил сам. К тому времени он уже был тяжело болен, но перед камерой держался достойно. Следует заметить, что в последние годы у актера проявились и признаки «звездности». Жаров, очень болезненно относящийся к своей славе, своей фигуре, резко реагировал на оператора, если тот уводил от него объектив кинокамеры. Не случайно в фильме постоянно одни крупные планы Жарова. Но простим этому замечательному актеру, так немало сделавшему для советского кино, его небольшую слабость. Тем более, что картины об Анискине действительно и по сей день доставляют удовольствие зрителям, в том числе и его неповторимой игрой.

Михаил ЖАРОВ в роли участкового Анискина

Выступал как режиссёр театральных спектаклей и кинофильмов.

Много лет был общественным директором Центрального Дома актёра им. А. А. Яблочкиной. Был членом президиума Всероссийского театрального общества и членом правления Союза кинематографистов СССР.

Сцена из спектакля Мои друзья, 1968 год

Михаил Жаров в спектакле Иванов

Мурзавецкий «Волки и овцы» 1941

Митрич «Власть тьмы» Л.Толстого 1956

Член ВКП(б) c 1950 года. Автор книги «Жизнь, театр, кино». Коллекционер миниатюрных книжек, член Московского Клуба любителей миниатюрных книг.

Михаил Жаров умер 15 декабря 1981 года в Москве. Похоронен на Новодевичьем кладбище (участок № 9)[6].

Юрий Никулин встретился со своим соседом по даче в Загорянке Михаилом Жаровым, 1972 год

Hapoдный apmucm CCCP Muxauл Жapoв, 1974

Личная жизнь Михаила Жарова:

Четыре раза был женат.

Дина Гузовская — первая жена Михаила Жарова

Евгений Жаров — сын Михаила Жарова

Первая жена — Надежда Гузовская (он называл ее Дина), заслуженная учительница, преподавательница русского языка. Состояли в браке с 1919-го по 1928-й. У пары родился сын Евгений (1921-1995), актёр театра в Ленинграде (жена Яня, дочь Лена). Известно, что Надежда Гузовская жила в Москве на улице Новопесчанной, а в последние годы с матерью и сестрой Лидией в Минске.

Вторая жена — Людмила Полянская. Брак продлился в период 1928-1942 годов. У пары родилось двое сыновей, умершие во младенчестве. Расставаясь с Людмилой Полянской, Жаров оставил ей большую квартиру на Тверской, не взяв оттуда ничего, даже свои любимые книги.

Михаил Жаров и Людмида Целиковская

Третья жена — Людмила Васильевна Целиковская, известная советская актриса театра и кино, Народная артистка РСФСР. Брак продлился пять лет — в 1943-1948 годы. Расстались, когда у Целиковской начался роман с К. Алабяном, жившим с ними в одном дворе. Некоторое время Людмила пыталась скрывать свой роман, но Жаров в итоге все узнал, разрыв закончился для него бессонницей, сердечными спазмами и микроинфарктом. Позже Целиковская говорила: «О чем я жалею, так это о том, что рассталась с Мишей Жаровым. Он был в моей жизни самым настоящим».

Фото Михаил Жаров с семьей

Михаил Жаров и жена Майя

Михаил Жаров с детьми

Михаил Жаров с женой Майей и детьми

Четвёртая жена — Майя Гельштейн-Жарова (1930-1991), дочь известного врача-кардиолога Э. М. Гельштейна. Он познакомился с ней, отдыхая в Истринском санатории. Она была на тридцать лет моложе его. Поженились в 1949 году. У пары родились две дочери — Анна (1951 г.р.), актриса Малого театра и Елизавета (1953 г.р.), работала художником-постановщиком на киностудии «Союзмультфильм».

Сэр Джон Фальстаф (1974)

Использованы материалы:

 

Безбрежные воды Стикса. Книга I. Глава II

Чтв, 08/11/2018 - 05:52

Ирина Дедюхова

Безбрежные воды Стикса

Книга I. Месть Единорога

Глава II. Тень в зеркале

После обеда этаж наполнился звуками человеческих шагов, голосов, телефонными зуммерами. Кабинет Старика был в конце коридора, уже пустой и опечатанный. Все бывшие сотрудники были намного его моложе.

Как-то получилось, что средний возраст в отделе был чуть за тридцать. Да и после того, как Старика в черном пластиковом пакете вынесли санитары в плотных респираторах, погрузив тело на каталку у лифта, большинство его коллег по изучению параноидальных явлений решило здесь до пенсии не засиживаться.

Старику шел 68-й год, это все хорошо помнили, поскольку недавно поздравляли именинников в феврале. И для большинства сотрудников отдела это был очень солидный возраст, столь же преклонный, как 55 лет… или вообще 90. До него еще надо было прожить больше, чем они уже прожили… поэтому такой возраст казался им почти недостижимым. Тем не менее, большинство твердо решило до такого солидного возраста здесь не задерживаться, чтобы не подвергать излишнему искушению молодых и перспективных.

К четырем часам дня на рабочем месте появился Бычков. В небольшом предбаннике его уже ждал Михеев, накануне назначенный его заместителем.

Он кивком пригласил Михеева в кабинет и, не снимая куртки, вопросительно посмотрел на него.

— Да все нормально, Юрий Григорьич, — отозвался Михеев, подавая ему копию готового свидетельства о смерти. – Обострение хронических болезней! Все тихо прошло, без проблем. Кабинет пока опечатан, химики сказали, что лучше завтра опись провести. Сегодня лучше не входить.

— «Умерла, говорит, дедушка, твоя бабушка. Инфаркт Микарда! Вот такой рубец! Вскрытие показало.», — грустно вставил известную цитату из старого фильма «Любовь и голуби» Бычков.

— Это точно, — неловко подхихикнул Михеев, смущенно отводя глаза.

— Ты смог его взять? – тихо спросил Бычков.

— Да, конечно, — сказал Михеев, — подавая рукой в одноразовой перчатке пакет с вещдоком. – Оно прямо перед ним на столе лежало. И…

— И? – переспросил Бычков. – Что ты замолчал?

— И он, похоже, какой-то ритуал проводил, — с опаской выдохнул Михеев. – Там свечи горели, хотя вытяжка работала вовсю… И благовония он тибетские жег, но они потухли. Как бы нам его уход боком не вышел. Все же надежный был Старик.

— Смотря, на что надеяться, — процедил сквозь зубы Бычков, забирая амулет.

Михеев вышел, а Бычков вдруг испытал жгучее желание рассмотреть амулет поближе. Увидев его на первых ритуалах на груди Старика, он уже тогда решил, что эта загадочная вещь когда-нибудь будет принадлежать ему.

В кабинете начальника отдела, к которому Бычков еще не успел привыкнуть, был небольшой санузел, где над овальной раковиной висело зеркало в литой чугунной раме, поскольку прежний хозяин, покойный

Стариков, почему-то в дизайне бытовых удобств предпочитал все чугунное. Хорошо хоть, что Старик, уступив ему кабинет вместе с должностью, забрал с собой напольный чугунные подсвечники.

Будь его воля, и вместо унитаза, наверно, сейчас бы в полу санузла красовалась бы плоская клозетная чаша типа «Генуя» с выступами для ног, изготовляемая для общественных туалетов в советское время из серого чугуна, покрытого изнутри белой эмалью. А из стены бы торчал советский чугунный рожок для туалетной бумаги.

Справедливости ради к покойному Бычков признал, что на такие чудачества его бывший начальник, конечно, не пошел, поддался на компромисс, поскольку унитаз все же был стальным, как в плацкартном вагоне.

Он бережно достал амулет из пакета и кончиками пальцев прикоснулся к жемчужине. Может, ему показалось, но от амулета шла какая-то странная вибрация, совпадающая с размеренным стуком сердца, от чего по спине пробежал холодок…

Тут же он явственно услышал голос Старика, напевавшего: «Слышу сердца размеренный стук… Как в объятьях лазурного моря…»

И тут он вспомнил, что у бывшего начальника, кроме пристрастия к чугунине, была еще одна отвратительная черта. Он любил мурлыкать разного рода странные песенки. Вот хотя бы этим размеренным стуком сердца… просто достал! Бывало, ноет и ноет себе под нос… какую-то «красную плесень» про холодок по спине.

Ну, ладно бы, петь не умел… пел он с какими-то странными интонациями, а когда шипел «Холодок!» в качестве припева, Бычкову становилось не по себе.

Но потом он вспомнил, что Старик всегда говорил, что как раз такие прилипчивые песенки со странными модуляциями полностью отшибают любого слипера, делая сознание полностью непроницаемым. Человек поневоле сосредотачивается на каком-то образе или слове, а затем сам становится проницаемым, поскольку цепляет несколько шаблонных фраз из песни.

Бычков с некоторой долей сожаления вспомнил о бывшем начальнике, хотя натерпелся от него под завязку, придя в отдел совсем молодым начинающим слипером. Хорошо, что быстро понял, насколько это вредно для здоровья. По технике безопасности им, конечно, говорили, что очень опасно подлипать к чужому сознанию более, чем на сорок минут, но и совсем незначительного подсоединения было вполне достаточно, чтобы к тридцати годам стать изнутри изношенным стариком.

Старик… жаль, конечно, что он его не проводил хотя бы до лифта, но уж ничего не поделаешь, зато на похоронах он закатит знатную речугу.

Бычков с удивлением заметил, что синие камушки на амулете будто начали слабо светиться изнутри. Свет в туалете начал наоборот как-то мигать, будто в сети возникли перепады напряжения.

Он всегда думал, что амулет у Старика – платиновый, но на вес он был почти невесомый, как паутинка. Странный какой-то металл, легкоплавкий, наверно. Только, пожалуй, мягкая шелковистая жемчужина, оттягивая все завитушки амулета, обладала настоящим… подлинным весом. Бычков даже не думал, что бывают такие жемчуга… с какой-то силой, что ли.

Он немного поколебался, будто внутри что-то слабо сопротивлялось его острому желанию увидеть амулет на груди. Понятно дела, из-за покойника. Хотя ему амулет точно не нужен. Если бы Михеев его не стянул, украли бы санитары. Сейчас бы точно жемчужину выковыривали. Камушки-то плевые, конечно. Наверно, стекляшки.

Бычков расстегнул две верхних пуговицы рубашки и надел амулет, чувствуя, как от него тут же по спине пробежал холодок. И как только тяжелая атласная жемчужина коснулась его груди, он почувствовал, что его сердца размеренный стук окончательно слился с вибрациями легкого амулета.

Все же в амулете точно была сосредоточена какая-то сила, потому что сразу закружилась голова и пересохло во рту. Бычков решил, что только взглянет, как смотрится эта странная вещь на нем, а потом тут же уберет вещицу в сейф. А использовать ее будет лишь в самых ответственных ритуалах.

Глядя в потемневшее зеркало, он понял, что у него давление скачет, как напряжение в сети, потому что свет в туалете в матовых плафонах то моргал, то светил вполнакала. Затем он увидел, что из глубины темного овала зеркала возникает фигура, будто приближается к нему. И почему-то в этот момент он вдруг в панике захотел немедленно содрать этот амулет, который начал жечь кожу.

— Не дергайся! Хуже будет! – строго предупредил его Старик, вглядываясь в него из зеркала какими-то странными белесыми глазами.

Бычков понял, что у Старика нет ни зрачков, ни радужной оболочки, будто глазное яблоко ему вывернули обратной стороной. Глаза бывшего коллеги теперь напоминали жемчужину, от которой теперь ему хотелось, во что бы то ни было, избавиться. Но руки его не слушались, как будто он хватанул какой-то мощной наркоты, даже гортань онемела, он едва мог шевелить языком.

Старик подошел к зеркалу совсем близко и поманил его к себе. Повинуясь ему, Бычков почти вплотную подошел к прохладной поверхности зеркала, радуясь мощной чугунной раме, за которую удобно ухватиться руками, чтобы не рухнуть в внезапно раскрывшуюся пустоту.

В зеркале точно был Старик, хотя он был совершенно не похож на того Старикова, которого всегда знал Бычков, понимая, что именно сейчас видит того, кто всегда стоял за Стариковым.

Он уже не мог даже удивиться ни изношенному камзолу с остатками истлевших кружев, ни странному лицу, больше похожему на обтянутый желтой кожей череп, с которого клочьями слезала седая паутина волос. Он знал, что уже никогда ничему не сможет удивляться, потому что с размеренным стуком сердца в нем постепенно отмирали все чувства. Бычков вдруг подумал, насколько не правы те, кто считает, будто именно надежда умирает последней. Надежда в нем исчезла, как только в туалете начал мигать свет, а тяжелая жемчужина упала на грудь.

— Жемчужина – это контейнер, — пояснил в зеркале старик, расчесывая когтистой рукой почти лысый череп, от чего волосы с него полетели клочьями. – На некоторое время нужно живое вместилище, камни для него не подходят. Слыхал, что жемчуг приобретать – «к слезам»?..

Последней всегда отмирает почти нестерпимая жалость к себе… и бессильное сожаление от последнего сознания, что сейчас он целую вечность будет проживать один и тот же день ликвидации Старика, а вместо него навсегда останется это нечто… Но как же так? Ведь он всегда сознавал, что 23 года ему минуло давно, поэтому то, что сейчас с ним происходит… уже невозможно!

— Ты, Бычков, всегда не улавливал тонкие нюансы, — сказал старик, убирая могильных червей с камзола. – А в магии ведь важны именно тонкие нюансы, а не прямолинейные рапорты… Еще с Бекетовым статейки пишете про «магию слова»! Типа с экстремизмом боретесь! Рассказываете сказки, каким образом чьи-то слова кого-то на что-то побуждают… Самим, сколько ни говори, все как об стенку горох. Не дергайся, я сказал! Ах, ему ведь уже не 23 года, поэтому ничего не угрожает! Только подумайте… А вот нет, чтобы внимательно собственную статейку в Википедии перечитать! Обряды и ритуалы с контейнером длятся годами, голубчик. Их важно начать в 23 года, а уж воспользоваться как этой жемчужиной можно и… в день «Ч». Хотя я рассчитывал, что на сей раз смогу не трансформироваться, мирно уйти на пенсию. Мне ведь тоже тяжело! Впрочем, кому нынче легко?

Старик пошамкал беззубым ртом, пощелкал суставами на тощих желтых пальцах с черными кривыми когтями. Сознанием оперативника Бычков еще успел отметить, что под ногтями у него много биологического материала, который бы точно надо отобрать, согласно Памятке для экспертов и следователей по забору биологического материала при осмотре мест происшествий и изъятию образцов у живых лиц.

— Да ничего ты не обнаружишь, — слегка улыбнулся Старик сморщенной желтой кожей. – Это всего лишь истлевшая обшивка гроба, меня ведь когда-то живым похоронили. Ну, кому это сейчас надо?.. А вот сообразить, что вас всех до единого берут молодыми и в качестве контейнеров – было слабо, да? Небось, решил, что вас карьеры делать берут, чтоб вы потом всем нам дни «Ч» устраивали и нашими вещами разбрасывались. Чтоб мы с вами грызлись тут, поскольку «молодым везде у нас дорога», а вы бы нас по смешным поводам подставляли. Да-да, вас и берут сюда исключительно затем, чтоб вам приготовить тут скатерть-самобранку, счета в офшорах, административные ресурсы передать на тарелочке с голубой каемочкой… А сейчас ты, щенок, будешь в вечности переживать день «Ч». И сейчас на практике узнаешь, что такое «африканский ад». Тут ведь совершенно не то, что у нас, в Геенне Огненной… Тут ты один на один остаешься с самыми ужасными проявлениями природы всего сущего… ничем не приукрашенными… Ни слоников тебе тут, ни ветерка, ни зайчиков-побегайчиков… Здесь царит вечная мезозойская эра… Для малограмотных поясню, что мезозой — это самый тёплый период в фанерозойской истории Земли… а в животном мире – время расцвета насекомых и рептилий. Динозавриков любишь? Ну, общаться в основном будешь с кольчатыми и ленточными червями, у тебя интеллект им вполне соответствует.

Старик подошел вплотную к Бычкову, вцепившемуся в чугунную раму, разжал его руки нестерпимо холодными когтистыми пальцами и крепко сжал его ладони так, что ледяной холод проник в его сердце.

* * *

Пришел он в себя на полу, радуясь, что настоял на том, чтобы поставить металлический унитаз, хотя здесь лучше всего подошла бы плоская клозетная чаша типа «Генуя»… Вот сейчас расколол бы унитаз при падении, и пиши рапорты с просьбой поставить новый.

Он подошел к умывальнику, тщательно умылся, смывая холодный пот со лба, наскоро привел себя в порядок, придирчиво разглядывая новую внешность в зеркале, пробуя мимику, то растягивая рот в улыбке, то удивленно поднимая вверх брови… В целом он себе понравился, хотя на несколько дней следовало бы ограничить контакты с теми, кто его слишком хорошо знал. Все же в отделе у них тертые калачики, кого попало сюда не берут, могут и заподозрить. Ишь, как некоторые решили биологическим материалом у него под ногтями заинтересоваться.

Выйдя из туалета в размышления, куда бы свалить на время от своих ушлых сотрудников, Бычков решил навестить давнего приятеля Старикова, Вадима Витальича Бекетова. Пожалуй, это будет корректно, объяснимо и адекватно. Все-таки его бывшего приятеля только что вперед ногами выкатили. Как бы надо отчитаться и высказать соболезнования в этой связи. Всегда будет полезно.

Он подошел к компьютеру на столе и отцепил от него внешний диск, на котором были их совместные работы с Бекетовым на тему судебной экспертизы экстремистских материалов в Интернете. Возле компьютера лежала книга Бориса Ратникова и Георгия Рогозина «Картина мира в представлении спецслужб от мистики до осмысления», из которой он драл целыми абзацами, благо, что никому из Конторы не приходило в голову читать эту муть.

Мир не становится проще и чище. Извечные духовные и социальные проблемы растут и множатся. Понятно, что человечество нуждается в осмыслении новых реалий, которые описываются современными и новейшими информационными массивами, но парадоксом выступает сам процесс их понимания и осмысления. Капли интеллекта растворяются в океанах безразличия. Жажда власти, как инструмент исполнения желаний, страсть к материальному накоплению затмевают здравый смысл и нивелируют духовную сущность человеческого бытия. Не потому ли церковные догмы и научные формулы бессильны объяснить Мироздание как общий дом, где работают общие законы? Но что скрывается за их кажущемся бессильем? Очень похоже, что это просто тривиальное нежелание расставаться с нажитыми «непосильным трудом» как духовными, так и материальными ценностями. А именно это и составляет культуру человека как космической сущности. Добровольно оставить нажитое, для этого должны быть серьезные причины. А вот удержать это в своих руках и под своим контролем причины есть. Религия и политика всегда разъединяли людей. Они собственно для этого и были созданы. Разделяй и властвуй. Сильные мира сего во все века понимали, что гораздо легче иметь власть над телом — оно материально и очень податливо при физических воздействиях, но телом управляет сознание, которое, если нельзя потрогать, то можно просто обмануть. А самая высшая власть рука об руку с той или иной местной религией, опираясь на подходящую для них науку, всегда заинтересована в своем пусть не развитии, но уж точно сохранении. Для этого достаточно понять, откуда и с каши стороны дует ветер перемен, и подставить ему свои паруса.

Борис Ратников, Георгий Рогозин

«Картина мира в представлении спецслужб от мистики до осмысления», введение

Тексты были явно компилируемыми, также надерганными из разных цитатников, кое-как связанные между собой не слишком старавшимися выслужиться подчиненными, знавшими наверняка , что вряд ли книжонку станут читать и сами авторы.

Да и смешно писать все это людям, давно привыкшим рассматривать весь мир… через оптический прицел.

Бычков с неприязнью отметил про себя, что как раз Бекетова и в глаза, и за глаза все так и звали Вадимом Витальичем, а многие вообще не знали его фамилии. По крайней мере, никто ему кличек не придумывал, сокращенно не обзывал, поскольку Вадим Витальич возглавлял в Конторе территориальную службу по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом. «А также с коррупцией и проституцией!» — привычно продолжил про себя наименование отдела Вадима Витальича Бычков.

— Ты какой-то сегодня рассеянный! – ответил на его скомканное приветствие Вадим Витальич, кинув на него озабоченный взгляд.

— Ну, не каждый же день, — неопределенно пожал плечами Бычков.

— Не каждый, — подтвердил Вадим Витальич, — но такой день может наступить у каждого, особенно в вашем отделе. Причем по самым прозаическим вопросам, без мистики. Поэтому лучше плюнь на все и переходи ко мне, пока не поздно. Мы хоть и по старинке работаем, но у нас люди спокойно на пенсию выходят.

— А можно? Возьмете меня? – с надеждой поинтересовался Бычков.

— Отчего ж не взять-то? – почти ласково заметил Вадим Витальич. — Ты сам-то до конца дня доживи, тогда и возьмем. Я ведь не в курсе, может такой день у всего вашего отдела. Может, не только одному вашему Старику не повезло?

— Да это я ликвидацию вызвал! – брякнул Бычков. – Вы же в курсе…

— Я в курсе, что у тебя вышел с нашей экстремисткой… хм… некий прокол, — сдержанно улыбнулся Вадим Витальич. – Уж извини! Твои слиперы стуканули!

— Мне генерал звонил, — промямлил Бычков.

— И ты ему сказал, что во всем виноват Старик, — спокойно закончил Вадим Витальич. – Это вполне естественно и органично! В нашей Конторе за всех подчиненных отвечает начальник. Если бы Старик захотел, он давно бы решил вопрос сам. И мне кажется, он ей помогал! Хотя бы тем, что не помог тебе. Ты же еще молодой, перспективный…

— Да не думаю, будто он ей помогал, — начал отпираться от неожиданного обвинения Бычков, но тут же осекся.

— А ты на эту тему вообще не думай! – посоветовал ему Вадим Витальич. – Тебе сейчас удобнее все валить на него. И ликвидаторов не ты вызвал, а просто ничего поделать не мог. Запомнил? Типа это у нас была месть генерала Старику. За то, что Димку-юриста не уберегли.

— Мне показалось, что он от бессилия наехал, — признался Бычков.

— Конечно, от бессилия, — согласился с ним Бекетов. – Станешь тут… бессильным! В Диме-то был сосредоточен весь наш административный ресурс на уровне Конторы. И давай уже отвыкать от этих ругательных определений Старика! Вообще надо сделать так, чтобы о нем поскорее все забыли! У него вечно были всякие прозвища ругательные… сплошные «леночки-пеночки», «сашки-какашки»… Просто какой-то детский сад. Причем, чем ужаснее выбранная методика, тем смешнее прозвища. А это некультурно, знаешь ли. Все же надо с большим уважением к объектам относиться.

— Я постараюсь! – тут же взял себя в руки Бычков.

— Вот и постарайся! – не мог успокоиться Бекетов. – Ты ведь владеешь методиками? Вот и сделай… как надо! Если тебе это поможет, то могу сказать, что Старик тебя иначе как «мой Окуркин» не называл.

— Да что вы говорите? – как-то невыразительно удивился Бычков.

— А то ты не знал, — уловив его осведомленность, улыбнулся Бекетов. – Сам ведь видишь, насколько это неприятно. А Диму… мне самому очень жаль! Дима был первенцем…

— В каком смысле? – уточнил Бычков.

— А в том самом, — уклонился от прямого ответа Бекетов. – Тогда еще смотрели, кого ж на такое место поставить. Представь себе, отбою от желающих не было! Вся республиканская прокуратура на ушах стояла… Я же с прокурорскими с начала времен работал, у меня тут очередь на прием ломилась. Хотя я всех предупреждал, что методика пока новая, не совсем еще в вашем подразделении отработанная, можно сказать, экспериментальная. Рассказываю тебе, потому как ты, может, не в курсе, все же времена давние были…

— А все эти желающие знали, на что шли? – полюбопытствовал Бычков.

— Да как сказать, — задумался Бекетов, — может знали, а может это срабатывал советский атавизм.  Мы же научный атеизм сдавали, все знали, что никакой души не бывает… Может, привыкли не ценить… через совесть-то частенько приходилось переступать… Честно скажу, мотивы не выяснял, но рвались многие. Тогда еще слух о сокращении прошел… Сложная была обстановка. И оставалось тогда вообще две кандидатуры – Дмитрий Шумков и  Владислав Бекешкин.

— Насколько я помню чисто по биографическим данным, — вставил Бычков, — Дима внезапно ушел из органов Прокуратуры Удмуртии в 1999 году, когда все наоборот рвались на госслужбу. Он тогда основал юридическую компанию «Правоком».

— Совершенно верно! – подтвердил Бекетов. – Тогда ему было 27 лет, а Бекешкину уже дело шло к пенсии, ему уже стукнуло 44 года. Понятное дело, что он рвался…

— Из-за дела Перевощиковых? – догадался Бычков.

— И из-за него тоже, — тяжело вздохнул Вадим Витальич. – Может, из-за него в первую очередь. Впоследствии пришлось много чего предпринять, чтобы Бекешкин стал не рядовым пенсионером, весьма уязвимым… а начальником следственных органов.

9.10.2014 г. 20 лет со дня гибели полковника Перевощикова в Удмуртии: Преступники расстреляли семью, чтобы замести следы преступлений прошлых лет

Следователи, которые вели дело, сегодня приехали на могилу первого заместителя министра МВД Удмуртии и членов его семьи со дня гибели по

В ночь на 9 октября 1994 года четверо бандитов поднялись в одну из квартир Ижевска, выбили ногой дверь и открыли шквальный огонь из «Калашей» и «Макаровых» по мирно спавшим в квартире людям. Хозяин дома вместе с супругой были убиты в своей постели. Злодеи также расстреляли их старшего сына и дочь. Погибшими оказались первый заместитель министра внутренних дел Удмуртии полковник Николай Перевощиков и члены его семьи.

Вся семья оказалась в сборе, поскольку накануне, 8 октября, отмечали день рождения младшего сына Николая Перевощикова, Сергея. После празднества старшие дети четы Перевощиковых остались в родительском доме ночевать.

В жуткой бойне спаслись четверо: старший сын Перевощикова Игорь успел накрыть собой свою невесту и тем самым спас ей жизнь. Дочь первого замминистра внутренних дел Татьяна закрыла собой своего 10-месячного сына Руслана. В живых остался и младший сын силовика – он спрятался под столом, пули преступников чудом миновали его.

Четвертым выжившим был зять Перевощикова Борис Култашев. Именно он сообщил в милицию о расстреле. И впоследствии был арестован: он сам был замешан в преступлении.

— Я со следственной группой приехал на место жестокой расправы в 4 утра 9 октября. А потом в течение трёх суток из 6-го отдела УБОПа уже не выезжали: работали днём и ночью, чтобы не заснуть, беспрестанно пили кофе, — вспоминает сегодня руководитель Следственного управления Следственного комитета России по Удмуртии. — Через три дня основные участники уже были известны. Сначала мы вышли на Дмитрия Пешкова — именно он, выбивая входную дверь, оставил на ней свой след 44-го размера. На допросах, пусть и не сразу, но он заговорил, рассказав детали преступления. Так по ниточке вышли на остальных членов банды — Вершинина, Гришаева, а также и их лидера – Малышева, закоренелого матёрого преступника с сильной волей, человека жестокого и беспощадного. В общей сложности были задержаны 5 активных членов банды, 6 исполнителей и 7 соучастников совершения различных преступлений.

Как выяснилось позже, причиной убийства Перевощикова и его семьи послужила «дележка» в криминальной группировке, которую возглавляли сразу двое: Малышев и тот самый зять Николая Перевощикова — Борис Култашев. Терять власть и авторитет не хотели ни тот, ни другой. В какой-то момент, Малышев с подельниками испугались, что Култашев рассказывает тестю о всех заказных убийствах, которые совершала банда, и которых на тот момент было уже четыре. Тогда бандиты решили уничтожить как самого Култашева, так и семью, с которой он породнился.

За расстрел семьи Перевощиковых три самых активных члена группировки получили высшую меру наказания – расстрел. Но в связи с введением моратория на смертную казнь он был заменен на пожизненное заключение.

Сам Борис Култашев, которому дали 13 лет тюрьмы, вышел на свободу, но снова угодил за решетку за разбой под Санкт-Петербургом. В настоящее время отбывает наказание в Пермском крае.

Сегодня, 9 октября, следователи, которые днем и ночью работали над расследованием страшного дела, приехали на Хохряковское кладбище, где похоронены сам Николай Перевощиков, его супруга Нина, сын Игорь и дочь Татьяна.

— Живые цветы легли на черный, холодный мрамор скорбного постамента. Минутой молчания почтили память погибших следователи, которые никогда не забудут этот день. Вечная память… — передает пресс-служба СУ СК России по Удмуртии.

Еще больше материалов по теме: «КРИМИНАЛ В ИЖЕВСКЕ И УДМУРТИИ»

— Спустя 20 лет Бекешкину легко говорить, как спустя три дня он все раскрыл, причем, по сложившейся тогда у него традиции, — усмехнулся Вадим Витальевич. – Но самый цимес ситуации был в том, что именно тогда, в далеком теперь 1994 году, складывались тесные отношения нашей Конторы (в ее обновленном составе после распада бывшего Советского Союза) и органов прокуратуры.

— О, до сих пор ходят легенды, какие замечательные мероприятия вы тогда устраивали… с прокурорскими девочками! – не выдержал Бычков.

— Ни к чему все эти легенды, дело прошлое! – отрезал Бекетов. – Тогда, знаешь ли, все было намного проще, никаких тебе особо террористов и экстремистов, только «менты, кенты и лохи». Все наши прокурорские девочки с тех пор очень постарели и истрепались, незачем им старое поминать.

Ижевчане не могут забыть страшных убийств в «лихие 90-е»

Ижевчанин, сейчас уже взрослый парень, долго искал видео 1994 года. НТВ-шники сняли фильм о тройном убийстве в Ижевске.

Напомним, ночью 8 октября 1994 года банда разбойников подъехала к дому, где жили Перевощиковы и Култашев (один из участников этой же преступной группировки, из-за которого и произошло массовое убийство), поднялись по лестнице к квартире. Пешков выбил ногой дверь. Четверо бандитов открыли шквальный огонь по людям, находящимся в квартире. Заместитель министра внутренних дел Удмуртии полковник милиции Николай Перевощиков, его жена, сын и дочь (жена Култашева) были убиты. Култашев, спрятавшись под кроватью, уцелел. Его малолетний сын и двое других родственников Перевощикова также чудом остались в живых.

Расстрел произошёл практически на глазах у сотрудников наружного наблюдения, которые следили за Култашевым, поскольку в правоохранительные органы поступила оперативная информация о готовящемся убийстве трёх коммерсантов, говорится в источнике.

-Тогда я жил в соседнем доме, — рассказывает гость, — омон ездил по улицам и проверял все квартиры. В городе был план-перехват, но все безуспешно. Мне тогда было 6 лет. Люди в масках ходили по всем квартирам в районе центра, вели опрос, кто кого видел и тому подобное. Ощущения 6-летнего мальчика? Мне было просто непонятно, что происходит, но отчетливо помню, что все боялись вечером выйти на улицу. все боялись, что если вот так просто могли расстрелять семью зам.министра МВД по УР, то что могут сделать с обычными гражданами-то.

Почему именно сейчас все это вспомнилось?

По словам парня потому, что наконец смог найти видео, документальный фильм. Долгое время ролик пылился в архиве и только в апреле его кто-то слил в интернет. Видели его единицы.

Суд вынес весьма суровый для начала 1990-х годов приговор — члены преступной группировки — Малышев, Пешков и Гришаев — были приговорены к высшей мере наказания — смертной казни через расстрел. Култашев получил 13 лет лишения свободы, впоследствии ему добавили срок за попытку побега. В связи с принятием моратория на исполнение приговоров к смертной казни приговор Малышеву был изменён на пожизненное заключение. Дальнейшая судьба Пешкова и Гришаева неизвестна.

— Да уж, — сказал Бычков, рассматривая на компьютере Бекетова открытые им ссылки. – Ни фоточки, ни самого видосика… все потерто! Подельников расстреляли, а зятю, значит, срок добавили, чтоб не сбежал…

— Хорошо, что хоть при попытке к бегству не прихлопнули, — хмыкнул Вадим Витальевич. – Хотя… кто его знает?

09 Октября 2014 г. Память полковника милиции Николая Перевощикова и его семьи почтили сегодня в Удмуртии

Исполнилось 20 лет со дня  убийства семьи первого замминистра внутренних дел Удмуртии Николая Перевощикова.  Память трагически погибших в 1994 году Николая Александровича Перевощикова, его супруги Нины Александровны, старшего сына Игоря и дочери Татьяны  почтили на Хохряковском кладбище, где они похоронены.

Память о замечательном человеке и коллеге остаётся в сердцах сотрудников органов внутренних дел. На протяжении многих лет на могилу семьи Перевозчиковых приходят ветераны и действующие сотрудники полиции. Сотрудники республиканского МВД, родные и близкие погибших возложили цветы к могиле семьи Перевозчиковых и почтили их память минутой молчания.

Пресс-служба МВД по Удмуртской Республике

— Там ведь главная интрига в чем состояла? – усмехнулся Бекетов.

— В чем? – опять не утерпел Бычков.

— Да не только в том, что идею раскрытия этого преступления через третьих лиц подкинула Бекешкину сама наша экстремистка, которая тогда подвизалась в органах правопорядка в качестве желающей бороться за восстановление закона… Да-да! – глядя на растерянную физиономию явно не ожидавшего такого поворота Бычкова, поддержал его развязный тон Бекетов. – Там же всю ночь стояла иномарка одного лоха, который в соседний подъезд к любовнице приехал переночевать. Его взяли и мордовали достаточно продолжительное время, чтобы он признался в убийстве семьи Перевощикова. А тот не сознавался никак… Никто убийц особо и не искал, поскольку… все их знали, конечно. Потом прошел слух, что одна дамочка, которую полковник Алексеев решил в органах пригреть, заявила за рюмкой чая, мол, раз зять в живых остался, то его и сделают козлом отпущения, оставив внука заместителя министра МВД круглым сиротой…

— Она так и сказала? – переспросил Бычков.

— Да прикинула все варианты и сказала, — подтвердил Бекетов. – А за ней тогда еще водилось… такое. Ну, как скажет что-то дикое, так все и делают. С другой стороны, чего репу-то парить? Сколько не избивали лоха-любовника, он так и не сознавался в том, что семью Перевощикова порешил. Проблема в том, что у Бекешкина потом это в принцип вошло. Как кого пришьют, так он начинает все на зятя вешать. А зачем зятю было тестя убивать, тем более, если он при тесте только жить начал?

Николай Перевощиков

18 Авг 1995 г. Расследование заказного убийства замминистра внутренних дел Удмуртии

Генеральная прокуратура России завершает расследование убийства заместителя министра внутренних дел Удмуртии Николая Перевощикова и членов его семьи. В ходе следствия выяснилось также, что на счету убийц замминистра еще более 20 жертв, а также несколько менее тяжких преступлений: грабежей, разбоев и вымогательств. Вскоре все 18 арестованных по этому делу предстанут перед судом.

Убийство семьи

В субботу 8 октября семья замминистра отметила день рождения младшего сына Перевощикова, который служил во внутренних войсках в Ижевске и был отпущен на побывку домой. Застолье завершилось глубокой ночью.

Около 3.30 в воскресенье неизвестные выбили ногами дверь четырехкомнатной квартиры Перевощиковых. Ворвавшись внутрь, бандиты первым делом забежали в комнату, в которой отдыхали замминистра и его жена, и расстреляли их из автомата и пистолета. Затем киллеры убили старшего сына замминистра (он работал в налоговой полиции) и ранили в плечо его жену. От смерти ее спасло только то, что она перетерпела боль и не закричала.

Борис Култашев

Убийцы ворвались в комнату зятя Перевощикова Бориса Култашова и снова открыли огонь. Поскольку жена Бориса спала ближе к двери, основная часть пуль попала в нее.

Куртышов же успел скатиться с кровати и не пострадал. Не попали пули и в годовалого сына Бориса, который спал между родителями. Младший же сын замминистра спрятался под столом в холле, и убийцы, не ставшие включать свет в квартире, его не заметили.

Милицию и «скорую» вызвали не сразу: младший Перевощиков был в шоке, а Борис Култашов не спешил это сделать. Вначале смыл кровь со своего сына, вымылся сам, переоделся, покурил и только после этого позвонил куда следует.

Как только в Москве стало известно о происшедшем, в Ижевск вылетела оперативно-следственная группа, в состав которой вошли наиболее опытные сотрудники Главного управления по организованной преступности, Главного управления уголовного розыска МВД России.

При осмотре места происшествия милиционеры нашли 20 стреляных гильз от пистолета Макарова и автомата Калашникова и целый автоматный патрон. С выбитой двери был снят отпечаток ботинка 45-го размера. Интересно, что стрельбы в доме никто не слышал. Только живущая рядом с Перевощиковыми пожилая женщина обратила внимание на странные звуки — как-будто несколько раз провели металлической трубой по батарее.
Оставшиеся в живых ничего определенного о нападавших сказать не смогли. Только младший сын заметил, что один из них был высоким, а второй — маленького роста.

Как отметили сотрудники ГУОП МВД России, оперативной группой отрабатывалось 14 версий мотивов убийства. По одной из них, с замминистром, курировавшим службу криминальной милиции, расправились оставшиеся на свободе члены одной из разгромленных ижевских преступных группировок.

В подозреваемые попал и зять замминистра. Бывший омоновец, он некоторое время работал в коммерческих структурах, а затем, по оперативным данным, связался с некими бандитами. Возникло у сыщиков и предположение, что Куртышов делился с Перевощиковым информацией о криминальных структурах. Бандиты могли узнать об этом и попытались расправиться с Куртышовым. А Перевощиковых убили, чтобы не оставлять свидетелей.

— Ну, и журналистика у нас тогда была, — хмыкнул Бычков, – «младший Перевощиков был в шоке, а Борис Култашов не спешил это сделать».

— Нынешняя еще хуже! – отрезал Вадим Витальич. – Култашев ни от кого не скрывался, у него при тесте нормально шел бизнес, у него у единственного в городе был желтый Ferrari… Жил открыто, можно сказать, все его в жизни устраивало. Убийство всей семьи, чтоб еще и сына оставлять сиротой, явно в его ближайшие планы не входило. А уж как бывший ОМОНовец он отлично знал… кто и за что прикончил его тестя и всю семью.

— Тут про 14 версий говорится, — с презрительной ухмылкой отметил Бычков.

— Да одна там версия была у всех нормальных, — ответил Бекетов. – Перевозчикова готовили на должность председателя территориального комитета Конторы по УР. Главным в нашей богадельне должен был стать Перевощиков! А особых проколов за ним не водилось. Все уже было согласовано с Москвой… деваться тогда было совершенно некуда. Это же потом твой Старик предложил более цивилизованные и гуманные методы… ликвидации. Однако самого-то пришлось… куда деваться? Ты же понимаешь, что в нашем деле все безвыходные ситуации предпочитают не усугублять. А Перевощиков во главе Конторы… как раз в момент становления нашего сотрудничества с органами прокуратуры… создавал значительное напряжение и становился проблемой. Просто, сам понимаешь, никто на такой шаг у нас бы не пошел, поэтому и киллеры были гастрольными… со всеми вытекающими.

Почетные граждане Игринского района: Перевощиков Николай Александрович 

Заслуженный юрист Удмуртской Республики, заслуженный работник правоохранительных органов Удмуртской Республики.
Перевощиков Николай Александрович родился 16 января 1950 года в деревне Веретенниково Красногорского района Удмуртской АССР.
В мае 1971 года был назначен на должность инспектора уголовного розыска, затем на должность старшего инспектора уголовного розыска. Март 1977 года – должность зам.начальника отдела внутренних дел Шарканского райисполкома. Июль 1978 года – начальник Ярского РОВД. Октябрь 1984 года – начальник транспортного отделения МВД УАССР. Август 1985 года – командир отдельного батальона ППС. Ноябрь 1985 года – заместитель начальника отдела уголовного розыска МВД УАССР. Июнь 1987 года – заместитель министра внутренних дел УАССР по милиции. Август 1989 года – первый заместитель министра внутренних дел УАССР.
9 октября 1994 года трагически погиб при исполнении служебных обязанностей. За заслуги в борьбе с преступностью имел множество наград и поощрений. В том числе, медали «За трудовое отличие» и «За безупречную службу» всех трех степеней. Присвоены звания «Заслуженный работник правоохранительных органов», «Заслуженный юрист УАССР».
Решением Игринского районного Совета депутатов в 1999 году Николаю Александровичу посмертно присвоено звание «Почетный гражданин Игринского района»

— Так что ликвидации происходят у нас периодически, — вздохнул Бекетов. – Я тебе это напомнил, потому что… сердце чует. Дождемся еще от Бекешкина, если он вдруг дистанцироваться начнет. Он-то хорошо знает, какую роль играл Дима Шумков…

— Мне непонятно все же, — нерешительно вставил Бычков. – Диму тогда сделали… ну, контейнером товаро-материальный ценностей и административных ресурсов…

— И не только! – поддакнул Бекетов. – Твой Старик выражался просто – «контейнером».  Ты это к чему?

— Да вроде как не публичной у нас личностью он оказался, — пожал плечами Бычков. – Лучший юрист, благодетель и все такое, а о нем здесь многие с удивлением узнали только после смерти.

— Так у него вообще изначально были не публичные функции, — согласился Бекетов, — говорю же, Дима был очень важным человеком-контейнером. А я что-то не видел, чтобы кто-то контейнеры и сейфы на видных местах расставлял. Тем более, что у него в Москве представительские функции были… Тут все дело в другом!

— В чем же? – спросил Бычков.

— Да в том, что сейчас массовая ликвидация начнется, если точнее, уже началась! – отозвался Вадим Витальевич. – Бекешкин вовсю будет стараться… а нас, того и гляди, вывезут к лифту вперед ногами.

— Вы это серьезно? – удивился Бычков.

— Серьезнее некуда, — подтвердил Бекетов. – Мои комиссии по борьбе с терроризмом второй год с таким скрипом финансируют, что девчонкам из прокуратуры в глаза смотреть стыдно. Никто не понимает, что происходит… Но такое впечатление, что все вокруг наелись этой борьбой с терроризмом и экстремизмом… того и гляди, что в лицо плевать начнут!

— Неужели до такого доходит? – проникся его озабоченностью Бычков.

— Да все еще намного хуже, чем ты можешь это себе представить! – откликнулся Бекетов. – Нынче ведь, стоит где только рвануть, как все с той же легкостью нашей знакомой экстремистки начинают разглагольствовать про «русский след».

— Опять все сверху катится! – не на шутку расстроился Бычков.

— Да я давно об этом твоему Старику пытался докричаться! – взорвался Бекетов. – Ведь я трижды отказывался против этой бабы уголовное дело возбуждать! Трижды! Через ее адвоката-армяшку ей это передавал… Ну и… так получилось, что наоборот направил все ее мысли не на то, чтоб она успокоилась и сдохла, а чтоб она все свои усилия на самый верх направила.

— Что-то вы такое говорите, — неуверенно попытался резюмировать Бычков.

— Я говорю, Игорь, открытым текстом, — по-прежнему раздраженно ответил Бекетов. – Думал, что она в психушке это расскажет, а ее признают сумасшедшей и упекут! Конечно, договоренность такая была с самого начала. Ну, что она пургу начнет нести, что это все с самого верха на нее наезд… мол, спецслужбы три раз в отказ шли, но деваться-то некуда. Хотя все это правда, я три раза пытался объяснить, что кандидатура для отработки статьи 282 выбрана крайне неудачно.

— А это не с самого верха шло? – удивился Бычков. – На нее же вроде из Москвы чеченцы заявление написали. Я сам у нее в блоге, помнится читал. В статье . На смерть Черномырдина.

Представители Российского конгресса народов Кавказа в лице: Паскачева А.Б., Идалбаева А.М. направили заявление в прокуратуру Удмуртии с просьбой привлечь к ответственности владелицу сайта «Огурцова на линии» Дедюхову Ирину Анатольевну за публичное оскорбление по национальному признаку, призывы к насилию, оскорбление высших должностных лиц с использованием Интернет – СМИ. На своем сайте Дедюхова И.А. под псевдонимом «ogurcova» позволяет себе оскорбительные высказывания, не только в адрес чеченцев и евреев, а также в адрес высшего руководства страны.

Ну, раз такие дела, то я, конечно, может, тоже хотела бы увернуться от «оскорбительных высказываний в адрес чеченцев и… высшего руководства страны», даже в адрес уже бывшего «руководства». Можно подумать, что все эти «оскорбительные высказывания» лично мне доставляют особое удовольствие. Вчера сказала, что писать об этой сдохнувшей гадине не хочу, пускай сами с ним разбираются. Но… приказ получен, деваться некуда. Как вы понимаете, пишу не ради «самовыражения», а по требованию тех, кому не отказывают.

04.11.2010 г. На смерть Черномырдина

— Ну, читал ты и что? – проворчал Бекетов. – Все же она-то достаточно известная фигура была, у нас постоянно по телевидению выступала, на НТВ у нее очень значимое выступление было… даже в списках бестселлеров побывала… В один день это все не уничтожить. Тем более, когда прекрасно известно, кому именно здесь надо было ее убрать.

— Вы это вообще к чему? – выразил полное недоумение Бычков. – У меня уж просто мозги сносит… от явно лишней информации.

— А я к тому, Игорь, — вздохнул Бекетов, — что, когда нас с тобой вперед ногами повезут на каталке, нам никто сочувствия не выскажет. И не только в других округах, но и прямо в нашем Приволжском округе. И тут вопрос в том даже не в том, чтобы как-то ее заткнуть… тут вопрос в том, прекратятся ли все эти процессы с момента ее физического устранения? О методах даже не говорим! Если бы я точно знал, что все прекратится, я бы среди бела дня ей в башку пулю всадил при сотне свидетелей!

— Вы чего? – тихо спросил Бычков.

— Да я уже устал, Игорь! – отозвался Бекетов, растирая ладонями лицо. — Ведь мне из-за наших местных говнюков постоянно в лицо тычут! И даже обидно в какой-то мере… У нас можно без всяких последствий пришить заместителя министра внутренних дел… всем наплевать будет. Можно вот начальника вашего параноидального отдела вперед ногами вывезти, всем тоже будет фиолетово. А вот то, что мы не можем пережить наезд на эту бабу… по всем бьет крепко и с самого верха.

— Мне кажется, у вас просто настроение сегодня такое, — успокаивающе начал Бычков, — вы просто расстроились и видите все в черном свете.

— Вот только не надо со мной так! – резко возразил Бекетов. – Я все же хоть немного, но отвечаю за происходящее. Только сделать ничего не могу. Ты прикинь, что там началось сразу? Вначале она зуб имела только на дурачка Рашида Нургалиева, который спекся через год. Причем, вылезла история с пытками задержанных особо извращенными способами. И поза лотосом не помогла. Тут же вылезли всякие нестыковки в Сколково…

— Да и во время следствия всем хватило позора с подмосковными казино, крышуемыми прокуратурой! – согласился Бычков.

— Да-да! – подхватил Бекетов. – Стоило только тронуть эту бабу, причем, как бы «с самого верха». После суда, где ее с работы выгнали, сразу пошли дела по Оборонсервису и Агролизингу… Потом, заметь, крах офшоров на Кипре, «списки Магнитского»… И какая-то явная чернота, которую уже ничем не замажешь… и все с самого верха.

— Вряд ли все это можно приписать ей одной, — не согласился с его доводами Бычков.

— А кому ты это еще приписывать собрался? – почти с интересом спросил Бекетов. – Дениске Сугробову? Тебе или мне? Да кому это надо было? Я тебе советую все же аналитически оценить происходящее, не путать причину со следствием, как эта баба пишет у себя в блоге.

Бекетов протянул Бычкову яркую визитку с каким-то размалеванным негром.

— Ну, ты знаешь, у нас полно ведь колдунов, — смущенно ответил он на вопросительный взгляд Бычкова. – Даже по вашим худду-вуду есть. Мне их вахтеры посоветовали, они давно их услугами пользовались. Это Федор и Сергей, хорошие простые ребята, деревенские. Они вначале вуду не занимались, своими деревенскими методиками кормились. Но я тут им книжек всяких подогнал… Потому что твой Старик стал совершенно не выносим!  А мне нужны были сторонние эксперты, понимаешь?

— Понимаю, — раздельно произнес Бычков, внимательно рассматривая визитку конкурентов. – Они и худду занимаются?

По худду не знаю, — прямо ответил Бекетов, — а вот в вуду они даже главными по региону стали. Все же ребята упорные, деревенские… инженеры к тому же, наш механический закончили. Так вот первыми они эту связь с экстремисткой обнаружили! Они ко мне прибежали и сказали, что мы в качестве отработки экстремистской статьи сунулись к самой мамбе… как это они так выразились.

— А что это такое? – заинтересованно спросил Бычков, знакомым движением потирая переносицу.

— Вот ты, Игорь, перенял у своего Старика привычку переносицу чесать, — тут же заметил ему Бекетов, — я уж было за разговорами и забыл, как его нынче вперед ногами на берег Стикса вывезли, так сказать. Он ведь тоже любил у тебя уподобляться Харону… Совсем было забыл все эти неприятные дела, а как ты переносицу почесал, сразу вспомнил!

— Хорошо, Вадим Витальевич, я больше не буду! – смущенно ответил Бычков.

— Ты уж попытайся, — по-отечески посоветовал ему Бекетов, —  поменьше манерами своего бывшего босса светись! Тебя ведь и назначили на его место, потому что он многих достал. Так вот я о том, что у всех пароноидальных граждан нашей с тобой республики эта дамочка… вроде смотрящего. И это я у других тоже проверял, не только у своих доморощенных вудистов. Они сказали, что теперь ее ход, а она мелочиться не станет.

— Даже так? – хмыкнул Бычков.

— Я чего про Стикс-то сказал? – сам себя спросил Бекетов задумчиво. – Мне одна держательница гадального салона заявила, что мы все стоим не просто на берегу, а как бы по колено… в «безбрежных водах Стикса». А чем дальше, тем все глубже заходим. Некоторые раньше, некоторые позже… И все потому, что замахнулись на смотрящую, а поменять ее расклад не смогли.

— Так она теперь никто и звать никак! – зло ответил Бычков.

— А про сапожную иголку ты уже забыл? – предостерег его от скоропалительных выводов Бекетов. – Если бы я тебе приказал загнать себе иглу, чтоб потом на всех совещаниях месяц стоять как лакею под общий гогот, ты б это сделал? Вот то-то же!

— А договориться-то с ней никак нельзя? – спросил Бычков. – Договориться не пробовали?

— Можно! – ласково отозвался Бекетов. – Она и сама об этом писала в своем блоге! Она поначалу попросила выдать ей тот грант «на борьбу с экстремизмом», полученный республикой еще в 2009 году, давно распиленный без нее… А там было, ни много, ни мало, 9,5 млн рублей! Кто ж на такое пойдет?

— Никто! – хмыкнул Бычков.

— Так вот и я про то же, — грустно ответил Бекетов. – А потом она уже сказала, что договориться с ней все еще можно, но при этом надо учитывать коэффициент инфляции и ставку для потребительских кредитов Сбербанка… И чтобы все типа пересчитали в долларах!

— Ни черта себе, как аппетиты растут у этой суки! – заметил Бычков.

— Ну, надо отдать ей должное, что ее ведь куска хлеба лишили, — попытался оправдать развязное поведение смотрящей по параноидальному Бекетов.

— А сейчас-то чего надо? – не унимался Бычков.

— А все того же, Игорь, — устало ответил Бекетов. – Нам от нее надо было, чтобы она с концами сгинула, а ей надо того же. Она же знает, что добром мы с ней разбираться не станем… Да и в нашей Конторе от человека не отстают и на берегу Стикса, да? Пока по макушку туда не загоним, не успокоимся, верно? Вот ей и надо аналогичного, причем, в твоей иерархии, имей в виду!

— Я все приму к сведению, Вадим Витальевич, — совершенно искренне пообещал Бычков. – И все время буду держать вас в курсе.

— Да уж изволь! – вместо прощания сказал ему Бекетов. – Иначе нас всех того… ну, ты уже понял!

— Типа того, — прошептал Бычков, — осторожно закрывая за собой дверь кабинета.

Продолжение следует

Читать по теме:

  • Глава I. День «Ч»
  • Глава II. Тень в зеркале
  • Глава III. Прокурорская девочка
  • Глава IV. А в Фейсбуке котики!
  • Глава V. Веяния новых времен
  • Глава VI. Про худду и вуду
  • Глава VII. Экстремистские страсти
  • Глава VIII. Средство для памяти
  • Глава IX. Неформальное общение

Безбрежные воды Стикса. Книга I. Глава I

Срд, 07/11/2018 - 05:35

Ирина Дедюхова

Безбрежные воды Стикса

Книга I. Месть Единорога

Глава I. День «Ч»

Джон Роддэм Спенсер-Стенхоуп – «Встреча»

Стариков шел по пустому коридору к своему кабинету, пытаясь сообразить, куда это его молодой начальник отослал всех подчиненных?.. Наверно, затеял очередную глупость, чтобы выслужиться на новом месте.

Внутри шевельнулась тревога, какое-то предостережение. Однако тут же пришли какие-то несвойственные ему мысли, вроде «Спокойно, Старик!»

Раньше он никогда так о себе не думал, а к чувству внутренней тревоги относился несколько иначе. Но то было раньше, а теперь… «Ничего не попишешь, Старик! – сказал он вдруг себе бодрым, беззаботным тоном. – Возраст берет свое!»

Стариков знал, что за спиной все его называют «Стариком». Он нисколько не обижался на это прозвище, отдавая должное тому, насколько близко оно к истине.

Не то, чтобы он с такой остротой раньше чувствовал возраст, но, пожалуй, больше никем и не мог себя представить в жизни, кроме вечного, давно ничему не удивляющегося Старика. Хотя когда-то и он был молодым, но все это было слишком давно и для настоящего времени имело самое несущественное значение.

Не обнаружив на месте секретаршу, тут же вспомнив, как отрешенно посмотрел на него дежурный охранник на входе, Стариков понял, что надо немедленно уходить. Он быстро вынул из стола два заранее подготовленных пакета, гадая, успеет ли дойти до лифта.

Взяв в шкафу лежавший всегда наготове объемистый кожаный баул, он подошел к сейфу и быстро сгреб все его содержимое. Все остальное он либо никогда не хранил на работе, либо вынес заранее, внутренне ругая себя за излишнюю осмотрительность.

Почему-то он был совершенно уверен, что еще полгода без него никак не смогут обойтись. А где полгода, там и два остро необходимых ему года для завершения цикла. В глубине души он все же надеялся, что уж для него такой день никогда не наступит.

Впрочем, он слишком хорошо знал очень многих, кто был не менее его уверен, что уж для них такого дня наступить не может по умолчанию. А понимали они, что отнюдь не являются исключением из правил, слишком поздно. Возможно, какие-то сомнения и предчувствия у них были, но он со своей стороны много лет делал так, чтобы никто из них до самого конца не верил смутным подозрениям.

А теперь он и сам попался на ту же удочку. Как выясняется слишком поздно, чтобы хотя бы успеть добежать до лифта, и он совершенно зря сегодня не прислушался к каким-то тоскливым предчувствиям, хотя привык во всем полагаться на свою интуицию.

Но эти сомнения были чем-то вроде атавистического проявления прежней натуры, может, связанные с возрастом. Да, возраст брал свое, но отчего-то ему казалось, что уж на него-то точно руку никто не поднимет.

Только на днях его отделу дали новое интересное поручение, с которым его молодежь может пока и не справиться. Тем более, что пост главы отдела он уступил молодому, перспективному и напористому Бычкову, оставшись старшим научным сотрудником… Стоп! Опаньки! Значит, «молодой, перспективный напористый» и еще какой? А у него типа «возраст берет свое», как мог сказать о нем только тот, кто точно не знал его настоящего возраста. И с какой стати ему Бычкову безупречную характеристику составлять… накануне собственной выбраковки?

Стариков почувствовал, как холодный пот выступил на висках. Он понял, что давненько находится под внешним воздействием. Попасться так можно было, лишь явно недооценивая Бычкова, зная все его проколы. Но ведь в «здоровом цинизме» ему не откажешь…

Он припомнил, что вторую неделю, засыпая с некоторым трудом, мысленно пробегает послужной список Бычкова, причем, не критически, а именно в пафосном русле рапорта на должность, испытывая явно не свою… удовлетворенность. И отделаться от этого не мог, все думал и думал, как бы развить и протолкнуть карьеру этого Бычкова… на фоне перечисленной показухи. А оно ему надо было?

Бычков, конечно, имел хорошие способности, но действовал нахрапом, не обладая внутренней культурой и деликатностью, вскрывая объекты, как каракатица устриц, с характерным наездом современной молодежи, которой надо все и сразу. Никакой осторожности, не говоря уж об аналитике. А уж о бережном отношении к объектам с ним и разговаривать было бессмысленно.

Значит, Бычков его сдал под выбраковку, толком даже не успев закрепиться в его кресле. Небось слипера они уже от него отключили, раз решили мочить.

На близкий контакт с ним не пойдут. Очевидно, будет, снайпер. Поэтому и коридор пустой, хотя… может весь их отдел решили подвергнуть выбраковке?.. Это вряд ли, Бычкову же карьеру надо делать. Значит, все в курсе, а он, как последний болван, даже не сообразил, что его Бычков удаленным гипнозом имеет.

Но все, что знает этот Бычков, он знает от него. И мог хотя бы предположить, сколько всего он вообще не знает. Однако решил, что всего ему достаточно, можно своему наставнику устроить мочилово вместо пенсии. А ведь он даже рассчитывал, что с Бычковым во главе даже на пенсию сможет выйти. Но, скорее всего, мечты про пенсию ему транслировал через слиперов Бычков, еще и потешался, наверно.

Какая к черту пенсия, если он с самого начала знал, что отсюда надо рвать когти? Все подготовил сразу после назначения Бычкова… и вдруг разнюнился, начал мечтать о пенсии, с умилением раздумывать над карьеркой Бычкова… даже гордиться новым поручением! Мол, уважают, ценят даже.

И внутренние тормоза не сработали, когда раздумья над карьерным ростом сопляка Бычкова перерастали в бессонницу, подавленное депрессивное состояние… и постоянные ссылки на возраст. Небось, этот гаденыш еще и сканировать его пытался.

А что, если Бычков не такой уж идиот и что-то все-таки узнал?.. Вдруг выбраковка – это следствие?

Усилием воли Стариков взял себя в руки и мысленно закрылся от любой попытки подключиться, проверив, какие еще ненужные мысли могли подсадить ему внешним воздействием.

Он вспомнил, что еще две недели назад решил исчезнуть, поскольку присутствовал при важном разговоре, о котором вдруг ни с того, ни с сего забыл. А ведь именно после этого разговора он понял, что надо немедленно сматывать удочки.

Бычков говорил при нем по телефону своеобразным мычанием, полностью оправдывая свою фамилию. И Стариков тогда даже немного развеселился, но веселье мигом улетучилось, когда по осторожному взгляду, который кинул на него Бычков, он понял, что речь идет о нем.

Почти подобострастно глядя в лицо неопределенно мычавшего Бычкова, Стариков моментально собрался и настроился, чтобы услышать разговор целиком. Он даже дернулся от шипения их бывшего генерала, работавшего теперь в московском отделении Конторы.

— Вы там совсем уже смалились? Скоро титьку просить начнете? – зло шипел генерал в трубку. – Она написала, что теперь все, кому не понравится ее писанина, должны наших местных уродов за нее поблагодарить, раз ей организовали нынче массу свободного времени на пасквили. Раньше она при деле была, а нынче – свободна как птичка! И ничем никому не обязана. А до этого она написала, что никто не будет иметь дело с теми, кого она выведет на чистую воду. И получается-то все по сказанному! Вы каким местом там думаете? Или вообще не думаете?

Бычков неопределенно промычал.

— Слушай меня, Бычков, и слушай внимательно! – продолжал генерал. – Больше года назад вашему Старику было сказано с ней покончить раз и навсегда. Вроде ты ведь этим занимался, а? Ты этим занимался или Старик?

Бычков отрицательно замычал, как бы давая понять, что он вообще не в курсе, хотя Стариков уже догадался, о ком идет речь. Женщину, преподавателя вуза, писавшей в Интернете под ником ogurcova, несколько лет назад по ложному доносу обвинили в экстремизме, лишили работы. По всем задумкам она не должна была дожить до пенсии. Если точнее, она не должна была дойти до суда, сгинув навсегда среди пациентов психушки в ходе проведения «судебной психолого-психиатрической экспертизы».

Вот эта баба как раз до пенсии дожила, причем, весьма оригинальным способом. Она создала портал, который ежедневно поливал грязью руководство страны, причем так, что не подкопаешься.

Никаких политических амбиций она не имела, просто давала здравую аналитику, не упуская возможности разделать под орех все руководство страны с точки зрения системного анализа.

Поскольку, кроме нее, определенному контингенту из инженеров и ученых читать было больше нечего, ей кидали за статьи какую-то мелочь, на которую она умудрялась сводить концы с концами.

В августе 2015 года с ней решено было кончать раз и навсегда, раз тетя таки дожила до пенсии. И занимался ею как раз Бычков, проваливший все дело. Будучи совершенно не осведомленной в их делах, эта баба, тем не менее, поймала Бычкова в тот момент, когда сам Стариков не сомневался, что к утру можно будет писать рапорт.

Там был забавный момент… показывающий, что такое быдло как Бычков повсюду поймают. Помнится, Стариков лишь схватился за голову, когда тот рассказал, как пытался ломать опытную тертую бабу, еще советского кандидата технических наук.

Вместо того, чтобы тонкими, почти нежными наездами вызвать в женщине грусть, тоску, невыносимую жалость к себе, а затем пробудить в ней отнюдь не беспочвенное разочарование в жизни, Бычков бубнил выдержки из ее статей про Путина и Медведева, устраивая ей гипнотический допрос с единственным риторическим вопросом: зачем она такое написала про высших руководителей страны?

А дальше шла волна панического страха, подкрепленная длительным и почти невыносимым болевым воздействием. Бычков истязал свою жертву с садистской расчетливостью, начиная в одно и то же время, проявляя патологическую жестокость.

В помощь себе он взял нескольких молодых слиперов, подключавшихся к экстремистке, нагоняя на нее сонное депрессивное состояние, чтобы потом долбить риторическими вопросами про ее писанину с разбором проделок Путина и Медведева в высших иерархиях  государственного управления.

А пока они ее терзали морально, Бычков, воспользовавшись наукой Старикова, большими сапожными иглами колол куколку с привязкой к экстремистке.  Хотя подобные вещи были явно излишними, тем более, что слиперов, подключенных сознанием в этот момент к объекту, буквально мутило от испытываемой ею боли.

В кукле худду, которые непосвященные считали «куклами вуду», содержалось немного материалов объекта, добытых при проведении полостной операции. В ней уже не было живого места, хотя Стариков неоднократно указывал Бычкову, что колоть надо не «куда попало», а строго в определенную область, заранее выбранную, чтобы объект считал, что у него болит определенный орган… по вполне естественным причинам.

Само дело об экстремизме отдавало какой-то примитивной наглостью и даже трамвайным хамством, но, когда к нему подключился Бычков, добиваясь, чтобы объект замолчала раз и навсегда, все это приобрело характер истязания бродячей кошки дворовой шпаной.

Стариков с ужасом смотрел на происходящее, понимая, что посвятил в тайны худду совершенно беспринципного человека, за что спросят отнюдь не с Бычкова. Но разве он сам набирал подчиненных? Будь его воля, он бы и близко не подпустил к Конторе такого, как Бычков, а уж тем более — к их отделу.

В результате воздействия экстремистка действительно долго не писала своих статеек, но от внешнего воздействия сумела полностью отключиться, неожиданно ответив на осточертевший всем вопрос: «Слышь, урод! А может, воткнешь эту иглу себе в задницу? Ты кто такой, чтобы выступать против свободы моей совести, данной мне свыше? Если б я не верила в жизнь и типа захотела бы кердыкнуться, то о детях бы думала, как их одних оставлять с такими, как вы! Уж точно бы и не вспоминала о двух уродах, которые всем жизнь испортили! Еще ко мне сунешься, я вам всем устрою кузькину мать, суки!»

Всю эту тираду вдруг проорал побагровевший от натуги слипер, выкинутый из чужого сознания. А Бычков вдруг, ни с того, ни с сего, с воплем загнал сапожную иглу себе куда-то в… большую ягодичную мышцу, так сказать. Взял и ткнул себя иглой справа прямо через брюки.

А после этого экстремистка, к сознанию которой уже не удавалось подключиться, просто закусила удила, добавив в статьи аналитики, с чем у Бычкова всегда были серьезные проблемы, впрочем, как у всех нынешних конторских.

— Ты, Бычков, соображаешь, что сейчас у нас вообще нет никаких рычагов воздействия на эту жизнерадостную пенсионерку? – орал генерал на мычащего Бычкова. – У нас здесь все летит птицей-чайкой, а я еще должен с утреца интересоваться, кем это она нынче решила заняться. Вы что, пенсовку унять не можете?.. Разберись, Бычков!

Вспомнив этот отчаянный крик генерала, Стариков понял, что позвонил он Бычкову после разноса, к тому же оказавшись в полном вакууме в Москве.

Возможно, что и его ликвидацию Бычков задумал, чтобы свалить на него все свои проколы с экстремисткой. Хотя о последнем проколе сапожной иглой знал весь отдел.

Хуже всего, что в период этих садистских наездов, когда Бычков, которого Стариков после этого случая стал называть про себя «Окуркин», слишком вольно обходился с магией худду, игнорируя все предупреждения старших товарищей, экстремистка каким-то образом смогла прокачать двух слиперов, Бычкова-Окуркина, прибежавших на вопли научных консультантов, задев ненароком и самого Старикова.

Объект готовили к самоликвидации, никто от нее особо не зеркалился. В голову не приходило, что она поймает Окуркина на его занудстве и совершенно излишнем садизме. В результате она хорошенько тогда прошлась по всем головам, пока они оказывали Бычкову первую медицинскую помощь.

В ее статьях начали мелькать как бы такие «догадки», высказываемые ерническим тоном, которые обычно шли у них под грифом «Совершенно секретно».

При этом каждый воспринимал написанное практически один к одному, поскольку за экстремисткой закрепилось крепкое реноме, что она делает безупречные аналитические выводы исключительно на открытых источниках и всегда говорит правду, даже когда шутит.

Добавка к ее без того забористому коктейлю некоторой доли излишней осведомленности превратила ее писанину в гремучую смесь. И буквально через месяц после того, как Бычков-Окуркин воткнул себе ягодицу сапожную иглу, в республику привезли прах с урной Димки-юриста. Дамочка любила начинать с самого верха.

5.12.2015 г. Уроженец Удмуртии, совладелец «Олимпийского» 43-летний Дмитрий Шумков мог повеситься из-за проблем в бизнесеЕго приятеля и помощника по бизнесу задержали за получение взятки, после чего дела инвестора пошли под откос

4 декабря в башне «Федерация» в московских апартаментах «Москва-Сити» нашли тело известного бизнесмена, одного из лучших адвокатов России, совладельца спортивного комплекса «Олимпийский», председателя Совета «Центра правовых инициатив», уроженца Сарапула Дмитрия Шумкова. По предварительным данным, мужчина повесился в гардеробной на галстуках. Тело обнаружил охранник «Москва-Сити», у которого был электронный ключ от его апартаментов. Сейчас следователи начали выяснять причины самоубийства.

— Проводится доследственная проверка по факту самоубийства Шумкова, тело которого было обнаружено в его квартире в башне «Федерация» комплекса «Москва-Сити», — рассказала журналистам официальный представитель ГСУ СК по Москве Юлия Иванова.

Как сообщается на сайте НТВ.Ru , с весны 2015 года у Дмитрия Шумкова начались проблемы в бизнесе. И начались они после ареста его партнера, бизнесмена Андрея Архангельского, который руководил  «Мосинжпроектом». Он был задержан при получении крупной взятки от субподрядчика строительства одной из станций метро. Тогда в жизни Шумкова началась черная полоса и затормозилась реализация его проектов. Говорят, что в последнее время Шумков был в депрессии.

Это может быть случайностью, но 3 декабря Андрею Архангельскому вынесли приговор — 3,5 года лишения свободы и выплата штрафа в размере 50 млн рублей. А на следующий день, 4 декабря, Дмитрия Шумкова нашли в петле… Окончательную точку в этом деле предстоит поставить следствию.

Кем был Дмитрий Шумков

Дмитрий Владимирович Шумков — юрист, инвестор, общественный деятель. Окончил Российскую академию народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации. Доктор юридических наук. Входит в ТОП-10 юристов России. Лауреат высшей юридической премии Российской Федерации «Юрист года» 2012. На его счету более 100 публикаций по различным фундаментальным правовым аспектам, включая монографию, написанную совместно с проректором СПбГУ Джангиром Аббасовичем Керимовым, «Основы учения о праве и государстве», работа «Система органов исполнительной власти и исполнительных органов местного самоуправления в республиках – субъектах РФ» и многие другие.

Шумков — юрист

Дмитрий Шумков родился в 1972 году в Сарапуле. Начинал юридическую карьеру в 90-х в органах Прокуратуры Удмуртии. Покинув госслужбу в 1999 году, основал юридическую компанию «Правоком». Затем она путем объединения с компанией «Юракадемия: Кутафин и партнёры» была преобразована в «Юридическую группу», где Дмитрий Шумков занял пост председателя комитета партнеров. Это была первая юридическая компания, получившая права на сопровождение международных сделок Правительства России.

В 2006 году вместе с академиком РАН Олегом Кутафиным инициировал создание Центров оказания бесплатной юридической помощи для малообеспеченных граждан. Сейчас в России действует порядка 800 таких центров. Также в рамках реализации данного проекта Дмитрий Шумков через свой благотворительный фонд финансировал строительство и оснащение двух межвузовских Ситуационных центров правовых инициатив в МГУ им. В.М. Ломоносова и МГЮА им. О.Е. Кутафина.

В 2012 году Дмитрий Шумков возглавил «Центр правовых инициатив». Эта организация была образована в соответствии с поручением президента России на базе ведущих юридических вузов страны. Основной задачей ЦПИ является отбор и обобщение предложений по совершенствованию Гражданского кодекса РФ с ежемесячным представлением президенту доклада о возможности их реализации. Дмитрий Шумков занимает пост председателя совета ЦПИ.

3 декабря 2013 года президент России Владимир Путин встретился с Дмитрием Шумковым и членами совета Центра. Шумков представил итоги работы ЦПИ и рассказал главе государства о планах создания образовательных центров российского права за рубежом.

Президент дал высокую оценку проведенной работе и обсудил с членами совета перспективы работы ЦПИ. В 2012 году во время президентской избирательной кампании Дмитрий Шумков занял пост председателя совета ситуационного центра «Выборы 2012», где молодые юристы из всех 83 регионов выступили наблюдателями на 86 тысячах избирательных участков. Более 500 лучших из них работали непосредственно в Ситуационном центре, круглосуточно обрабатывая поступающую информацию и обеспечивая функционирование «горячей линии».

Шумков – инвестор

Инвестиционные интересы Дмитрия Шумкова весьма разнообразны. Через компанию «Центр технологий взаимодействия сетей» (ЦТВС) он владел блокирующим пакетом в хабе «Московский Internet eXchange» (MSK-IX). Хаб MСК-IX входит в пятерку крупнейших точек обмена интернет-трафиком в мире, через него проходит 60% российского трафика. Также Шумков владел блокирующим пакетом лидера российского рынка CDN (Content Delivery Network, услуги доставки контента) NGENIX. Среди 500 клиентов компании такие, как ВГТРК, Life News, Rutube, Ozon.ru, Stream, Sportbox.ru, Чемпионат.com, Lenta.ru, Gazeta.Ru, SUP Media и другие, сообщается на сайте «Все биографии».

С 2000-х годов Дмитрий Шумков активно инвестировал в девелоперские проекты. В частности, он являлся совладельцем СК «Олимпийский». Это крупнейший крытый стадион в Европе, максимальная вместимость которого составляет 35 тысяч зрителей. Ежегодно только бассейн «Олимпийского» посещает более 1 млн человек.

Там проходят не  только тренировки и спортивные соревнования, но и выступления всемирно известных артистов и другие шоу.

В рамках своей девелоперской инвестиционной деятельности Дмитрий Шумков приобрел ряд зданий в Китайгородском проезде, непосредственно примыкающем к возводимому на месте снесенной гостиницы «Россия» парку «Зарядье» в Москве. Далее в 2014 году он выкупил у правительства Москвы комплекс зданий на улице Варварка также в непосредственной близости от будущего парка. Дмитрий Шумков планировал реконструировать принадлежащие ему объекты в соответствии с архитектурной концепцией «Зарядья» и включить их, таким образом, в парковый комплекс. Здесь планировалось открытие ряда музейных проектов – ЭМПИ (этнографического музея первичных искусств и культур народов России), виртуального музея фортификации «Стены России», экспозиции, посвященной истории старейшего московского района «Зарядье», и других. Помимо этого, реконструкция принадлежащих Шумкову зданий в Китайгородском проезде и на Варварке предусматривала строительство пятизвездочного отеля под управлением Mandarin Oriental Hotel Group. Планировалось, что в гостиничном комплексе откроются современный медиа-центр, библиотека еврейской литературы и экспозиция, посвященная созданию первого полнометражного фильма Сергея Эйзенштейна «Стачка», снятого в Китайгородском проезде. Эти объекты окажутся вписанными в парк «Зарядье» и станут его узловыми функциональными точками.

«Комсомольская правда» выражает соболезнования родным и близким погибшего.

Еще больше материалов по теме: «СУИЦИДЫ В ИЖЕВСКЕ И УДМУРТИИ»

На Диме держалось многое… практически все. Глупо было вешать все на одного человека, замыкая главные связи, но так уж получилось. И до некоторого времени было вполне удобно. Никто же не думал, что он так сильно расстроится. Вот и получилось, что хотели эту противную бабу в петлю затолкать, а затолкали Диму.

С его уходом начали сыпаться все тщательно выстраивавшиеся годами связи и отношения. Конкуренция в таких делах просто запредельная, никто ни с кем нынче не считается, все лезут без очереди. Уничтожили твой главный контакт – вали в хвост! Без разговоров.

А генерал, видимо, помаялся в Москве без Димы, а устроить нового Диму не смог, время нынче другое, все меняется каждый день. Ну и, наехал на Бычкова, а тот, видимо, решил все на него свалить… Мол, не в курсе совершенно, только недавно назначен вместо Старика.

Так что… вполне возможно, что они попытаются всем отделом наехать, чтобы устроить ему масонскую смерть в петле из галстука… Нет, скорее всего, струсят, Бычков трусоват. А когда трус принимает решения, то обычно выставляют снайпера.

К тому же Бычков знает или догадывается, что сейчас любому подходить близко будет опасно… для пользы дела.

Стариков посмотрел на окно, слабо освещавшее небольшой кабинет сквозь плотные вертикальные жалюзи. Про снайпера и прочие шпионские навороты он, конечно, тоже подумал под сильным влиянием внешнего воздействия. Пустой коридор означает лишь, что лифт к нему не придет, а дверь проветриваемой пожарной лестницы плотно закрыта.

Зачем же снайпер, если в данном случае никакие контакты, включая мысленные, попросту недопустимы?

Пустят газ, что не раз отрабатывалось в подобных случаях на своих, начиная с теракта на Дубровке. Там, впрочем, из 900 заложников погибло более ста человек.

Ну, значит, его будут травить уточненной рецептурой, чтоб больше он не проснулся. Как это они пишут в отчетах — «спецрецептура на основе производных фентанила». Основной причиной смерти заложников на  Дубровке указали «обострение хронических болезней». А в его случае, очевидно, сошлются на «возрастные изменения».

Стариков посмотрел на потолок, вспомнив, что сразу после назначения Бычкова-Окуркина в его кабинет приходили два монтера, регулировавшие систему пожаротушения. Пояснили, что поставили какую-то очень современную, подававшую охлажденный воздух вместо прежних распылителей воды из пожарного водопровода.

Он это даже расценил, как проявление заботы уважения к нему… от Бычкова. Тем более, что старая система пожаротушения некстати срабатывала в разгар проведения ритуалов со свечами. Он тогда и подумал, что переход с воды на охлажденный воздух в его ритуалах намного удобнее. Непонятно лишь, как они с этими импортными системами пожаротушения решили воздухом пожары тушить, если даже свечи не потухнут?..

Стоп… значит этот газ они подадут через систему пожаротушения, а свечи будут гореть… Что ж, пора готовиться, долго с ним они возиться не будут.

Он быстро зажег все свечи, стоявшие вокруг стола в чугунных напольных подсвечниках, придавая вполне современному скромному кабинету вид средневековой монашеской кельи, вынул из баула два свертка с небольшими церковными свечами и благовониями, расставил их на столе, обновив пентаграмму. Затем, тяжело вздохнув, сел в кресло за столом, шепотом быстро произнес несколько коротких заклинаний и, сосредоточившись на достаточно неприятных последствиях, стал ждать, когда из пластиковых набалдашников системы пожаротушения повалят клубы белесого усыпляющего газа.

Если они наблюдают его в мониторе, то вряд ли увидят разницу в начавшемся ритуале. Главное, чтобы все прошло хорошо. И раньше все проходило, как по маслу, так с какой стати нынче что-то может пойти не так? Судя по тому, как Бычков воткнул себе иглу по приказу своего же объекта, люди не меняются, столь же наивны и слишком уверены в защите всего сущего, даже предав его основы. Слишком сложная мысль для большинства, в том числе и для Бычкова.

Стариков вспомнил, как несколько раз ловил Бычкова на редких сетевых ресурсах, посвященных худду.

Отдел выставлял разного рода сайты с виртуальными алтарями языческим богам и всевозможными гаданиями, поскольку отслеживал статистику обращений граждан к оккультным практикам по полу, возрасту, этнической и профессиональной принадлежности, месту жительства и, главное, причинам, побудивших объекты обратиться к высшим силам.

Слишком самодовольный Бычков был абсолютно уверен, будто Стариков не является компьютеропользователем, как большинство людей его возраста. Поэтому, пользуясь сетевой анонимностью, иногда позволял себе излишнюю откровенность в виртуальной среде.

Стариков его не останавливал, сетевая активность Бычкова позволяла без лишних вопросов сканировать все, что он почерпнул в общении с ним. Но лишь поморщился, когда даже в Википедии вдруг появилась статья про худду, будто написанная в воображаемой полемике с ним… без должного уважения к нему, как к Учителю и Наставнику. Все же в давние времена его молодости в отношении Учителей такого прагматизма не проявлялось.

 Худу (Hooddo, Hooddod, худу) — североафриканское колдовство и религиозный культ, основанные на суеверии и страхе перед смертью. Слово «худу» происходит от hu’du’ba, что на языке хауса означает «пробуждать негодование, вызывать возмездие»[1]. Худу не является частью вуду, хотя в последнем заимствованы некоторые приёмы.

Учение

Основная линия религии худу — это вера в более совершенных существ, нежели люди, так называемых предков, прародителей. Эти существа, как и люди, были смертны, но перед своим исчезновением сумели наделить избранных детей своих знанием «силы крови». Именно с кровью связано девяносто процентов всей деятельности последователя худу. Последователи худу верят, что смерть — это не конец, это способ переместиться в новое тело и продолжить существование. Но в этом случае человек, в чьё тело удастся вселиться, навсегда будет обречен остаться в «замкнутом круге» (некое подобие африканского ада, где  душа человека вынуждена переживать одно и то же событие вечно). Именно по этой причине перемещать свою душу в тело другого человека строго запрещается и считается большим грехом. Те же, кто всё таки решается на подобные эксперименты, впоследствии оказываются проклятыми. Их души не способны переродиться и двигаться дальше. Эти люди вынуждены снова и снова менять тела. Если же случится так, что проклятый однажды не сумеет обрести новое тело, он попадает в круг, а все души, которые были там по его вине, освобождаются.

Чтобы переместиться в другое тело, колдуну худу нужно выбрать жертву, сделать её близкой себе, обманом заставить верить в силу худу (иначе колдовство не сработает), обманом заставить совершить ритуал перемещения. Кроме того, у обоих должна быть одинаковая кровь (возможно, речь идёт про одинаковый резус-фактор). Период, в котором колдун худу может переместиться в другое тело — один год. Возраст нынешнего тела колдуна должен быть ровно 67 лет. Возраст «сосуда» 23 года. Объяснения этих чисел либо никогда не существовало, либо оно утрачено.

Кроме переселения души, в худу существует масса приёмов защиты, подчинения разума, вреда путём своеобразных проклятий. Во всех этих приёмах есть один общий знаменатель — кровь. Кроме того, колдуны худу — отличные травники. Возможно, большинство их приёмов действует по причине сочетания людского страха и наркотических веществ.

Отличие худу в том, что оно не подразумевает поклонения кому-либо. Колдун худу действует по своей инициативе.

Исследование

Худу остаётся практически неисследованным. Многие вообще считают худу вымыслом. Среди исследователей во всём мире нашлось всего несколько археологов и религиоведов. В последнее время изучением худу активно занялись поисковые группы, такие как КосмопоискВратаDarkresНеман и другие.

В кино

Стариков не показал вида, будто вообще знает об этой просветительской деятельности Бычкова, очевидно, вообразившего себя кем-то вроде языческого бога на фоне массы виртуальных алтарей, куда пользователи сети возносили свои молитвы, просьбы, мечты, сокровенные чаяния и… персональные данные для статистики отдела.

В этом случае лишь стоило сожалеть о напрасно потраченном времени страждущих прихожан их «языческих» сайтов, не совсем осознающих, что возносят молитвы и разжигают алтари, обращаясь с древними заклинаниями и рунами… к шпионившему за ними Бычкову.

Он отдавал себе отчет, что усилия Бычкова, а также заокеанских просветителей из «фабрики грёз» Голливуда, явно связанных с аналогичными отделами паронормального ЦРУ, не пропали зря. Как грибы в сети росли формы и сайты, посвященные переселению душ.

На одном из них Стариков даже столкнулся с попыткой осмыслить реинкарнацию… статистически.

А знает ли кто-нибудь во сколько раз изменилась численность человеков, населяющих планету Земля за прошедшее тысячелетие?
Я нашел вот такую статистику:
1500 — 350 млн
1650 — 500 млн
1850 — 1000 млн
1930 — 2000 млн
1960 — 3000 млн
1974 — 4000 млн
1987 — 5000 млн
1999 — 6000 млн
А теперь самый главный вопрос: если предположить, что человеки перерождаются в человеков только на нашей планете, то как распределены среди людей количество прошлых жизней?
Ответ:За примерно 500 лет количество людей увеличилось более чем на 5 млн. Из сейчас живущих 6000 млн человек не более 350 млн имеют хотя бы 10 прошлых жизней. Далее, 1000 млн — не более 4 прошлых жизней, 3000 млн живут свою первую жизнь.
Я где-нибудь ошибся?

В один не слишком прекрасный день Стариков обнаружил присутствие Бычкова на форуме по переселению душ чисто на основе худду, где тот, сославшись на статью в Википедии, высокомерно пояснял непосвященным, что в худду вообще-то имеется в виду не переселение, а подселение. Таким образом все художественные домыслы абсолютно беспочвенны и рождают лишь напрасные иллюзии.

Стариков тогда еще понял, что с активностью Бычкова в виртуальной среде необходимо как-то заканчивать, иначе кое-кто из свободных птичек, у которых на пенсии теперь масса времени, чтобы просеивать Интернет куда тщательнее их отдела, возникнут блестящие догадки, что в петлю времени можно погрузить не только отдельную личность, но и целую страну, захватив область жизнедеятельности… да как новое тело!

Он попытался поговорить с Бычковым… как бы по душам, хотя его по понятным причинам коробило такое определение. Бычков же с кривой ухмылкой поинтересовался, не приглянулось ли ему его тело, раз в отдел много лет набираются люди с лишь с определенной группой крови и резус-фактором, удивительным образом совпадающими с аналогичными показателями Старикова?

Стариков тогда подумал, что Бычков зашел слишком далеко. Но вслух посоветовал ему проверить все личные дела отдела, начиная с 20-х годов прошлого столетия, когда сама Контора была еще в зачаточном состоянии. На саму проверку каких-либо способностей со времен Якова Григорьевича Блюмкина отбирали исключительно людей… со строго определенными физическими показателями. Резус-фактор, кстати, уточнили уже после войны, но как-то… не ошибались!

Чтобы прекратить этот неприятный разговор, Стариков тогда почти безмятежно спросил Бычкова, знает ли он, что только Блюмкин из всех чекистов имел псевдонимы Макс и Исаев? По лицу Бычкова он понял, что тот вряд ли читал творения писателя с псевдонимом Юлиан Семенов о замечательном разведчике Максиме Максимовиче Исаеве, более известном в быту как Штирлиц.

Рассмеявшись, он лукаво напомнил Бычкову ставшую крылатой фразу: «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!» из всенародно любимого телесериала «Семнадцать мгновений весны».

Возвратившись к себе от Бычкова, Стариков тогда подумал, что как-то с этим надо заканчивать как можно оперативнее. Но, оказывается, к такому же выводу пришел не только он, но и Бычков.

Понятно, что, став виртуальным жрецом худду, Бычков решил, будто ему Стариков будет палки в колеса вставлять…

В таком случае, необходимыми предрассудками он уже проникся, в силу худду верит почти безусловно, поэтому искренне считает, будто особую силу при ритуалах Старикову придает старинный амулет…

Да, вполне похоже, что именно этим амулетом Бычков и решил… «усилить свое могущество». Значит, это единственная вещь, которую он точно возьмет в руки.

Глядя на пошедшие из датчиков на потолке клубы белесого газа, окрашивавшиеся в причудливые краски в слабом колыхании язычков пламени свечей, Стариков медленно снял спрятанный на груди амулет, выложив его перед собою на стол.

Ему всегда доставляло почти неизъяснимое наслаждение от одного созерцания этого небольшого колье в викторианском стиле со старыми крошечными синими бриллиантиками и жемчужиной неправильной формы. По всему амулету шли непонятные знаки и символы, а жемчужина отливала спокойным светом лунной ночи. Бриллианты имели нечеткую стершуюся огранку, поэтому выглядели поначалу простыми стекляшками. Но вот они начали поглощать пламя свечей, все больше разгораясь в газовом тумане далекими звездами.

Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, Стариков с удовольствием сосредоточился на размышлениях о судьбе алмазов. Само их название происходило от греческого слова «adamas», то есть, неодолимый. Независимо от цвета, алмаз символизировал силу, храбрость, несокрушимость. Считалось, что, будучи сам по себе сильным амулетом, алмаз придавал владельцу мужество, способность противостоять опасности, болезням. хранил от печали, колдовства, порчи.

Когда-то существовало поверье, будто все наводимые на владельца алмаза чары, неудачи и злые помыслы непременно вернутся к недоброжелателю… рано или поздно. Хотя это касалось лишь тех драгоценных камней, которые приобретались свободно, без принуждения… или как вот в его случае, почти насильно, в день «Ч». Но… что уж поминать почти былое, когда он сам получил этот амулет почти в аналогичных условиях. Может, поэтому камни его не защитили от внешнего воздействия Бычкова?

Ладно, что толку сожалеть напрасно. Главное, что он все же успел начать ритуал, который Бычкову останется лишь завершить. Таким образом амулет достанется ему почти по наследству, а это совсем не то, что украденный или даже купленный алмаз, которому предстоит еще «привыкнуть» к хозяину. И нет никакой уверенности, будто такой алмаз вообще начнет работать.

Стариков усмехнулся про себя, вспомнив суеверие, будто алмаза боится сам дьявол, алмаз изгоняет грехи, это камень чистоты и энергии Солнца.

Нет-нет, алмаз хранит в себе ночной свет далеких и очень далеких звезд, но отнюдь не Солнца. А дьявол, который, как известно, нынче носит PRADA, вряд ли отказался бы от алмазов.

Хотя далеко не сразу алмаз стал бриллиантом, получив огранку. Впервые алмаз завезли в Европу в V-VI веке до н.э. Из-за отсутствия огранки они больше напоминали обычные стекляшки. Как украшение алмаз стали использовать в 15 веке с легкой руки фаворитки короля Франции Карла VII Агнессы Сорель. С этого времени самые красивые алмазы стали носить имена. Интересно, что впоследствии началась охота именно за теми изделиями, где алмаз еще не имел бриллиантовой огранки, где его свет хранился внутри и был пока не доступен любому непосвященному.

Алмаз – камень вечности, символизировавший взгляд сквозь время, как свет далеких звезд.  Поэтому он отрицательно, а иногда и трагически влиял на тех, кто ценил светскую суету, праздную жизнь, взбалмошные порывы и спонтанные необдуманные поступки. Нестабильного, суетливого человека камень мог быстро привести к болезни, депрессии, будто, таким образом, либо избавляя себя от недостойного владельца или партнера, либо принуждая его к стабильности и обдуманности решений. Именно поэтому алмаз был абсолютно противопоказан ворам, мошенникам, которым нес одни несчастья.
Воздействие алмазов различали и по цветам. С древности верили, будто алмазы, имевшие зеленоватый отлив, усиливали способность женщин к деторождению, облегчали течение беременности и родов. А вот желтый алмаз будто бы притягивал к владельцу всеобщую любовь и симпатию, уничтожая чужую ненависть. Красный алмаз спасал в экстремальных ситуациях, поэтому его не следовало носить каждый день.

Прозрачный белый алмаз считался царским. Этот камень лучше владельца знал высшие цели и вел к ним, давая силы преодолеть препятствия.

В свое время очень известные в оккультных практиках амулеты с прозрачными алмазами носили Юлий Цезарь, Наполеон… возможно, что кого-то они ведут и сейчас, щедро даря удачу. Ведь не зря такие алмазы по праву нарекаются камнем победителей.

И только синий алмаз был напрямую связан с магической силой Воды, считаясь оккультным камнем. К тому же… он усиливал способность водой переливаться из сосуда в сосуд, благоприятствовал всем путешественникам… в том числе и тем, кто путешествовал сквозь времена и судьбы.

Была б его воля, он носил бы эти алмазы, оправленными в золото в виде кольца, чтобы постоянно ощущать прилив чистой энергии. Но эти алмазы не следовало выставлять наружу, поскольку из-за очень долгого использования в оккультных практиках они полностью скопировали с него то, что непосвященными неучами называется «аура» или «информационное поле».

Нда… он бы мог много рассказать про алмазы… если мог на пенсии сочинять всякие книжки, навроде тех, которые сочиняли бывшие оккультисты Кремля — генерал-майор ФСО РФ в отставке Борис Ратников и генерал-майор в отставке, бывший заместитель начальника Службы Безопасности Президента РФ Георгий Рогозин. Разве и он бы не мог на пенсии сочинять ерунду вроде «Картина мира с точки зрения спецслужб»?..

Последним усилием воли, понимая, что сейчас заснет навсегда, он сосредоточился на мерцающем свете синих алмазов амулета, в последний раз прикасаясь к бесценной жемчужине.

И это последнее усилие отозвалось в нем нараставшим колокольным звоном в ушах, а глаза покрылись белесой тенью.

Продолжение следует

Читать по теме:

  • Глава I. День «Ч»
  • Глава II. Тень в зеркале
  • Глава III. Прокурорская девочка
  • Глава IV. А в Фейсбуке котики!
  • Глава V. Веяния новых времен
  • Глава VI. Про худду и вуду
  • Глава VII. Экстремистские страсти
  • Глава VIII. Средство для памяти
  • Глава IX. Неформальное общение

Журналист. Часть II

Втр, 06/11/2018 - 05:02

Судьба журналиста-международника побросала нашего героя Марка Франкетти по разным местам и горячим точкам. Совершенно неожиданно в 2002 году одна из таких горячих точек оказалась очень близко от места его тогдашнего проживания. Как мы помним из предыдущих рассказов, с 1997 года он обосновался в Москве на Кутузовском.

Такое ощущение, что ему надоело мотаться на Кавказ…

Обратите внимание, как обыденно человек сочетает в своем интервью, практически, не меняя отношения и интонации по поводу двух совершенно разных по значимости тем …для нас, но не для него. Для него равнозначны и его проблемы с посещением Чечни, и теракт на Дубровке, где погибло 130 человек.

Кстати, даты у материала нет, её можно приблизительно определить лишь по контексту.

«Сегодня гораздо больший контроль»
Корреспондент Sunday Times Марк Франкетти — о своей работе на Кавказе и во время захвата театрального центра на Дубровке

Сегодня в Чечне нет Росинформцентра. Войны в Чечне тоже нет. И со времен последней спецоперации на Кавказе в России произошло многое, в том числе трагические захваты заложников в Москве, на Дубровке, и в Беслане. Между тем, политика в отношении журналистов, работающих сегодня в Чечне, не меняется. По крайней мере, в отношении иностранных журналистов. Об этом рассказывает корреспондент британской газеты Sunday Times в России Марк Франкетти, одним из первых иностранных журналистов получивший возможность работать на Кавказе, а также бывший непосредственным участником событий во время захвата «Норд-Ост».

Марк Франкетти

— Вы работали на Кавказе с самого начала спецоперации?

— Кажется, мы – я и фотокорреспондент Sunday Times чуть ли не первыми получали аккредитации от Росинформцентра, под номерами 001 и 002. Я очень часто бывал на Кавказе в то время, и, в общем-то, работать нам не мешали. И хотя, даже несмотря на полученную аккредитацию, всегда во время поездок в Чечню нужно было специальное сопровождение, но в принципе, особенно и не проверяли. Мне кажется, что в самом начале спецоперации они не хотели, чтобы мы там работали. И контроль тогда был довольно жесткий. Но ведь в любом случае, если человек упорно искал возможности и работал, у него эти возможности появлялись. Я, например, несколько раз летал туда с Геннадием Трошевым. И тогда это не был вопрос аккредитации. Он просто взял меня с собой, и как доступ к информации, конечно, это была уникальная возможность, ведь я летал прямо с ним, в его вертолете. Так что с одной стороны, журналистам не разрешали там работать самостоятельно, без сопровождения. Но с другой – никто не проверял, не отслеживал публикации, и когда мы летали с Трошевым, никто особо не нервничал, когда потом материал был опубликован. Мне кажется, что, как это ни странно, гораздо больший контроль сегодня, когда уже войны нет, когда все более спокойно.

— Сегодня тоже нужны аккредитации?

— Разумеется, аккредитации нужны. И мы и сегодня не можем официально поехать туда без этого документа. Его выдают Министерство внутренних дел и Министерство иностранных дел, и его очень долго приходится получать, порядка 2 месяцев. Когда аккредитация на руках, это дает возможность поехать работать в Чечню, но опять же только в сопровождении представителей МИДа. Надо подписывать специальный документ, что журналист ознакомлен с правилами работы, и так далее. То есть, и сегодня все поездки организовывает МИД. Они решают, к кому ехать, с кем встречаться, на какой срок.

— Это решают центральные силовые структуры, или органы «на местах»?

— Наверное, они решают это как-то совместно. Когда такая поездка организуется, обычно в план включается интервью с Рамзаном Кадыровым. И так далее. Главное, что ведь это просто смешно. Ведь сегодня ситуация там гораздо спокойнее. Там сейчас не идет война, нет спецоперации. И почему существует такой жесткий контроль, я не знаю.

— Сейчас у вас есть аккредитация?

Рамзан Кадыров

— Как-то я поехал в Чечню сам, чтобы получить интервью с Рамзаном Кадыровым. Это было не просто интервью. У меня была история человека, который 360 дней сидел в подвале, в Гудермесе (сейчас он уехал из Чечни, кажется. получил политическое убежище в Норвегии). И у него были конкретные обвинения против главы республики. Так что, пообщавшись с ним, я пытался организовать интервью с Кадыровым. Чтобы рассказать ему, о чем мы пишем. Чтобы дать ему возможность оправдаться. Я разговаривал с его людьми, они все устроили, Кадыров был согласен на встречу, все на все были согласны. Мы договорились, и я поехал в Грозный. А в тот день, когда я приехал, приехала в Чечню и делегация иностранных журналистов. Там были люди из New York Times, и их сопровождал представитель МИДа. Он меня узнал, и в результате интервью вообще отменили. Потому что я приехал в нарушении всех правил, без сопровождения, и так далее. Мне это показалось нелепым. Ведь если я договорился с премьер-министром об интервью, то причем тут сопровождение МИДа? Например, когда-то, за год до смерти Кадырова-старшего я брал у него интервью, и тогда никаких проблем не было. В общем, после этого случая, когда пришло время, и срок моей аккредитации истек, новую мне не дали, не продлили мне разрешение работать. Именно потому, что я нарушил эти правила. Тогда разрешение было действительно полгода, сейчас – сейчас я даже не знаю, сколько времени оно действительно. Сейчас я пытаюсь снова получить эту аккредитацию. Ведь тогда мне сказали, что разрешения я больше не получу. И не то, чтобы они читали газеты и задумались, что вот Марк Франкетти гадость написал или встречался с кем-то «не тем». Нет. Просто меня увидел этот МИДовец и написал рапорт. В общем, этого интервью с Кадыровым у меня так и не случилось.

— Но ведь вы договорились напрямую с главой республики.

— Самое интересное, они в МИДе говорили, что если люди Рамзана возьмут на себя ответственность, если есть договоренность о встрече на таком уровне, то в принципе и разрешения и не нужно. Но это все не так, это все — слова. Но в чем-то проще работать сейчас. Ведь сейчас там нет войны. Такие поездки сейчас происходят чаще, чем в то время. Но это не интересно. А если неофициально – они за этим сейчас пристальнее смотрят. Вот это меня и поражает. Мы получаем какой-то специальный документ, хотя у нас есть российская виза. Но ведь Чечня – часть России. И там нет чрезвычайного положения, нет военной операции. Там действительно спокойнее, чем в конце 90-х, строится республика, люди нормально живут. То есть, тогда это хоть как-то можно было оправдать ситуацией в республике, но почему такая ситуация сохранилась сегодня – я этого не понимаю.

23 октября 2002 года в Москве 40 чеченских террористов захватили в заложники зрителей в театральном центре на Дубровке

— Ну а журналистская работа во время терактов? Во время захвата театрального центра на Дубровке вы были внутри, общались с террористами. Это было сложно организовать?

— Во время захвата и проведения спецоперации я был внутри три раза. Два раза общался с боевиками и третий раз был в театре после того, как их уже убили. С самого начала все было по моей инициативе. Мне удалось созвониться с одной из заложниц, у которой был мобильный телефон. Я попросил, чтобы она передала сообщение чеченцам, что я, Марк Франкетти, журналист из Sunday Times, много работал в Чечне, и я хотел бы с ним общаться. Попросил, передать, чтобы они пустили меня внутрь. И они сказали «да». После этого я получил разрешение на эту встречу от штаба, лично от Ястржембского. Заложница эта была на связи с людьми из штаба. И она сказала им, что чеченцы (это был второй день захвата) хотят пропустить людей из «Красного креста» и корреспондента Sunday Times Марка Франкетти. Это звучало так, словно мы с ними друг друга знаем, и словно это – их условие. Ну а для сотрудников штаба было все равно, кто пойдет, главное, чтобы люди попали внутрь. Так как тогда вообще еще не было общения между оперативным штабом и чеченцами. Они надеялись получить больше информации, любой информации. Так что они в принципе были «за». Так я попал туда в первый раз.

— После этого вас допрашивали?

— Да, конечно. Меня допросили. И тут же обо мне забыли. Это был не журналистский штаб, а оперативный – там работали представители ФСБ, «Альфы», люди Лужкова и так далее. И там, в штабе, мне и удалось достать мобильный телефон Мовсара Бараева. И я начал ему звонить. В какой-то момент я дозвонился и попросил у него интервью. Ведь в первый раз, когда я прошел внутрь, я не смог с ним поговорить, он спал, я говорил с его помощником. Бараев начал мне все рассказывать по телефону, но я его прервал, сказал, что лучше встретиться лично и попросился внутрь еще раз. Он согласился, но поставил условия, что я должен быть один и с камерой.

Ястржембский Сергей Владимирович

Потом долго шли переговоры со штабом, можно ли мне пройти внутрь еще раз или нельзя. Ястржембский был в тот момент у Путина и был недоступен. И я потом подумал и рассудил, что все решил как раз Ястржембский. Конечно, совместно с ФСБ и силовыми структурами, но в его отсутствие люди из ФСБ сами решения не приняли и внутрь меня не пустили. Так что во второй раз я снимал лично Мовсара Бараева. Единственно, что мне не разрешили в тот момент показать эти съемки по телевидению. Сказали, что по закону о борьбе с терроризмом нельзя их демонстрировать в эфире, это будет считаться пропагандой терроризма. Ну а третий раз я был после штурма. Снова благодаря людям Ястржембского. Там в то время уже работали сотрудники прокуратуры, другие специалисты, и все было гораздо жестче. И все же когда там уже не было заложников, только мертвые чеченцы, меня пропустили. После проведения спецоперации я не чувствовал никакого давления и никакого контроля. Ну, кроме того, что мне не разрешили показать эти пленки. Не было контроля и по поводу того, что и как я буду писать . Они прекрасно понимали, что я не российский журналист, и никакого давления просто не может быть. Мне кажется, что они потом даже ничего и не читали, в общем, я чувствовал себя достаточно свободно.

— В течение этих трех дней вы бывали в оперативном штабе, вы получали от них какую-то информацию? То есть, у вас была информация не только от чеченцев, но и от российской стороны?

— Я много общался с представителями оперативного штаба. В том смысле, что они меня допрашивали. Но если я начинал задавать вопросы, они ничего не говорили, на вопросы не отвечали. Так что не могу сказать, что оперативный штаб предоставлял какую-то информацию. Конечно, я знал и видел больше, чем если бы я был за кордоном, это понятно. У меня даже была встреча с руководителем оперативного штаба Владимиром Проничевым во время захвата. Но опять же – это он задавал мне вопросы. Впрочем, сложно представить, чтобы они после допроса давали мне интервью. Так везде происходит. Но сам факт, что во время теракта и удерживания заложников у меня была возможность зайти и разговаривать с террористами – если бы такое случилось на Западе, этого бы не было вообще. Да, конечно, на Западе силовики доносили бы до журналистов и свою точку зрения, свой взгляд на ситуацию. Но во время захвата «Норд-Оста» ведь тоже были какие-то пресс-конференции в пресс-центре при оперативном штабе. Но одно дело, когда идет полномасштабная и длительная военная или антитеррористическая спецоперация. Другое – когда происходит захват заложников. Я в таких ситуациях на Западе не работал, это ведь был не просто теракт. Но все же думаю, за границей у меня не было бы таких возможностей, я уверен. Если бы «Норд-Ост» был в Лондоне, Скотланд-Ярд совершенно точно не пустил бы журналиста Sunday Times общаться с террористами. Так что с точки зрения профессиональной, журналистской то, что у меня получилось в Москве — это была удача. И потом, нам ведь отдали пять заложников, включая одного англичанина, когда мы туда заходили. Кроме того, была и информация. Я ведь там многое видел. Так что от моего визита точно была только польза.

24 октября в здание театрального центра боевики пропустили депутата Госдумы РФ от Чеченской республики Асламбека Аслаханова, депутата Госдумы и певца Иосифа Кобзона (на фото), британского журналиста газеты The Sunday Times Марка Франкетти. Переговорщики вывели из здания несколько человек

— После того, как все закончилось, вы оцениваете открытость спецслужб так же высоко? Они были открыты, когда журналисты попытались расследовать всю историю штурма Дубровки и освобождения заложников?

— Да они и во время захвата не были открытыми. Просто это лично мне так повезло. Мне точно также повезло и потом, когда у меня сразу после «Норд-Оста» была встреча в ФСБ на очень высоком уровне. Это было неофициально, не для печати, но я был удивлен, что вообще такая встреча состоялась, ведь после таких случаев они обычно закрываются совсем. Но если говорить не о моем везении, а вообще о журналистах и спецслужбах, то конечно после теракта органы были абсолютно не открыты.

По этому поводу очень интересно вспомнить, что же говорили и что беспокоило журналистов сразу же после теракта. Исключительно в профессиональном аспекте. И, знаете, признаюсь честно, тогда даже в том состоянии шоковой анестезии от всего происшедшего я даже не возражала и внутренне соглашалась с их позицией, …с их чудовищной позицией. Настолько тогда ещё пребывала в плену иллюзий (как и многие). Даже после «лихих 90-х»…

Они занимали третью сторону в конфликте. Они желали быть НАД схваткой. Они претендовали на право наблюдать за чужой смертью. Они желали быть техническими работниками реалити-шоу.

Но при этом их очень беспокоит собственная шкурка. Очень!!! Они ни капельки не стесняются в этом признаться, даже на фоне рискующих погибнуть и погибших детей. Они обвиняют спецслужбы в том, что в той трагедии журналистов подвергли гипотетическому риску. А про риски заложников и речи нет.
Обратите, обратите внимание. И недели не прошло со дня штурма на Дубровке.

«Норд-Ост» — точка отсчета новых отношений власти и прессы
31 Октябрь 2002
Олег Панфилов
Сегодня в программе:

— «Норд-Ост» — точка отсчета новых отношений власти и прессы

Олег Панфилов: Кажется, что события на Дубровке во время захвата заложников на мюзикле «Норд-Ост» не только приблизили чеченскую трагедию к Москве, но и обозначили новую российскую государственную политику в области средств массовой информации. Еще не успели похоронить погибших, не дожидаясь официальных результатов расследования, власть начала борьбу с прессой. Госдума срочно приняла сразу в двух чтениях поправки к закону «О средствах массовой информации», первое чтение которых состоялось еще в декабре прошлого года. Министерство по делам печати срочно написало методические рекомендации по освещению в средствах массовой информации чрезвычайных ситуаций, представляющих угрозу безопасности людей. В общем, власть начала еще одну попытку выстраивания журналистов во фронт, требуя от них послушания и содействия. Первые окрики последовали после первых репортажей и публикаций. Напомню, что Министерство по делам печати выражало недовольство в адрес телекомпании НТВ, телеканала «Московия», сайта радиостанции «Эхо Москвы», «Российской газеты». Пресса последних дней все чаще стала обращаться к проблемам работы журналистов во время октябрьских событий в Москве, отдавая все-таки предпочтение тому, что журналисты работали как могли, насколько им позволил профессиональный уровень и спецслужбы, пытавшиеся их контролировать.

В нашей сегодняшней программе принимают участие два журналиста, побывавшие в здании на Дубровке и встречавшиеся с чеченскими боевиками. Это корреспондент телекомпании НТВ Борис Кольцов, корреспондент британской газеты «Санди Таймс» Марк Франкетти, а также юрист Центра экстремальной журналистики Борис Пантелеев, готовый дать свою юридическую оценку работы журналистов.

Борис Кольцов, к вам первый вопрос: вы сделали попытку проникнуть в здание театрального центра на Дубровке. Боевики, как оказалось, вас не ждали, тем не менее вы эту попытку сделали. Что вы думаете по поводу того, что новые поправки лишат вас в будущем возможности работать репортером в таких подобных экстремальных ситуациях?

Борис Кольцов: На мой взгляд, главный вопрос, насколько полезен или неполезен был мой поход. И в этом смысле можно думать о будущем. То есть в принципе я не сам туда шел, а по согласованию с властями, и поэтому я понимаю, что это было нужно не только мне, но и им в какой-то степени, не знаю, насколько им это было нужно, но тем не менее нас туда отправляли сотрудники штаба. Исходя из этого, думаю, что даже те рекомендации из Министерства печати, которые сейчас существуют, они все равно не предусматривают такого детального подхода к происходящему. Я не исключаю, что, не дай Бог, что-то подобное будет, все равно в рамках переговоров с террористами может возникнуть ситуация, когда журналисту придется туда идти, как ходил Сережа Дедов, который снял заявления Бараева, и тот просто не услышал того, что хотел услышать, поэтому у нас возникли проблемы. Я не думаю, что впереди нас ожидает какое-то жесткое разграничение, кто чего делает, потому что в любом случае любая ситуация она не стандартная и не предугадаешь. Сколько рекомендаций ни пиши, какие поправки не вноси в закон, ситуация всегда разная. Мы можем вспомнить Буденновск, вспомнить Первомайское, теперь в Москве. И каждый раз все по-другому. Я не думаю, что своими рекомендациями Министерство печати поставило крест на возможном походе когда-нибудь в будущем куда-то еще. Но другой вопрос, полезно это или нет, у меня нет ответа на этот вопрос. Так же как для меня до сих пор очень большой вопрос, я пока не услышал на него ответ. Ситуация: наши ребята сходили ночью туда, записали заявление Бараева, он не услышал того, что хотел, и когда я туда пришел, я услышал угрозы в адрес наших журналистов. Сейчас ситуация такова, что нам говорят, что все террористы уничтожены, поэтому эти угрозы исполнять некому. Но, не дай Бог, удалось уйти, кто бы обеспечивал охрану, например, наших журналистов, которые записали интервью Бараева и не дали ни слова из этого интервью, Бараев действительно этим был очень сильно раздражен. Кто должен был бы взять на себя их охрану после того, как, например, кому-то из боевиков удалось уйти. Государство, телекомпания или они должны были нанимать себе охрану и заботиться о себе? Это вопрос без ответа. Точно так же. Кто принимает на себя ответственность, например, государство или телекомпания, когда посылает (по согласованию с государством) журналистов к террористам, пишет с ними интервью, а потом ни слова из этого интервью не проходит в эфир. И мы не знаем, как на это отреагируют террористы, может быть, они начнут каким-то образом воздействовать на заложников, вплоть до каких-то физических вариантов. На ком здесь ответственность: на тех, кто сходил записал интервью и не дал его в эфир, или на тех, кто запретил его давать? На мой взгляд, сейчас у нас тоже нет в законодательстве на это четкого ответа. Мы можем только ссылаться на то, что нам запретили. Однако, предполагая, что нам запретят, может быть, не стоило ходить, возможно, стоило предоставить эту эксклюзивную возможность кому-то еще? И таким образом свою совесть очистить?

На фото: Напротив входа в театральный центр были установлены два бронетранспортера

Олег Панфилов: Вы сказали о том, что ваш поход в театральный центр был предпринят по согласованию оперативного штаба. Скажите, кроме разрешения, были еще какие-то предложения от людей, которые работали в этом штабе к вам как к журналистам?

Борис Кольцов: Нет, к нам вышли, сказали: «Ребята, вас там ждут». Подвели к Сергею Говорухину с Димой Беловецким, сказали, что они идут туда на переговоры, и мы можем пойти с ними. Но нам как журналистам это интересно, есть возможность не просто снять террористов, а есть возможность снять, например, фрагмент переговоров. И поэтому, когда стоит выбор, естественно, ты идешь на это. С учетом того, когда ты в течение дня слышал о том, что от того, пойдет туда НТВ, не пойдет, каким-то образом зависит судьба заложников. Были разговоры, что, возможно, могут отпустить детей, если что-то в эфир пройдет, какие-то такие вещи до нас доходили, не очень точные. Поэтому я сильно не задумывался, другой вопрос, я очень удивился, когда выяснилось, что нас никто не ждет. Где произошел сбой в согласованиях, для меня до сих пор непонятно. И как мне сказал Говорухин, им тоже сказали, что у НТВ есть договоренность, поэтому вместо белого флага возьмите с собой НТВ и идите с ними. А оказалось, что у них тоже никаких договоренностей с террористами не было, что где-то произошел тот сбой. Почему и кому это было нужно, для меня это пока загадка.

Олег Панфилов: Борис, если забыть о том, что обсуждается сейчас в Государственной думе. В принципе уже приняты и поправки к закону «О средствах массовой информации», вот вы как журналист можете ответить на такой вопрос: должен ли журналист брать интервью у террористов?

Борис Кольцов: Если это предусмотрено ходом переговоров властей с террористами, то должен. Если это его личная инициатива, и он каким-то образом туда пробрался, скажем, окольными путями, то это большой вопрос, надо ли это делать. Потому что, где гарантия, что он сможет выдать это в эфир, если он действует не по согласованию с властями в этой ситуации. И так как гарантии никакой, очевидно, что в эфир при наших нынешних законах это выдать невозможно, но плюс если он еще пробирается туда окольными путями, берет интервью, то это какой-то героизм, но бессмысленный. В чем-то это напоминает, как мы туда сходили, мы вроде туда сходили, но я себя успокаиваю тем, что мы вроде как помогли Говорухину наладить контакт тем, что мы были с камерой, с микрофоном, единственный смысл нашего похода. Но, на мой взгляд, это все надо делать в нынешней ситуации в рамках переговоров с террористами. То есть существуют люди, которые ведут переговоры. Террористы выдвигают требования: «давайте нам журналистов», и тогда среди журналистов находят готовых туда пойти людей. И опять же готовых на то, что после этого интервью лично к ним у террористов могут возникнуть претензии, почему то что они сказали, не пошло в эфир? И тут уже человек должен быть готов полностью взять на себя ответственность, и, скажем так, понимать, что он берет интервью у террориста, он не знает, чем закончится ситуация. Но в будущем террорист, если останется живым, может попытаться ему отомстить за то, что интервью не вышло в эфир. Тут можно, конечно, удивляться, предъявлять претензии к террористу, но мы же не обсуждаем его интеллектуальный уровень, мы обсуждаем степень опасности. И вот в этой ситуации это уже личное решение журналиста, идет он на такой риск или нет.

Олег Панфилов: Марк Франкетти, ваша история напоминает детектив, вы стали весьма известным после того как в первый раз пробрались в здание на Дубровке. Но у вас появилась и вторая возможность пойти в театральный центр, которая закончилась довольно банально, у вас взяли отснятую кассету и не вернули. Что произошло?

Марк Франкетти: Я второй раз зашел, потому что мне удалось поговорить лично с Бараевым по мобильному. Я объяснил ему, что для меня очень важно зайти второй раз, с ним лично говорить и взять интервью. Он сказал, что он согласился, дал мне 20 минут и сказал, что я должен один прийти, и, во-вторых, с камерой. Я, естественно, пишущий, поэтому у меня не было камеры с собой. Пришлось договориться с людьми, которые в штабе были. Они в конце концов согласились, я зашел, брал интервью. Мне было понятно, что я не могу все показать, если вдруг Бараев начнет оскорблять президента во время интервью или какие-то угрозы, что, естественно, мне не дали бы возможность это все показать, то же самое было бы в Англии. Потом, когда я уже ушел, взяли кассеты, у меня потом была возможность получить оригинальную кассету уже в пятницу, интервью было вечером в четверг.

Олег Панфилов: Простите, Марк, а кто у вас взял кассету?

Марк Франкетти: Взяли люди, которые в оперативном штабе были. Скорее всего, это были люди из ФСБ, которые хотели смотреть, что я снимал. Я это тоже в принципе понимаю, было бы то же самое в Англии. Потом, когда я получил кассету, мне было сказано, что я вообще не имел право ничего показать по телевидению. Потом уже, на второй день показали пленки НТВ, но без звука, поэтому я уже пытался показать то, что я снимал. Но потом уже было поздно, потому что был штурм и все. В принципе два момента. Во-первых, я считаю, что должны быть ограничения, то, что он говорит. Но что он говорил, для меня лично было важно и интересно, потому что самое главное — это требования. Если я бы был бы русский гражданин, я чувствовал бы, что я имею право знать, почему сюда он приехал, что он хочет, какие требования есть. Это не значит, что журналист хочет оправдать или сочувствует, или что я с ним согласен. Но есть факт, есть террористы в центре Москвы, есть 900 заложников, в принципе я считаю, что публика имеет право узнать, почему они здесь. Потом такой момент, как проблемы у коллег с НТВ, у меня тоже. Потому что я точно знаю, что люди, которые были внутри в театре, они были недовольны, что мы согласились, что я пришел с камерой, снимал, а потом не показал. Они не знают, почему я не показал, скорее всего, считают, что я работаю или для спецслужб, или на оперативный штаб. В действительности это не так, потому что ситуация не очень простая. Журналист хочет там работать, но есть давление от террористов и от оперативного штаба. Поэтому не совсем простая ситуация. У меня не было возможности им объяснить, почему не показали эту пленку. То, что я смог сделать, это, конечно, дать интервью, где я предлагал то, что мне сказали, просто буквально то, что он мне говорил. Я считаю, что люди в России достаточно взрослые, чтобы потом сами судить, что он говорит правда или неправда, не то, что я хочу его оправдать. Если я брал интервью, я считаю, что я имею право это показать.

Олег Панфилов: Борис Кольцов, когда власть стала предъявлять претензии журналистам в том, что они не совсем правильно работали, скажите, власть в лице сотрудников оперативного штаба на Дубровке, как она работала с точки зрения журналистов? И довольны ли журналисты работой штаба, насколько этот штаб мог содействовать свободной работе журналистов?

Борис Кольцов: Надо не забывать, что работа в таких условиях она всегда, скажем так, ограничена, это не свободная работа где-то на другом варианте съемки. Но в принципе мне есть с чем сравнить, я могу сравнивать и с Буденновском, и с Первомайским, но то, что к нам выходил замминистра Васильев, который достаточно внятно и оперативно что-то рассказывал, это уже большой плюс, это для власти большой шаг вперед, такого не было раньше в критических ситуациях. Что касается сотрудников оперативного штаба, которые помогали нам туда пройти и куда-то еще, они вели себя вежливо. И когда нас туда отправляли, даже похлопывали по плечу, для них это был с нашей стороны какой-то героический поступок, они-то оставались на этой стороне площадки. То есть не было такого, что тебя грубо толкают, давай, иди и что-то еще. Другой вопрос, что шок для всех. И для власти тоже, и для нас. И в условиях этого шока, я считаю, что мы пытались сотрудничать достаточно внятно. Там были проблемы, но это не глобальные проблемы.

Олег Панфилов: Марк Франкетти, у вас есть повод говорить о другом, потому что кассету, которую вы отсняли в здании на Дубровке, у вас изъяли, попросили. Но эта кассета была продемонстрирована на государственном телеканале РТР без ваших титров. Скажите, ваша оценка работы оперативного штаба?

Боевики выдвинули требование о прекращении контртеррористической операции федеральных войск в Чечне. На фото: главарь группы Мовсар Бараев (в центре)

Марк Франкетти: Кассету мне потом отдали, это было уже в пятницу утром, я получил до штурма. Я не мог потом показать, потому что я не работаю для телевидения. Сказали, что я имею право показать, но без звука. Это важный момент. А что потом показали на РТР, и там было написано «оперативный штаб», это, конечно, было очень неприятно, потому что, если человек знает, что снимал я, итог — Марк Франкетти работает для ФСБ, это не так. Я очень рад, что меня пустили внутрь, потому что в принципе гораздо сложнее контролировать человека, который работает для западной прессы, чем для государственного канала. Поэтому я должен сказать, что я рад и благодарен, что меня пустили. Я не знал, честно говоря, потому что такая ситуация для меня возникла первый раз, как это было бы в Америке или в Англии. Скорее всего, не пустили бы журналиста, скорее всего. Кроме этого инцидента с кассетой, где мне дали возможность показать сразу, в принципе у меня никаких претензий. Хочу сказать, что пресса абсолютно хорошо и профессионально работала в этой трагедии, и что народ имеет право знать, что происходит внутри.

Олег Панфилов: Пресса хорошо работала, да. Но после этих событий власть начала предъявлять претензии и, по всей видимости, еще долго будут приводиться несуразные примеры, как Иосиф Кобзон, находясь в Красноярске, заявил о том, что бутылка в руке Бараева, бутылка коньяка — это импровизация журналистов. Борис Пантелеев, эксперт Центра экстремальной журналистики, вы выслушали рассказы двух журналистов, какую правовую оценку вы можете дать?

Борис Пантелеев: Действительно, журналисты рассказывали о своей роли, об участии в страшной трагедии, которая произошла в Москве. Поскольку это преступление, по факту данного преступления было возбуждено уголовное дело. И вот если быть объективным, если власть действительно хочет разобраться в причинах и обстоятельствах этого происшествия, то среди статей, по которым расследуется данное уголовное дело, на мой взгляд, обязательно должна присутствовать и статья 144-я Уголовного кодекса, которая предусматривает ответственность за воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналиста. И эти обстоятельства должны быть исследованы, независимо от того, жалуются ли журналисты или не жалуются. Это должна быть инициатива самих властей. Почему? Потому что на самом деле правовой статус российского журналиста, определенный законом от 91-го года «О СМИ», предусматривает работу журналистов в условиях чрезвычайных ситуаций и подобного рода террористических актов. С точки зрения права это штатная ситуация, она предусмотрена статьей 47-й, пунктом 7-м, где особо предусматривается, что журналист имеет право посещать специально охраняемые места стихийных бедствий, аварий, катастроф, массовых беспорядков, массового скопления граждан, а также местностей, в которых объявлено чрезвычайное положение, присутствовать на митингах и демонстрациях. Таким образом, в законодательном праве ничего чрезвычайного в этой ситуации нет. Если журналист отправляется освещать террористический акт, то он имеет на это право, эта ситуация предусмотрена законом. И всякий, кто ему препятствует в этом, он несет ответственность по закону, то есть по статье 144-й Уголовного кодекса. Анализируя эту ситуацию, можно установить, что в каждом случае террористического акта имеется как минимум три стороны: это сами террористы, спецслужбы, противостоящие им, и заложники, потерпевшие от действий противоборствующих сторон. И мы вновь убедились, что и террористы, и спецслужбы заранее продумывают свое поведение в информационной сфере, поскольку им важно, как именно совершаемые действия будут оценены обществом. И мы вновь убедились, что и те, и другие пытаются использовать журналистов в своих целях. Но задача СМИ, на наш взгляд, заключается в том, чтобы удержаться от того, чтобы стать рупором журналистов, либо штатной пресс-службой военных, поскольку и то и другое не соответствует их правовому статусу и общественной миссии. И когда журналисты говорят, что их работа была полностью зависима от пресс-службы или от штаба спецслужб, то это не совсем соответствует закону, закон предусматривает самостоятельность журналистов в этом случае. А всякие ограничения их деятельности должны регламентироваться не на законодательном уровне, это сами журналисты должны специально готовиться к выполнению профессионального долга в экстремальной ситуации. И одним из элементов такой подготовки являются правила, вырабатываемые на уровне редакций. Эти правила должны инициироваться снизу, только в этом случае они будут юридически безупречными. Если же такие правила навязываются Министерством печати, либо штабом, скажем, регулирующим деятельность, то это нужно расценивать как проявление цензуры, в том числе запрещенной статьей 29-й Конституции Российской Федерации.

Ну, что тогда творили журналисты в прямом эфире, никто не забыл. Как говорится, «никто не забыт, ничто не забыто»…

Хитрожопик 23.10.2015 — 10:21
А я запомнил, как пидарасы нтвэшники в прямом эфире палили передвижение спецов.

По нику и по лексике понятно, что автор текста лицо заинтересованное. Похоже, или участник, или коллега. И очевидно без тех гарантий, которые имелись у журналистов. А собственной шкуркой рисковать — это совершенно иные ощущения, впечатления и отношение. Сами понимаете.

23 Октября 2002 Норд-ост

Так что же прозвучало от Марка Франкетти непосредственно в те дни. Ещё раз.

Марк ФРАНКЕТТИ: «Операция проводится по приказу Масхадова и Басаева»
25 октября 2002, 18:22
Британский журналист Марк Франкетти, в четверг дважды общавшийся с захватившими Театральный центр бандитами, не впервые имеет дело с террористами — в Афганистане он встречался с талибскими командирами. О том, что за люди держат заложников на Дубровке, Марк ФРАНКЕТТИ рассказал корреспонденту «Известий» Андрею ЛЕБЕДЕВУ. — Какое впечатление на вас произвели террористы? — Думаю, они умеренно религиозные мусульмане — все эти постоянные «Аллах акбар»… Но «типичными арабскими террористами» я бы их не назвал. Они более… советские , что ли. Это профессиональные боевики: это проявилось в том, как осторожно меня впускали, заставили снять верхнюю одежду, обыскали, прежде чем вошел их лидер. О нем: очень целеустремленный, спокойный, никаких признаков напряжения или стресса. Напротив, явно довольный тем, как разворачиваются события. По его словам, главная задача его группы была в том, чтобы проникнуть в Театральный центр и захватить заложников, и это им вполне удалось, а что будет потом — «ну посмотрим».

Марк Франкетти взял интервью у Бааева

— То есть конкретных требований они так и не предъявили? — Никакого плана типа «в течение 5 дней вывести войска из Урус-Мартана» у них нет. Они требуют «остановить войну в Чечне немедленно», а после этого они свяжутся по мобильным телефонам со своими партнерами в Чечне. Они считают, что следующий шаг за президентом Путиным. А выработать детали вывода войск должны правительства России и Чечни — под последним имелся в виду Масхадов. — Эти люди действуют от имени Масхадова — так они утверждают? — Они назвали происходящее «совместной операцией», которую проводят по приказу Масхадова и Басаева. Боевики очень подчеркнуто об этом говорили. С другой стороны, нельзя исключать, что они пытаются дискредитировать Масхадова, но как все обстоит на самом деле — сказать пока невозможно. — Легко ли с ними разговаривать? — Бараев почти не проявляет эмоций, очень спокоен, даже, я бы сказал, робок. Говорит монотонным голосом и практически одно и то же. У него есть заместитель — с ним я разговаривал дважды. Тот производит впечатление более гибкого человека. Во время разговора между ними возникло расхождение — Бараев сам предложил мне сфотографировать зрительный зал, но его заместитель стал возражать, в конце концов они согласились, что фотографировать и даже впускать меня в зал нельзя. Вместо этого они отвели меня в одно из помещений и показали трех женщин, обвязанных брикетами взрывчатки. — На каком языке вы говорили? — На русском. По-моему, у них хороший русский. Не знаю, делают ли они грамматические ошибки, для меня самого русский — не родной. По-английски они говорить не пытались. Трудно сказать наверняка, но, по-моему, образование у них не очень хорошее. Им лет по 25-27, значит, период после окончания школы пришелся у них как раз на военные годы. — В смертники всегда идут молодые… — Не похоже, чтобы кто-то из них был под влиянием наркотиков или алкоголя. У них высокий уровень дисциплины. Чувствуется, что они полны решимости. И это понятно — люди пришли с готовностью умереть. Если будет штурм — они взорвут здание , в этом не приходится сомневаться. С другой стороны — я бы сказал, что тому, кто готов подорвать здание вместе с собой, нет нужды надевать маску. И создается впечатление, что они сохраняют открытым выбор: если ситуация разрядится — покинут страну.

А вот в 2011 году Марк Франкетти вынужден был более детально давать пояснения по поводу того, как он попал на Дубровку. Время прошло, …а вопросы стали появляться.

19.08.11 | 18:38
«Я со всеми в Чечне работал – с Басаевым, с федералами, с кадыровцами»
Московский корреспондент английской газеты The Sunday Times Марк Франкетти
Наталия Ростова Наталия Ростова

На фото: изрешеченный пулями террористов центральный вход в театральный центр

Напомните, пожалуйста, про «Норд-Ост». Это было требование террористов?

– Нет, это случайность. Я узнал телефон заложницы. Она была врачом, и она изнутри разговаривала по мобильному с «Эхом Москвы». Я тут же позвонил [главному редактору «Эха Москвы» Алексею] Венедиктову, который очень любезно и по дружбе дал мне ее номер. Я позвонил и попросил передать сообщение террористам, что я – корреспондент английской газеты, который был много раз в Чечне, брал интервью у Басаева, и так далее. А тогда было неизвестно, организатор Басаев или нет. Они сказали: «Да». Повезло еще в том, что в тот момент они вели переговоры, чтобы пустить людей из Красного Креста, и сказали штабу, что готовы принять представителей Красного Креста и корреспондента The Sunday Times Марка Франкетти. Выглядело, как будто это их требование, но на самом деле была случайность. А люди из штаба были только рады – они хотели затянуть время, узнать больше о том, что там происходит. В первый раз я зашел с [Иосифом] Кобзоном и с Красным Крестом. Я хотел остаться, но мне не разрешили боевики. А во второй раз мне удалось получить в штабе телефон [одного из террористов Мовсара] Бараева. Я звонил, звонил много раз, и мне удалось с ним поговорить. Он начал давать интервью по телефону, но я сказал, что не хочу по телефону, хочу зайти и встретиться. Он согласился – на условии, что я зайду один и что у меня будет камера. Естественно, пришлось договориться со штабом, во главе которого был [Сергей] Ястржембский. И он дал разрешение на то, чтобы я зашел во второй раз. В третий раз я был внутри уже после спецоперации, когда их всех убили.

Трагедия же произошла слишком рядом, слишком близко. И коснулась она людей, которые на такие риски не рассчитывали.

По этому поводу, ведь, можно вспомнить и Марка Розовского, у которого в заложниках на Норд-Осте оказалась родная дочь.

Марк Розовский

Рассказывает отец заложницы М. Розовский
Написал Марк Розовский
01.02.2003
Наша «победа» — на две трети «беда»

«Континент» № 166, 2003 г.

23 октября 2002 года. В Театре “У Никитских ворот” только что закончился спектакль “История лошади”. Не успел я дойти до кабинета, кто-то подбежал ко мне со словами:

— Марк Григорьевич, включите телевизор!

Через минуту мы с Таней, моей женой, надевали пальто.

Захват заложников в Театральном Центре на Дубровке, о котором известило весь мир телевидение, означал для меня самое страшное — возможную потерю дочери. В течение года она играла в “Норд-Осте” и, значит, сейчас могла находиться там…

Из машины я набрал сотовый своей бывшей жены Ланы:

— Где Саша?!

В ответ жуткий шепот:

— В зале.

— А ты?.. Где ты сейчас?

— Не могу говорить.

И — отключение.

Так начался круглосуточный кошмар этих дней.

* * *

Снова и снова пытаюсь дозвониться до Ланы. Никакого результата. Наконец, нахожу Сашкин сотовый, набираю ее номер раз тридцать — все бесполезно, связь отрублена. Нет, не только я набираю, Таня тоже постоянно набирает, я за рулем.

Подъезжаем к повороту на Дубровку — первый кордон милиции, и ГАИ отсылает нас к улице Мельникова, но и там дальше — нельзя, оцепление.

Ставлю машину, пытаюсь пройти, автоматчики в бронежилетах и касках стоят живой стеной.

— У меня там дочь. Разрешите пройти.

— Нужен пропуск.

— Кто дает пропуск?

— Штаб.

— Как пройти в штаб.

— Нужен пропуск.

Нормальная ситуация. Абсурд.

На фото: пресс-секретарь мюзикла «Норд-Ост» Елена Шмелева

Дождь продолжает сыпать из черноты небесной. Под ногами лужи, рассекаемые колесами бронетранспортеров и машин “скорой помощи”, которые то и дело подъезжают к зданию. Доченька моя, где ты, что с тобой сейчас?!Я затерян в толпе. Но какая-то девушка узнает меня:

— Я из “Эха Москвы”… Марк Григорьевич, поговорите, пожалуйста, в прямом эфире с Сергеем Бунтманом.

— А что я ему скажу?.. Я же ничего не знаю.

— Скажите, что считаете нужным. Я вас соединяю. — И протягивает мне телефон.

Я говорю Сергею лишь одно: что моя дочь там. И что я в шоке. Боюсь, как и все, взрыва. Боюсь гибели всех заложников, сидящих на пороховой бочке…

— Что, по-вашему, нужно делать? — спрашивает меня ведущий “Эха Москвы”.

— Не знаю, — растерянно говорю я. — Главное, надо спасти людей.

Что другое я мог сказать?..

* * *

Война в Чечне?..

Нет, война в Москве. Теперь она приблизилась к каждому из нас и дышит нам в нос мерзким дыханием смерти.

Мы все, стоящие здесь, только что были разъединены и не знакомы и вдруг в общей беде оказались абсолютно близкими и отныне зовемся общим именем. Мы теперь не толпа, не случайная компания очень нервных людей, мы — “родственники заложников”.

— У террористов одно требование: остановить войну в Чечне.

— И ничего больше?

— Ничего.

Странно, я не террорист, но мне хотелось бы точно того же: чтобы война в Чечне закончилась.

Однако я не собираюсь ради этого кого-то взрывать.

— Сволочи!.. они играют жизнями невинных людей!

Да, но и в Чечне гибнут отнюдь не только боевики. Самашки, Старые Атаги, Первомайск и Буденновск, Басаев, Буданов, отрезанные уши и головы, беженцы и слезы матерей с обеих сторон… Сразу и не скажешь, кто тут — в каждой смерти — больше прав, а кто больше виноват.

Война — зло. Террор — злодеяние. Нет оправдания ни тому, ни другому.

В моей голове сумбур — от дикого волнения и самого неприятного чувства, которое только и может быть у мужика в момент беды, от чувства бессилия.

Что бы ты сейчас ни сказал, тебя не услышат.

Что бы ты ни сделал, это сейчас никого не спасет.

Меня охватывает бешенство от невозможности повлиять, лично повлиять на ситуацию.

* * *

Предпринимаю еще одну попытку проникнуть в штаб. Нахожу офицера, которому вроде бы подчинено оцепление. Стараюсь говорить спокойно. Мол, я отец девочки и могу предложить себя в заложники вместо дочери. Чеченцы на это пойдут, я для них стою дороже, чем жизнь ребенка. При этом я могу выполнить любое тайное задание штаба.

Офицер смотрит на меня, как на идиота, потом чуть насмешливо (а может, мне показалось, что насмешливо) говорит:

— Отойдите в сторонку, гражданин.

Мысленно выругавшись, отхожу в сторонку.

Все правильно. Так и есть. Нас всех отсылают “в сторонку” от этой чеченской войны. До нас она “доходит” лишь, когда наши дети оказываются в гробах — цинковых или обыкновенных.

И при этом нас бесстыдно называют “гражданами”.

Кто мы?..

“Граждане России!”…

— Отойдите в сторонку, граждане России!..

Снова решительно подхожу к офицеру.

— Может быть, пустите?.. Может быть, доложите начальству?.. Поймите, я должен… извините, я Марк Розовский, я должен во всем этом участвовать…

И снова офицер с той же тихой твердостью объясняет:

— Ничего не надо, господин Розовский. Там “профи”, там специалисты… Они знают, как действовать. Они знают, что и как. Без вас обойдутся и примут правильное решение. Вы не волнуйтесь.

Эти последние слова я запомнил, и они мне тоже показались символичными. Но — потом, уже после штурма.

* * *

На фото: Здание театрального центра было оцеплено нарядами милиции, бойцами спецподразделений МВД (ОМОН и ОМСН)

Дождь настучал по асфальту целые моря. Мы с Таней продрогли, забежали на заправку, где я купил бутылку коньяка “для сугреву” и вместе со стайкой молодых журналистов заковыляли “огородами-огородами” поближе к зданию с другой стороны, но и там наткнулись на не менее жесткое оцепление и… на помощника президента Ястржембского, подскочив к которому, услышал:

— Все дети освобождены и находятся в автобусе. Ваша жена освобождена (имелась в виду моя бывшая жена Лана) и находится в штабе с Нечаевым (имелся в виду её нынешний муж, бывший министр экономики России, ныне — президент финансовой корпорации, так что у него, к счастью, имелось больше возможностей проникнуть в штаб).

Я возликовал, но ненадолго. Набрал телефон Андрея Нечаева и, наконец, услышал сообщения, так сказать, из первых уст: да, Лана освобождена спецназом (больше никаких подробностей), а Сашка ни в каком автобусе, а продолжает быть “там”.

Захлебываясь в словах, я прошу:

— Лана, я в ста метрах от вас, попроси Андрея, чтоб он вышел и провел меня в штаб. Я могу быть полезным, скажи, кому нужно… от кого зависит…

— Не надо, нет. Ничего этого не надо.

И — гудки. Связь прервана.

Конечно, Лана не в себе: она на свободе, а дочь под угрозой смерти. Но она физически — географически — ближе сейчас к Сашке, чем я!

Моя же отдаленность, бездарное и бессмысленное стояние у оцепления, мое все возраставшее чувство бессилия перед надвигающейся и каждую секунду могущей произойти бедой — все это топтало мне душу, все приводило в состояние тяжеловесной депрессии. Где выход? Нет выхода.

Наверное, эти подонки и стремились вызвать в нас ощущение полнейшей раздавленности.

…Неожиданно со стороны захваченного здания послышались автоматные очереди, что-то ухнуло… Господи, помилуй!.. Господи, помилуй!..

Затем все смолкло. Снова тишина — зловещая, невыносимая.

Значит, штурм, слава Богу, не начался. Значит, гибель людей пока не неотвратима.

* * *

Семьсот с лишним человек пришли на мюзикл “Норд-Ост”. Плюс шестьдесят актеров. Плюс обслуживающий персонал. Плюс полсотни террористов. Итого — восемьсот с гаком. Человек двести будут штурмовать. Значит, тысяча…

И все должны в один миг погибнуть в результате взрыва: дети и взрослые, женщины и старики, вооруженные и безоружные, единственные и неповторимые…
* * *

… Вторые сутки пошли и прошли. Добавили бессонницы, но не убавили тревоги.

Телевизор перегрелся, а телефон раскалился от нескончаемых звонков. Друзья и незнакомые люди… Сочувствие, поддержка, проникновенная теплота… Слова, слова, слова…

А изменений в лучшую сторону — кот наплакал. Освобождены считанные единицы. Но все вокруг пылают оптимизмом: штурма не будет; говорят, и ясновидящая какая-то пообещала, что все будет хорошо.

А может, действительно?..

Время от времени, наугад набираю Сашкин мобильный — вдруг отзовется?.. Мало ли что там может быть?.. Вдруг произойдет чудо, и дочка ответит?..

Чуда нет. Есть реальность — восемнадцать смертниц, которых уже кто-то назвал “ходячими бомбами”. В любой миг взрывные устройства на их поясах — по 2 кг пластида, начиненного гвоздями и шариками, — сработают, и тогда… Сорок детей, сидящих на балконе, и взрослые, что находятся вместе с ними, взлетят на воздух первыми жертвами и рухнут на головы тех, кто внизу. В братской могиле будет месиво рук, ног, голов и окровавленных камней…

* * *

…В пять утра раздался звонок…

Трубку схватила Таня.

Звонок был оттуда:

— Таня, это Саша. Ты, наверное, знаешь, что мы в заложниках. Передай папе, чтобы он собрал друзей и знакомых сегодня утром на Красной площади на митинг против войны в Чечне, иначе нас перебьют. А если митинг будет, нас после 2-х часов отпустят… может быть… Нас — это детей из “Норд-Оста”.

И гудки. Таня не успела ни о чем спросить. Но было ясно — по тону девочки, по скороговорке, — Саша говорит по их указке, не своим голосом и не своими словами… Представился автомат над головой моей дочки…

Впоследствии Саша расскажет:

— Все дети были на балконе. Спали на полу, между креслами… Со свободных кресел сняли сиденья, — они служили нам подушками… И вот мы спим, вдруг выстрел… Это он нас так разбудил сразу всех…

— Кто “он”?

— Ну, один… У них один такой красивый был… На Рикки Мартина похож.

— На кого??!

— На Рикки Мартина… Певец такой есть, папа, Рикки Мартин!..

— И зачем он вас разбудил посреди ночи?

— Там еще… тетя была. Их.

Я заметил: Саша после освобождения не называла “их” террористами, как мы. “Один”, “тетя”… Нет, это не “стокгольмский синдром”… Это чисто детское избегание “недетских” слов, интуитивное отторжение от политики, от жути жизни.

— И что эта “тетя”?

— Она сказала: вы сейчас должны позвонить домой и сказать то, что я вам сейчас скажу. И раздала несколько мобильников.

 

«Норд-Ост»

…“Ты, наверное, знаешь, что мы в заложниках” прозвучало совершенно неестественно, а вот “иначе нас перебьют” — слишком убедительно.

Что я должен был сделать? Не идти на митинг?.. Пренебречь ночным звонком оттуда, лечь спать и дожидаться, когда “профи” всех освободят, а “переговорщики” до чего-нибудь допереговорятся?..

Еле дождавшись утра, я бросился на Красную площадь. Я летел туда по зову дочери, находившейся на балконе, под которым была взрывчатка, и мне было глубоко наплевать, санкционирован этот митинг или не санкционирован. Мне казалось: раз есть хотя бы один шанс помочь детям, надо использовать этот шанс. “Главное — спасти заложников”? Так давайте спасать не словами, а делом! Митинг — так митинг. Да хоть бы что — лишь бы что-то. Тут любое действие — в помощь “главному”.

Поэтому я очень удивился, увидев “ментов”, перегородивших проход на Красную площадь со стороны Васильевского спуска.

— Будет санкция — пропустим. Не будет — останетесь здесь.

Вместе со мной у подножия Василия Блаженного оказались верные друзья и коллеги — Саша Гельман, Юра Ряшенцев, Миша Козаков, Володя Долинский, множество знакомых и незнакомых продолжали стекаться сюда, но было видно — народу недостаточно, чтобы акция выглядела весомой.

Масса журналистов, несколько телевизионных камер… Все крайне возбуждены…

Через живой эфир “Эха Москвы” я позвал москвичей прийти на этот митинг.

— Сейчас… сейчас прибудет автобус с Дубровки — там родственники заложников…

— В настоящий момент Ястржембский решает с московскими властями вопрос о санкционировании митинга. Подождите начинать. Минут через 15 будет известно решение.

Ждем. Хотя чего ждать-то… Народу уже собралось достаточно. Кто-то из молодых людей расстелил на асфальте ватманы, на которых оказались начертаны фломастерами импровизированные лозунги.

Наконец новость:

— Ястржембский сказал: для того чтобы получить официальную санкцию на митинг, необходимо собрать не меньше тысячи человек.

Кому сказал? И сказал ли именно так — за это не ручаюсь, но выяснять нет времени.

Moscow, russia, october 25 2002

Плакаты подняты. Начинаю говорить первым:

— Проклятие войне!.. Проклятие террору!.. Не хочу, чтобы моя дочь умерла в 14 лет!..

Срываюсь на крик, а как, простите, тут не сорваться…

Мудрый Александр Гельман выступает не по-митинговому рассудительно: его речь обращена не столько к присутствующим, сколько к телезрителям — и это очень хорошо, если его послушают, если его услышат…

Следует еще несколько замечательных выступлений — и вдруг, откуда ни возьмись, какой-то провокатор вылезает с заявлением:

— Кавказ — Кавказу!.. Долой русских из Чечни!.. Это ваш Ельцин начал войну… Всех демократов к суду!

— Ты кто? — спрашиваю я. — Ну-ка, назови себя.

— Я азербайджанский журналист.

Врет. Я много раз бывал в Баку, знаю азербайджанский акцент.

— Вали отсюда!.. Мы здесь не за тем, чтобы ты тешил свою ксенофобию.

Похоже, именно этого господина я видел со спины во время штурма, когда обнаружили “связного” — информатора террористов.

Запомнился также улыбчивый милиционер, ходивший в толпе с блокнотиком, в который аккуратно переписывал с плакатов все тексты и лозунги.

Несанкционированный митинг (если это можно назвать митингом) закончился.

Теперь будем ждать: освободят детей после 2-х, или не освободят…

* * *

Не освободили.

Радуйтесь, те, кто считал, что не нужно “потакать” террористам. Радуйтесь, “патриотисты”, чьи дети сейчас и всегда вне опасности: война в Чечне — чужими руками, чужими жизнями — будет продолжаться до бесконечности, и до бесконечности можно будет трепаться о том, как “черные” не дают нам житья, заполонили всю Россию… Прав был товарищ Сталин, учинивший геноцид чеченскому народу! Бей их! Дави!

Будем “чечнить” Чечню и дальше. А они будут “чечнить” нас. Кавказ для Кавказа! Бей русских!.. Бей сионистов!.. Бей! Бей! Бей!

… Не освободили. Как, однако же, кое-кому хорошо!.. Как, однако, это выгодно всем — и тем, кто организовал теракт, и тем, кто должен теперь применить силу для освобождения заложников. Руки развязаны, ибо есть веский аргумент в пользу кровопролития: с бандитами нельзя договориться.

К вечеру 25 октября я пришел к самому неутешительному выводу: штурм будет, вокруг врут.

Подтверждения тому прямо-таки посыпались на мою голову.

Во-первых, само “несанкционирование” антивоенного митинга есть не что иное, как нежелание “профи”, чтобы им кто-то мешал. Общество следует готовить к применению силы и все, что этому противоречит, должно этой “силой” быть отменено. Необходимо совсем иное: внушить обществу в канун штурма, что все “мирные” инициативы провалены, иного средства, нежели “удар по террористам”, не осталось.

Вот и Жириновский (а в критические минуты к нему полезно прислушиваться, ведь он специально “проговариваетcя” в таких случаях, готовит нас к самым безумным действиям) в интервью по радио из Ирана накричал в своем обычном стиле: надо пустить газ, затем атаковать. Кто выживет, — тот выживет, а кто не выживет… Таких будет меньшинство!.. Значит, по этому сценарию, Сашке моей уготовано или — или: оказаться либо в большинстве, либо в меньшинстве… Других вариантов нет!.. Это в лучшем случае. В худшем погибнут все.

И этот худший вариант наиболее реален.

Второй признак надвигающегося штурма — отмена прямой телетрансляции с места события. Было объявлено, что с утра 26 октября репортажи будут иметь лишь выборочный информационный характер.

Третий признак сродни второму: нам сообщили, что террористы намерены начать расстрел заложников с 6-ти утра. Но кто сообщил?.. Столь важное, я бы сказал, самое важное в ходе террористического акта сообщение по логике злодеев должны были взять на себя сами злодеи — тот же Бараев был просто обязан лично сказать об этом по телевидению, — дабы еще больше устрашить нас и весь мир, не так ли?.. Но он почему-то этого не сделал. Самую страшную информацию мы получили из косвенного источника, без каких-либо подтверждений со стороны террористов. Значит, можно предположить, что искомый повод для штурма готовился вместе со штурмом.

Оцепление отодвигали от здания “Норд-Оста” все дальше и дальше. На 50 м. Еще на 50… Еще на 100…

Значит, бой, взрыв, осколки.

Чем ближе к утру 26-го, тем громче нам твердили: штурма не будет. А приметы близкой беды множились. То, что штурма не избежать, я ощущал уже просто физически. Освободили помещения для госпиталя, где можно разместить раненых… Где-то промелькнуло сообщение, что спецназ тренируется на точно таком же здании (я знал, что это дворец культуры “Меридиан”, где мы не раз выступали). Последним пришло здравое, если не циничное, осознание, что штурм “выгоден”, он станет “звеном в общей мировой справедливой борьбе с международным терроризмом”.

Все складывается чудесно, за исключением того, что в “Норд-Осте” Саша и еще восемьсот потенциальных жертв…

* * *

Днем 25-го октября позвонили от Савика Шустера:

— Приглашаем вас принять участие в сегодняшнем прямом эфире “Свободы слова”.

Я понял, что это выступление — мой долг.

В “предбаннике” студии мы встретили Анпилова с группой товарищей. Они рвались в живой эфир, но встретили отказ: “Мы вас не приглашали”. К моему удивлению, анпиловцы не стали возражать и исчезли так же тихо, как появились. Остались приглашенные.

Я подошел к Шустеру и попросил:

— Нельзя ли не акцентировать, что я отец Саши Розовской?.. Ведь если они там смотрят вашу передачу, это может отразиться на судьбе моей дочери…

— Да, может, — сказал Савик, внимательно посмотрев мне в глаза.

— Извините. Я хотел бы быть предельно осторожным сегодня.

— Понимаю, — сказал Савик.

Савик Шустер — ведущий программы

Конечно, мы дули на воду. Я в тот момент и не знал, что в “Известиях” уже опубликован полный список заложников, и Саша, конечно, была в том списке…

За десять минут до эфира всех участников передачи предупредили: выбирайте выражения — вас смотрят не только телезрители, но и террористы. Так что “не навреди”, “не вспугни”, “не раззадорь зверя”… Я воспринял этот совет как чрезвычайно ответственное поручение. Слава Богу, нарастающую опасность штурма в тот вечер чувствовал не я один. Все выступавшие были единодушны: нельзя допустить бессмысленных жертв, войну в Чечне следует прекращать — и вовсе не потому, что того требуют террористы, а потому, что любому народу любая война — поперек горла.

Мое выступление в “Свободе слова” 25 октября было и сумбурным и косноязычным, но я страшно волновался, к тому же не спал уже двое суток.

Пришла пора, говорил я, не на словах, а на деле заканчивать то, чего не следовало и начинать. Те, кто держит в заложниках наших детей, совершают насилие. Они сильно заблуждаются, полагая, что насилие можно победить только насилием. Но и мы, к сожалению, разделяем то же самое заблуждение и тем самым загоняем ситуацию в тупик. Одно насилие рождает другое насилие, другое насилие — третье, потом будет четвертое, пятое, сотое… И эта цепочка бесконечна, конец чувствуют только мертвые. Я говорил, что Родина ответственна перед своими детьми. И если она посылала их на бессмысленную смерть в Афганистан и Чечню, то это должно, наконец, прекратиться.

“Сегодня, — говорил я,— единственный, мне кажется, способ — прямо, честно, без лишних слов, без демагогии, без разговоров о том, что “главное для нас — человек” (а при этом ничего не делать), — руководству страны принять ответственное политическое решение и вывести “избыточные войска”. Я не специалист, я не понимаю, что такое “избыточные войска”. Может быть, вывести все войска… Но Президент должен выйти к людям, — мне так кажется как просто обыкновенному рядовому гражданину, — и сказать:

— Дорогие мои! Сегодня во имя людских жизней, во имя освобождения заложников — детей, женщин и мужчин, я вынужден… подчеркиваю, вынужден!.. сделать то, что требуют от меня эти люди”…

Я говорил, что, как это ни тяжело, но сегодня другого пути к спасению всех и каждого лично я, к сожалению, не вижу. Мне скажут, говорил я, ну, что же ты такой “не патриот”, как ты можешь такое советовать? Но когда сегодня еврей Рошаль и еврей Кобзон выводят оттуда русских людей — почему-то я не вижу русских “патриотистов” там! Почему я не вижу их?! Да, говорил я, у бандитов, у преступников нет национальности. Но нет национальности и у горя…

Последних моих слов никто не услышал — Савик Шустер начал читать душераздирающий список детей-заложников. Но последние свои слова я считаю наиважнейшими. Я сказал, что вся русская культура, вся русская история свидетельствуют о том, что насилием нельзя отвечать на насилие, и если бы за одним столом с нами сидел Федор Михайлович Достоевский, он бы рассказал нам, что такое терроризм и каковы его истоки. Я говорил, что жертвы никогда не приведут нас к главной цели — к концу войны*.

…Нельзя одной рукой держать свечку в церкви, а другой голосовать за смертную казнь, как нельзя считать себя христианином и одновременно кровавить себя невинными жертвами.

* * *

И вот то, чего все боялись больше всего, началось.

Сердце застучало чаще, дыхание сбилось: замирая от ужаса, мы ждали взрыва.

К счастью, этого не произошло. И это была победа. Понеслись — строго дозировано, малыми порциями — информативные сводки, которым жадно внимал весь мир.

А между ними — хроника апокалипсиса: солдаты спецназа, выносящие отравленных людей. Их руки болтаются, многие без сознания… Их “складируют” прямо у входа. Мертвые?.. Да, несомненно, есть и мертвые.

Вглядываемся в ужасающие кадры: перед нами — ад. Нельзя смотреть на эту правду без содрогания. Правду жизни и смерти.

А глаза мои ищут в этой кишащей движением толпе Сашу — вдруг увижу?! Вдруг узнаю?!

Утро и вся первая половина дня — в психозе: где она? Обзвон больниц бесполезен — оба объявленных телефона заняты напрочь.

— Позвони Рошалю, — говорит Таня. — Вы же с ним знакомы.

Да, знакомы. Но…

— Неудобно, — говорю я.

— Удобно. Твоя дочь была в заложницах. Очень даже удобно.

Через полчаса выясняется, что Саша в Русаковской больнице.

Прилетаем туда. На часах — час дня.

Входим в палату.

Сашка под капельницей, лицо бледное, опухшее, но глаза — смеются…

Жива моя дочка!.. Осталась жива!

26 октября было принято решение о начале спецоперации по освобождению заложников силами спецподразделений ФСБ России

* * *

… 129 погибших… Много это или мало?

Сама постановка подобного вопроса — неприемлема.

Попробуйте объяснить актрисе нашего театра Виктории Заславской, которая сутки после штурма моталась по моргам Москвы и, наконец, обнаружила своего Арсения мертвым, что ее тринадцатилетний сын входит в это “мало” или “много” — как она это воспримет?

К матерям и близким погибших невозможно подступиться с утешительными речами — не только потому, что им тяжелее всех, но потому, прежде всего, что они знают — жертв можно было избежать, штурма могло не быть. Могло бы, если иметь в душе незыблемый постулат: жизнь каждого человека на земле единственна и неповторима. И потому бесценна…

А я сегодня — счастливый отец, счастливый безмерно. И безмерно благодарный тому неизвестному солдату, который вынес мою Сашу из здания.

Я поинтересовался у Пал Палыча, главврача Русаковской детской больницы, когда точно мою дочь привезли к ним.

— “Скорая помощь” с восемью детьми прибыла к нам в 7.15 утра. Троих сразу поместили в реанимацию. Ваша дочь шла сама и даже назвала себя — Саша Розовская. Мы ее спросили, где она прописана — на этот вопрос она не сумела ответить, сознание у нее в тот момент было мутное, рассеянное…

Значит, подвергшись отравлению “как все”, Саша выжила потому, что ей страшно повезло — спецназовец вынес ее одной из первых. Задержись она там на полчаса — час, исход мог бы быть столь же трагическим, как у Арсения и Кристины. Ведь они там были и сидели рядом!

— Кристина много плакала! — рассказывала мне Саша потом. — Она вообще была очень возбуждена.

— А ты?..

— А я ее держала за руку. Крепко так держала и шептала: “Перестань”.

Арсений Куриленко и Кристина Курбатова

Через несколько дней, стоя у могил Арсения и Кристины на Ваганьково, я с горечью и болью представлял себе этих детей на балконе “Норд-Оста”. Почему такое выпало на их долю? Почему именно они, наши дети, должны были рассчитываться жизнью за войну в Чечне? За эту проклятую войну, в миг террористического акта сделавшуюся из виртуальной абсолютно реальной… Как же нам должно быть стыдно, неловко жить после них! Всем, всем — и русским, и чеченцам…

Арсения я знал с пеленок.

Он в нашем театре был такой же, можно сказать, “сын полка”, что и Сашка… Вместе все “новогодья”, вместе летом на даче, вместе пошли и в “Норд-Ост”… 5-го октября Арсений сыграл главную роль — Саню Григорьева в детстве, а жить ему оставалось ровным счетом 20 дней…

И вот они лежат в своих гробах в церкви Ваганьково — Арсений Куриленко и Кристина Курбатова. Ранняя смерть сделала их похожими друг на друга, почти близнецами… Их не вернуть уже ни на сцену, ни в жизнь…

TO GO WITH AFP STORY BY VICTORIA LOGINOVA
Natalia Kurbatova, whose 13-year-old daughter Kristina was killed during Nord-Ost hostage crisis, lays flowers at her grave (R) on October 19, 2012 at the Vagankovskoye cemetery in Moscow. A decade after Chechen militants seized a Moscow theater in a hostage crisis in which 130 died, victims’ families are still seeking answers about the use of a deadly gas to end the siege. A total of 912 people, many of them children, were held hostage in the Dubrovka theatre for three days after coming to watch Nord Ost, a popular musical, on October 23, 2002. AFP PHOTO / KIRILL KUDRYAVTSEV

В той трагической ситуации можно было создать, а можно было и потерять репутацию. Все вели себя по разному. Екатерина Гусева, например вот так:  Театр вампиров. Часть II. А Борис Немцов совершенно откровенно испугался.

Сейчас, конечно озвучивают версию, что его со ступенек Норд-Оста отозвали из АП, испугавших повышения его рейтинга. Теперь ясно, что то были лишь иллюзии и Немцова, и АП. В 2003 И.А.Дедюховой пришлось писать «Реквием павшим героям«. А вот теперь попробуй отмойся.

Ирина Дедюхова поделилась публикацией.

30 октября в 0:57 ·

Алексей Власов

23 октября в 23:41

Вот это чмо слева, единственный, кто не зашел в Норд-Ост, когда террористы потребовали на переговоры Кобзона, Хакамаду, Политковскую и Немцова.
Главное вовремя постоять в кадре рядом.

Вот что вспоминает по этому поводу Иосиф Кобзон, которому пришлось идти внутрь театрального центра вместе с Ириной Хакамадой, без Немцова:
“Я сказал террористам: здесь Драганов, Асламбеков, Немцов, Хакамада, Буратаева. С кем хотите говорить? Он мне говорит: “Немцов, Хакамада и вы”. Я Патрушеву говорю: “Троих просит”. Вдруг Немцов начал бегать. Звонить куда-то. “Нельзя, — говорю, — промедление смерти подобно. Сейчас они оскорбятся, что мы не идём, шлёпнут кого-нибудь, и на нашей совести это всё будет. Пойдём, Ирина, вдвоём”.
Тут выходит Немцов, который, по словам оперативников, связывался с Кремлём, и говорит: “Да, принято решение, вы вдвоём должны идти”.

Как Лужков замечательно прокомментировал: “Он оказался джентльменом, женщину вперёд пропустил”.

Однако после, когда Кобзон уже покидал захваченное здание, Немцов шустро оказался рядом, перед объективами, и у сторонних наблюдателей создалось впечатление, что он всё-таки был внутри. Вот как Иосиф Давыдович описывает дальнейшие события:

“Немцов в центр так и не зашёл. Но, когда мы с Ириной Муцуовной вышли оттуда, набросился на нас с криками: “Срочно в Кремль!” Деваться было некуда — мы поехали в Кремль на моей машине. Уже в машине Немцов попросил у меня телефон Абу Бакара, одного из главарей банды. Свой телефон Абу Бакар на всякий случай дал мне в присутствии Хакамады. Мне было не жалко — я дал Немцову телефон. Он о чём-то долго-долго говорил с боевиками, кричал: “Я решаю всё!” Всё это происходило в присутствии моего водителя. Уже тогда я понял, что его никто не уполномочивал вести с боевиками никакие переговоры. Когда мы приехали в Кремль, моё убеждение укрепилось. Так что все свои переговоры Немцов вёл уже после визита в ДК, в моей машине, а не до него, как он утверждает. И то лишь потому, что я дал ему телефон Абу Бакара… И это было уже после того, как он струсил, но до того, как он рассказал о “закрытом режиме” в СМИ. Постыдно и бесчестно, и как-то совсем уж не по-мужски…”

 Комментарии

Алексей Пермогоров Ирина,прощайте.

Константин Чулаков И я попрощаюсь с этой Ириной.

Ирина Дедюхова Пошли в жопу оба! Прощаются оне… Сдохните извергами рода человеческого! И вам — никакого прощения, суки продажные! Пусть будет проклято ваше отродье.

Ирина Дедюхова Константин Чулаков а почему не вымелся сам, думал не проверю? Чтоб больше духа поганогог рядом не было, шестерка уголовная!

Алексей Пермогоров Ирина Дедюхова К психиатру! Срочно!! .

Ирина Дедюхова Алексей Пермогоров а вам надо к онкологу. И не только самому. Не теряйте времени понапрасну.

***

Илья Волков Там была конкретная причина, почему Немцов не пошёл внутрь, это было не его решение. Трусом он никогда не был.

Ирина Дедюхова Да, причинка вполне конкретная — подлость и трусость этого Немцова. А на Майдане отсидел по полное хахачу! Во всех карнавалах поучаствовал. ***

Олег Иванов Мертвого льва может лягнуть даже осел!

Алина Железняк Олег Иванов Лев? Насмешили, право слово….Обычная болонка…

Ирина Дедюхова Нда… особенно, когда дохлого льва лягнули с мусорной машины в присутствии гулящей дефки… Стыда-то совсем нет? ***

Илья Волков У Кобзона вообще репутация куда более сомнительная , чем у Немцова.

Ирина Дедюхова А чо? Про Кобзона не написали, что ле?
Вот, при жизни пометили:

deduhova.ru

матерый человечище | Ежедневный пророк

Леонид Козарез Илья Волков дело в конкретном вопросе — Норд-Осте. А так да, два сапога пара. *** Василий Борисов Алексей Власов, не беритесь выносить оценку значительной личности по одному сомнительному факту!

Ирина Дедюхова Идите в жопу со своими «замечательными личностями» из гопоты, не знающей отличия себестоимости от добавленной стоимости. Задолбали со своей вонючей местечковой уголовкой. Личности у них «замечательные», видите ли… Только ни ума, ни совести, ни чести, ни элементарной культуры! А так… во всех смыслах замечательное ворье государственной собственности. Подобрались суки с огоньком!

Василий Борисов Для вас, Ирина, нет разницы между словами «значительный» и «замечательный». Ну да, чтобы поносить всех «по фене», такие слова и не нужны.

Ирина Дедюхова Василий Борисов это у вас нет никаких обязанностей и долга чести. А у меня куда более тонкая работа Словом. Это идут синтагмы, которые разнимать по словечку смысла не имеет, только хуже себе сделаете. Последнее слово об этой мрази спросили… еще до смерти Гайдарки! Какую-то пакость он именно восьмом году сделал. Он, конечно, и раньше прилично не жил, но вопрос о нем именно тогда был задан. Он сдох уже давно! Да, в отличие со всеми вами, в нем была особая харизматика… могилы. Не почувствовать этого даже вы не могли бы! И что? Решили все же на него поставить? А сейчас типа в разочаровании? Я вас утешать по такому сатанинскому поводу не собираюсь. Мальчик вы уже взросленький, местами молью битый. Но лезть к даме с претензиями, что ваши подлые иллюзии и самооправдания не поддерживает… несколько инфантильно.

Наталья Богданова А в чем значительность личности Немцова ????

Ирина Дедюхова Наталья Богданова , он для них — самооправдание собственной подлости. К тому же у них была договоренность поменяться местами, что на эти выборы они выдвинут Немцова. Это был единственный «кандидат всей оппозиции». Навальный совершенно на эту роль не тянул. Но я их предупреждала, что он уже дохлый, еще до смерти Гайдара. Тот вообще сдох в середине 90-х.
Там внизу один наш камрад уже сказал «мертвые сами хоронят своих мертвецов!» А нынче же Хэллоуин, завтра им все пора в преисподнюю. Вот и беснуются напоследок, доказывают, что вместе со своим чучелкой «живее всех живых».

***

Александр Евстигнеев Да оба они мерзавцы,каждый по своему..прикормленные кремлем и западом..

Ирина Дедюхова Ну, с этим соглашусь!

Илья Волков Немцов не мерзавец!

Ирина Дедюхова Илья Волков, да настолько мозгляк и ничтожество с пропитыми мозгами, что и до мозгляка не дорос.

Леонид Козарез Илья Волков после того, как зимой оставил ярославцев без тепла? При этом имея вполне корыстные цели- просто отщипнуть бюджетных средств на личный счёт? Урод и паскуда, и вполне мерзавец. И подох, как собака, мертвого по всей Москве таскали, на месте «как бы убийства» же ни капли крови не вытекло, верно?

Илья Волков Мерзость какую-то вы несёте, а про тепло впервые слышу.

Леонид Козарез Александр Евстигнеев племянник Бори Ельцина, ясен пень, семейка видна.

Александр Потоцкий Илья Волков сами рот помойте! А то вертит жопой, как уголовная шестерка! Нормальных людей можно, значит, в мерзости обвинять, а сдохшее местечковое быдло, обосравшееся в таком деле — тут типа можно, но очень осторожно, а здесь никак нельзя? А это случай, когда мертвые должны хоронить своих мертвецов сами. Идите к своей дохлятине и не прикидывайтесь живым.

Меня терзают смутные сомнения, что цель теракта на Дубровке была достигнута.

Неназываемый представитель руководства США заявил, что после теракта на Дубровке Масхадов полностью лишился легитимности и не может претендовать на участие в мирном процессе[70]. (ВикипедиЯ)

А вот в 2012 году Марк Франкетти уже задает вопросы российскому руководству на телеканале «Дождь.

 «Норд-Ост» десять лет спустя: вопросы без ответов
25 октября 2012 Журналист Марк Франкетти, свидетель трагических событий на Дубровке, перечислил главные вопросы, на которые нет до сих пор ответа.  

Почему расследование до сих пор не закончено? Как террористы попали на Дубровку? Кто это финансировал? Что именно случилось во время штурма, и почему погибли заложники?

Дзядко: Мы сегодня будем говорить о десятой годовщине теракта в Театральном центре на Дубровке. Завтра 26 числа будет десятая годовщина штурма, который произошел в 5 утра 26 октября 2002. Марк был свидетелем и участником тех событий. Сколько раз Вы ходили?

Франкетти: Два раза во время захвата и один раз после того, как убили террористов.

Дзядко: Какие сегодня, спустя 10 лет, при том, что я понимаю, что ответ на мой вопрос довольно очевиден, какие главные вопросы у Вас остаются, на которые нет ответа?

Франкетти: Во-первых, то, что удивительно, что спустя 10 лет расследование не закончено. Оно приостановлено. Вопросы, во-первых, как они сюда попали, на Дубровку. Все-таки сорок сильно вооруженных террористов, главой был человек, который два раза, как говорили официально, что его убили в Чечне. Кто это финансировал, почему так долго не было переговоров между штабом и террористами. Самый главные вопрос – для тех, кто был внутри, тех, которые потеряли близких, — что именно случилось во время штурма, и почему столько заложников погибло.

Дзядко: В время штурма и во время спасательной операции?

Франкетти: Да. Это самый главный вопрос для заложников. Они все говорят, что непонятно, почему спасательная операция была настолько плохо организована. Это все факты, которые известны: бросали людей на улице, бросали в автобусе, водители автобусов не знали маршрута до больницы. Насколько мне известно, всего погибло 130 человек: 5 во время захвата и 125 во время спасательной операции.

Дзядко: Отравление газом?

Франкетти: Это самый спорный момент, потому что именно от газа или от спасательной операции, в плане, что очень много было критики и полемики вокруг антидота. Не было достаточно антидота. Все гораздо проще: если человек вообще не дышит, это не вопрос антидота. Там за ситуацией следить было сложно, это понятно. Это не для меня, а для тех, кто потерял близких, самый главный вопрос – почему спасательная операция так плохо была организована, почему столько людей погибло. Насколько мне известно, из этих 125 только 5 умерли в больнице. Получается, что они все умерли на улице, в скорой помощи.

У меня есть личные воспоминания о теракте на Дубровке. Нет, меня там и близко не было. Но трагедия приковала к средствам информации. Это был очень серьёзный психологический удар. Невозможно было ни о чем другом думать. Ситуация невольно проецировалась на себя и близких. Рано утром, часов в шесть в новостях прозвучал комментарий Лужкова о прошедшем штурме. Была озвучена цифра -120 жертв. Она была чудовищной. Это же был 2002-ой , ещё до Беслана… Потом в следующих новостях цифру опустили до 60-ти, и в течении дня  понемногу поднимали до первой.

Лужков участвовал в работе штаба. Это понятно и неизбежно. Он сам принимал непосредственное участие в эвакуации заложников. Были кадры, где он сам выносит людей из дома культуры на ступеньки.

Основным оправданием необходимости использования в ходе спецоперации по освобождению заложников газа является наличие у террористов оружия и взрывных устройств, в случае срабатывания которых могли погибнуть все заложники. Пущенный в здание газ подействовал не на всех: некоторые заложники остались в сознании, а часть террористов продолжали отстреливаться в течение 20 минут, однако взрыва не произошло[66].

Точный состав использованного силовиками в ходе штурма газа остаётся неизвестным[67].

Специалисты из лаборатории научных и технологических основ безопасности в Солсбери (Великобритания) считают, что в состав аэрозоля входило два анестетика — карфентанил и ремифентанил[68]. По официальному заявлению ФСБ, на Дубровке была применена «спецрецептура на основе производных фентанила». Основной причиной смерти большого количества заложников называется «обострение хронических болезней»[66]. (ВикипедиЯ)

Очевидно, что Лужков был вовлечен в ситуацию эмоционально и принимал все происходящее очень близко к сердцу, поэтому в той ситуации врать не мог, просто физически.

На то время точной цифры погибших ещё быть не могло. Хотя бы даже часть умерших выявили только по прибытии их в больницы. Все отмечают имевшую место неразбериху, поэтому централизированных цифр, собранных со всех больниц, быть не могло на шесть часов утра.

Значит это была прогнозируемая цифра. Цифра процента потерь, которую могли знать лишь специалисты. Да, вдобавок, проводившие подобные операции.

Газ, газ и ещё раз газ. Выборы, отравление Скрипаля, американский СПГ и «Норд Ост»
17.03.2018

Одним из элементов предвыборной кампании Путина стал фильм Андрея Кондрашова «Путин», в котором описываются события освобождения заложников, которые были захвачены террористами во время мюзикла «Норд-Ост» в 2002 году. Скандал с отравлением Скрипаля призван сбить позитивный эффект этой части фильма. Сразу после шумихи с отравлением Скрипаля канал «Настоящее время» выпустил материал под названием «Близкие погибших в «Норд-Осте» против новой версии Путина» о том, что при штурме более 100 заложников погибли из-за действия газа, который пустили, чтобы обезвредить террористов. Также утверждается, что у многих выживших заложников до сих пор наблюдаются большие проблемы со здоровьем из-за этого газа.

Посмотрите соответствующий кусочек этого фильма.

Путин. Часть 2. Документальный фильм Андрея Кондрашова

1:01-1:20

Меня впечатлило выразительное и прочувствованное выступление президента по поводу риска спецслужб. …Правда что-то никто из них не погиб, …лишь 130 заложников… Они тоже были озабочены, как и журналисты лишь собственной безопасностью, …судя по результатам.

Обратите внимание на прозвучавшую в фильме фразу.

ФСБ собрала совещание западных спецслужб. В то время они открыто присутствовали в России. У иностранных коллег спрашивали совета, но те лишь докладывали на Запад и не могли дать никаких советов.

В сети мелькали версии, что при штурме Норд-Оста использовался газ, который был предоставлен иностранными спецслужбами.

Продолжение следует…

Читать по теме:

Бедняжки

Птн, 02/11/2018 - 05:59

Самое яркое и неприятное воспоминание о начальной школе. У нас была замечательная первая учительница. Но даже у хороших педагогов бывают срывы. Учились мы во вторую смену, класс уже был, наверное, третий. Скорее всего, приключилась какая-нибудь магнитная буря. И вот на уроке русского языка наша Татьяна Сергеевна спросила, что значит слово «перемена». И тут буквально весь класс затупил. Она с нами и так, и эдак, и про корень слова, и про смысл. А всех «замкнуло». Она сама впала в ступор, потом повысила голос, затем не пустила на ту самую перемену. А толку никакого — дети не понимают… В конце концов она пояснила, что это смена одного занятия другим. Перемена — смена, изменение…

Старое китайское проклятие, «чтобы тебе жить в эпоху перемен». Перемена перемене рознь.

Одно дело, когда в той же начальной школе (но уже моего ребенка) тот ребенок вечером часов в девять вспомнила, что ей надо прочитать какой-то рассказ, но не из учебника. Буквально пару годами ранее это была бы неразрешимая проблема. Но, произошли перемены, поэтому скачивала рассказ из сети, и дитё читала его с монитора. Это позитивные перемены, сопряженные с развитием НТП.

Навозов Василий Иванович (1862-1919)

Но вот приключаются и проблемы иного рода, которые в моем детстве были просто немыслимы.

«Мама, я не доела, отнеси это аккуратно, на помойку. Для бедных…», — Лена рассказала о своей дочери. И мы перестали общаться

После того случая, я стала называть Лену – Леной Жесть. Как-то это автоматически произошло. Просто возникло это слово в голове.

У нас было и есть много общих знакомых. Да и дружили мы долго, и все было хорошо. Пока Лена удачно не вышла замуж. Помню, как она волновалась: подходят они друг другу с мужем или нет? Просила меня оценить их будущий брак с точки зрения психологии. Просила тесты. Я помогла, чем смогла.
Потом мы стали видеться реже, что закономерно. Иногда болтали в соцсетях, но не более того. Так прошло лет пять. У нее родилась дочка – Таисия. С мужем они ну очень хорошо подошли друг к другу, а для меня Лена, после одного случая, стала загадкой. Психологической. Мне ведь казалось, что я ее очень хорошо знаю, и она была вполне предсказуемой барышней.

Так вот, несколько лет назад, на нее накатила «ностальгия», и мы решили собраться у меня на даче, и другие подруги обещали приехать, но Лена приехала что-то уж совсем рано, когда я еще только начала хлопотать, готовясь к их встрече.

— Мне в магазин надо, — сказала я. – Вчера не успела. Поедешь со мной?

— Да, конечно, — ответила она.

Я купила все, что надо, мы вышли из магазина, и тут она сказала:

— Ты себя нормально в этих магазинах ощущаешь?

— В каком смысле?

— Смотри — мы набрали целую телегу, а ты видела, как женщина, которая позади нас стояла, смотрела на нас?

— Нет. Не обратила внимания. А надо было посмотреть на нее?

— Меня смущают эти взгляды. Была бы возможность, я бы только ночью ездила в магазины, когда людей совсем нет в них. Ладно, давай перегружать.

Перегрузили. Поехали обратно.

— Мне очень жаль их, — сказала Лена, желая явно продолжить разговор.

— Кого их?

— Бедных людей.

— Лена, а ты давно такой богатой стала? И как ты их жалеешь? Тем, что тебя смущают их взгляды?

— Я не знаю. У меня дочь очень доброй растет, и ей тоже всех жалко. У нее аппетит плохой, так она мне говорит: «Мама, я это не доела, отнеси аккуратно, на помойку. Для бедных…»

Простите, но тут я не выдержала. У меня нога дернулась. Я резко притормозила. Разогнаться я не успела, но тряхануло неплохо.

— Ты что делаешь?! – вскрикнула Лена.

А у меня… дар речи пропал. О такой «барской» снисходительности и жалости – я даже и не подозревать не могла. Что она может быть в природе. Особенно в семье моей подруги.

— Ничего, — ответила я. – Прости.

— Она у меня бомжей однажды увидела, возле баков с мусором, и спросила – а что они делают там, на помойке. Я ответила, что они еду ищут. Вот она…

— Лена, — не выдержала я. – А можно просто хлеба и молока купить? И отдать бомжам? Зачем ты поощряешь такое отношение к людям? Тебе это аукнется потом.

— Не понимаю… Ты о чем? Что моя дочь плохого сказала?

Я, как могла, пыталась ей объяснить, что речь ведь не о собаках, и не о птичках, а о людях… И об этом надо рассказать дочке, а то у нее будут искаженные представления о милосердии, сочувствии. Неправильные.

— Почему не правильные? Ей ведь жалко их…

В итоге, мы сцепились. Лена обиделась и уехала обратно. «Встреча» оказалась очень подпорченной. Остальным нашим подругам я, естественно, ничего не сказала. Придумала какую-то причину ее отсутствия.

Недавно я узнала, что дочь Лена стала неуправляемой. Наша общая подруга зачем-то рассказала мне об этом, по телефону. Ребенком занимается психиатр… Я вспомнила тот разговор о «жалости». Нет, я не ищу никаких связей.

Но я снова возвращаюсь к тому, что очень важно осознавать – есть понятия, определения, которые мы не можем и не должны трактовать так, как нам хочется. Они, если хотите – должны быть закреплены, зафиксированы в сознании. Крепко-накрепко. Чтобы дети, когда их воспитывают несколько странным образом, не думали о том, что помощь бедным – это аккуратный сбор объедков.

И чтобы матери не считали это проявлением милосердия или жалости. Это какое-то незнакомое мне явление. Пугающее. И я даже не знаю, какое можно дать ему название. Но думать об этом надо. Иначе, даже не знаю, до чего мы докатимся в этой жизни. Но позитивным все это назвать — язык не повернется. Это уж точно.

Там далее после приведенного поста дамы обсуждают приключившуюся ситуацию и дают вполне справедливые нравственные акценты. Что радует и подтверждает вывод И.А.Дедюховой об исходной нравственной природе человека. Но что же приключилось, что мы впали в откровенный атавизм? Это же индикатор явной деградации.

Да сами посмотрите, уже докатились до того, что есть современные картины с нищими. Это же … позорище…

Нищая у кладбищенских ворот. Фрагмент.. Автор Александр Евгеньевич Горшенин

Об этом И.А.Дедюхова тоже неоднократно сообщала. И про предательство Родины соответствующими структурами, и про развал СССР, и про уничтожение инженерного корпуса, и про срастание криминала с властью, и про многое другое…

Ничего хорошего и положительного данные перемены не принесли. Случилось дикое социальное расслоение. Неразработанные деньги сносят крышу, ломают психику. У всех сейчас на слуху безобразная выходка одной уже откровенно отмороженной саратовской чиновницы.

Стала известна зарплата министра, советовавшей есть макароны
16 октября 2018, 12:45
Наталья Соколова зарабатывала в Саратовской области 191 00 рублей в месяц — передает МК

Губернатор Саратовской области Валерий Радаев отправил в отставку своего министра труда Наталью Соколову. Поводом для увольнения стало заявление чиновницы о том, как питаться на 3,5 тысячи рублей в месяц, существуя на прожиточный минимум. Мы ознакомились с декларацией бывшего министра: ее ежемесячный доход равнялся 191 тысяче рублей.

Экс-министру занятости, труда и миграции Соколовой 52 года. Она имеет двух дочерей. В 1990 году Соколова окончила Балашовский пединститут. Потом преподавала в педагогическом колледже Вольска, была помощником депутата Саратовской облдумы, руководила аппарата Вольского муниципального собрания. После на протяжении восьми лет возглавляла «Центр занятости населения города Вольска». В должности министра она работала с 2012 года.

Согласно декларации, в прошлом году доход Соколовой составил 2,3 миллиона рублей. В собственности экс-министра приусадебный земельный участок и жилой дом площадью 338 кв.м. и 171,9 кв.м. соответственно. Транспортного средства у нее нет. Чиновница указала только своей имущество, другие члены семьи не упоминаются.

Между тем прожиточный минимум в Саратовской области составляет 8707 рублей на душу населения. Для пенсионеров — 7176 рублей, для трудоспособного населения — 9354 рубля, а для детей — 9022 рубля. Предполагается, что на эти деньги житель региона за год может купить себе 100 килограммов картошки, 126,5 килограмма хлеба, макарон и крупы, 60 килограммов фруктов, 58 килограммов мяса, 210 яиц и других наименований продуктов. Кроме того у человека должны остаться деньги на коммунальные платежи, одежду и так далее.

Cкандал, в результате которого Соколова лишилась должности разгорелся из-за того, что местный депутат от КПРФ Николай Бондаренко поставил под сомнение выживаемость человека в таких условиях. Министр заявила, что это неправда и даже пообещала составить меню. Их разговор попал на видео, которое моментально разлетелось по Интернету. Примечательно, что поводом для встречи министра с депутатами стало обсуждение темы повышения прожиточного минимума. Соколова хотела увеличить сумму на 288 рублей, а Бондаренко — на 500 рублей.

Признаюсь, что когда в свое время И.А.Дедюхова проводила аналогию нашей действительности и ряда персоналий с концлагерем и поведением концлагерного капо, я это считала явным художественным преувеличением, но вот теперь вынуждена признать, что она, как всегда, была права.

Александр-Габриель Декан Нищие

Когда вышеупомянутая саратовская дама прилюдно рассуждает о сумме в три с половиной тысячи в месяц якобы достаточной для пропитания человеку, то это смахивает уже на обсуждение концлагерного пайка. Даже речи нет о достойной человеческой жизни. Это обсуждение норм выживания. О чем, собственно, и сделал соответствующий материал АиФ.

От себя (исключительно из личной вредности) замечу, что АиФ в пику (давно мною попиныываемой) Пищиковой обратился к персонажу, аналогичному героине из «Пятиэтажной России». Но только в отличие от безосновательного снобизма Пищиковой здесь к пенсионерке проявили хотя бы элементарное уважение. Надеюсь, и хоть какой-то гонорар подкинули.

00:04 17/10/2018
Надежда Уварова 14 24324
По советам министра. Составляем меню на 3500 рублей в месяц
В Саратове уволена министр труда и социальных отношений Наталья Соколова, заявлявшая о нормальном питании на 3,5 тысячи рублей в месяц. АиФ.ru составил меню на эту сумму и показал его диетологу.

Наталья Соколова. © / Министерство занятости, труда и миграции Саратовской области

Пользователи соцсетей активно обсуждают слова экс-чиновницы. Есть те, что заявляют о ее абсолютной правоте: эта сумма позволяет готовить сбалансированные и вкусные блюда. Другие, напротив, уверяют: речь идет о выживании, а не о полноценном питании.

«Макарошки стоят одинаково!». Как саратовский министр разгневала народ
Мы составили пример недельного меню, исходя из данной суммы: 3500 : 30 * 7 = 816 рублей. На эту денежную сумму и пытаемся прокормиться 7 дней. Иными словами, на день на еду выходит чуть больше ста рублей.
Педиатр с многолетним стажем, а ныне пенсионерка Светлана Дейнеко отчасти согласна с уволенной чиновницей: «В принципе, нынешние пенсионеры на немногим большую сумму живут. Дело привычки: мы уяснили из своего полуголодного детства, что нужно всегда иметь дома запас продуктов. Поэтому у большинства пожилых в шкафах крупы, сахар, соль и консервы. Нас сложно поймать на ситуации, когда есть реально нечего и денег нет. Мы знаем блюда, которые вкусные и стоят копейки. Из моего детства, проведенного на Урале, в Свердловской области, отлично помню, каким вкусным казался комковой сахар, если его макать в чай и есть вприкуску. А хлеб с маслом и солью сверху! Да, такой бутерброд стоил копейки, масло и хлеб в деревнях всегда были свои. Плюс мы, пенсионеры, экономные — на покупные полуфабрикаты не разоримся, да и всякие ресторанные доставки не жалуем. Я легко могу питаться на 3500 в месяц. Единственное, что нужно учесть — хочешь экономить — больше времени проведешь на кухне. Придется выдумывать новые блюда».
Светлана Дейнеко уверена, что питаться на 3500 можно. Фото: АиФ/ Надежда Уварова
В соцсетях создано немало групп, позволяющих хозяйкам экономично, но разнообразно кормить домочадцев. Паблики рассказывают, как печь торты себестоимостью сто рублей, а также готовить вторые блюда из мяса за ту же сумму. Группа с подзаголовком «Нищербодские лайфхаки» имеет порядка 1,2 млн подписчиков.
От слова — к делу
Светлана Фёдоровна отправляется в магазин за продуктами. Пенсионерка предупреждает: в целях экономии необходимо посещать супермаркеты или всем известные торговые сети. Особое внимание уделяем распродаже: нас интересуют максимально низкие цены на всё. А вот от готовых блюд, как бы ни хотелось есть, лучше отказаться: они очень дорогие. Поэтому желательно идти в магазин не на голодный желудок.
Уходим прочь от таких продуктов: дорого и вредно. Фото: АиФ/ Надежда Уварова
«Я приобрела по распродаже, да еще в понедельник — это день, когда пенсионерам положена дополнительная скидка 10 процентов, все необходимые на неделю продукты.
Овощи по акции — наше всё. Фото: АиФ/ Надежда Уварова
Два окорочка — 70 рублей
Желудки куриные, 0,5 кг — 70 рублей
Молоко в пакете, 2 литра — 66 рублей
Картофель, 2 килограмма — 34 рубля
Макароны, упаковка — 50 рублей
Зеленый горошек, банка — 26 рублей
Лук, 1 кг — 15 рублей
Тесто дрожжевое, 1 кг — 60 рублей
Сахар, 0,5 кг — 20 рублей
Печенье, 1 пачка — 20 рублей
Подсолнечное масло 0, 5 литра — 40 рублей
Бананы, 4 штуки — 30 рублей
Яблоки, 4 штуки — 25 рублей
Соль — 15 рублей
Манка, упаковка — 24 рубля,
Рис, упаковка — 54 рубля,
Яйца — 30 рублей
Помидоры и огурцы , по паре штук — 40 рублей
Чай зеленый — 20 рублей
Масло сливочное, 1 пачка — 67 рублей
Консервы рыбные — 50 рублей
Мука, 1 кг — 35 рублей
Овощи сейчас дешевы, можно этим пользоваться. Фото: АиФ/ Надежда Уварова
Получилось 800 с небольшим рублей. Но на следующей недели будет легче: допустим, масло, сахар и соль в таком количестве я, конечно, не съем за первые 7 дней. Значит, бюджет на них тратить не придется. Здесь можно сделать оговорку, что недавно закончился летний период, и, конечно, все запаслись кабачками, тыквами, вареньем, соленьями, то есть они тоже значительно скрасят жизнь экономно питающегося. Но для чистоты эксперимента мы их в расчет не берем».

Дешево и сердито. Как сэкономить на продуктах и вкусно питаться
Примерное меню на неделю
Пенсионерка сразу уточняет: она не из тех, кого министр призвала есть «макарошки». Крупы и мучное особо не любит. Поэтому предлагает те блюда, которые сама ест с удовольствием. Хлеб старается тоже не есть: портит фигуру, а вот выпечку иногда себе позволяет. Светлана Дейнеко подчеркивает: «Понимаю, как мало в рационе фруктов и сладостей. Но это не вредно, только стройнее будешь».

Понедельник

Завтрак: яичница из 2 яиц, чай с сахаром.
Обед: суп из окорочка с рисом, на второе — этот же обжаренный окорочок с гарниром из макарон.
Ужин: салат из помидоров и огурцов с растительным маслом, печенье с чаем.
Вторник:

Завтрак: каша манная на половинном молоке, чай.
Обед: доедаем вчерашний суп, на второе — немного отварных куриных желудков с овощным салатом.
Ужин: пирог из покупного теста с начинкой из бананов, посыпанных сахаром.
Граждане экономят на мясе. Как меняется финансовое поведение россиян
Среда:

Завтрак: омлет из двух яиц, чай со вчерашним пирогом.
Обед: суп из оставшихся куриных желудков, заправленный картофелем и репчатым луком, на второе — вытащенные из супа и обжаренные желудки с зеленым горошком на гарнир.
Ужин: картофельное пюре со сливочным маслом, 2 яблока.
Четверг:

Завтрак: каша рисовая, чай.
Обед: суп молочный с макаронами, на второе — полконсервы рыбной с картофелем отварным, обжаренным на растительном масле.
Ужин: насыпной пирог собственного приготовления. На тесто идет в равных долях сахар, манка и мука. В середину слоем кладутся очищенные и натертые на терке яблоки, сверху вновь насыпается тесто, а поверх всего натирается 0,5 пачки сливочного масла. Получается лист вкуснейшего яблочного пирога.
Призрачная экономия. Как нас обманывают скидки и акции в магазинах
Пятница:

Завтрак: пирог, оставшийся от ужина, с чаем.
Обед: суп рыбный из оставшейся части консервы, приправленный рисом.
Ужин: салат типа «Зимнего», но без колбасы, заправленный растительным маслом.
Суббота:

Завтрак: яйцо вареное, картофельное пюре со сливочным маслом.
Обед: суп из окорочка, второе — этот же окорочок с рисом типа плова.
Ужин: печенье, банан.
Воскресенье:

Завтрак: каша манная, чай, печенье.
Обед: доедаем суп, на второе — жареный картофель с луком.
Ужин: запеканка из отварных макарон в молоке с маслом.
Можно, а нужно ли?

Владимиров Иван Алексеевич

Питаться на эту сумму, как следует из эксперимента, можно. Насколько полезным получается такое питание? Хватает ли организму белков, жиров и углеводов?

Диетолог Светлана Титова так комментирует режим питания пенсионерки:

«Подобный рацион далеко не редкость в семьях с небольшим доходом — много углеводов, отсутствие разнообразия рыбы и мяса, мало овощей и зелени, практически отсутствуют фрукты. Итог мы наблюдаем повсеместно: ожирение у детей и взрослых, понижение иммунитета и как следствие регулярные заболевания ОРВИ у подавляющего большинства населения. У пожилых людей ослабление работы сердечно-сосудистой системы, отсюда инфаркты, гипертонические кризы и прочие заболевания, которые в итоге приводят к летальному исходу.

Неоправданно дорого. На каких продуктах можно сэкономить в первую очередь
Проблема гораздо глубже, чем кажется изначально — вроде, что здесь такого, едим кашу манную, а не икру красную… Но правильная работа нашего организма зависит не только от рациона, а ещё и от качества употребляемых продуктов, ведь на такую сумму приходится покупать всё самое дешёвое. Да ещё на эту категорию продуктов искать акции со скидками. Организм расходует свой резервный запас витаминов, минеральных веществ и кислот, при этом постепенно накапливая вредные вещества, канцерогены, трансжиры, тяжёлые металлы. Все системы организма постепенно дают сбой в работе — поднимается холестерин, замедляется обмен веществ, появляется ожирение, развивается гипертония, депрессия, аллергические реакции, холецистит, гастрит, бляшки на сосудах, артрит, развитие болезни Альцгеймера и так далее. Перечислять урон организму, который наносится подобным питанием, можно ещё долго.

И нужно учитывать один нюанс, что всё-таки стоимость продуктов в разных регионах может существенно отличаться. И те, кто живет в сельской местности, выращивая хотя бы овощи или покупая за низкую стоимость качественный продукт у соседа, могут хоть как-то прожить, сохранив своё здоровье. Большую роль играет и экология, которая значительно отличается от городской. У людей, которые проживают в мегаполисах с совершенно другой экологической обстановкой, где качество продуктов в подобной ценовой категории, мягко говоря, оставляет желать лучшего, шансов остаться здоровыми практически нет».

Что мы едим? Какие «сюрпризы» может содержать батон хлеба или банка тушёнки
Главный врач челябинской больницы № 1 Дмитрий Тарасов, комментируя пост-обсуждение слов министра, написал: «Были ситуации в жизни, когда сложно было с деньгами. Тогда в ход шли проверенные рецепты (3 блюда из одного окорочка), „макарошки“ и т.д. Выжить — можно. Жить — не стоит. Организму требуется полноценное белковое питание, овощная клетчатка, минеральный комплекс».

Аналогичного мнения придерживается его коллега — главный врач областной туберкулезной больницы г. Магнитогорска Анатолий Шалагин: «С точки зрения фтизиатрии питание должно быть полноценным (особенно по животному белку и жирам) и разнообразным. Причем, постоянно. Не думаю, что при нынешних ценах на такую сумму все это можно обеспечить. Дело ведь не в калорийности».

А челябинец Павел Смоляков задается таким вопросом: «А заслуживают ли граждане, как нам говорят, великой державы, такой рацион?».

Должна заметить, что в 90-ые пару лет моя мама была вынуждена жить только на свою пенсию (у меня не было возможности ей помочь, была в декрете). До сих пор не могу вспомнить этот период без содрогания. Недостаток полноценного белка при такой «диете» сказался на сердце. Хотя, моя мама ещё более изощренный умелец оптимизировать имеющиеся средства. Как она только не кроила скудную пенсию: кооперировалась с подругой детства, самостоятельно делала всяческие заготовки, рассчитывала и калории и выбирала наиболее оптимальные продукты, но …чудес не бывает. Концлагерный паек, он и есть концлагерный паек. А моя мама и образование имеет высшее, и биологию с химией знает очень основательно, и математическими способностями бог не обидел, и навыки хозяйственные с детства вкупе с трудолюбием.

Кристобаль Рохас Чахотка

Сколько раз Ирина Анатольевна говорила, что без совести нет и ума, поэтому все те, кто создает окружающим невыносимые условия в жизни, сами не в состоянии прожить в них и давно бы сдохли, окажись в таковых. Но имеют наглость ещё на общественной арене демонстрировать эдакую снисходительность. Понятно, что подобное исключительно от исходной недоразвитости.

А проблема очевидна. Очевидно, что эти убогие могут только все прожрать и уничтожить — созидание им недоступно …по определению. Опять же явление приобретает совершенно неприличный, непристойный вид. Настолько непристойный, что вынуждены уже реагировать …хоть как-то…

Начали проскакивать вот и такие публикации.

Силуанов рассказал о напряжении в обществе из-за разницы доходов
Ведомости 30 октября 02:24

Первый вице-премьер и министр финансов Антон Силуанов считает, что в обществе есть напряжение из-за разницы доходов. Об этом он рассказал в интервью в программе «Познер» на «Первом канале».

Россия близка к тому, чтобы впервые в современной истории стать мировым лидером по неравенству благосостояния, на долю 10% самых обеспеченных людей в России приходится 82% богатства страны, процитировал ведущий программы Владимир Познер доклад Сredit Suisse. После этого он спросил министра, собирается ли правительство делать что-то с тем, что в России большой разрыв в уровне доходов населения. Познер отметил, что большой разрыв доходов населения представляет социальную опасность. «Нельзя не согласиться с тем, что разница в уровне доходов, конечно, создает напряжение в обществе», – ответил Силуанов.

Он также рассказал, что часто поступают два предложения: повысить налог на богатых и ввести прогрессивную шкалу налогообложения доходов. Насчет первой идеи Силуанов сказал: «На самом деле мы это сделали. Повысили налоги на роскошные имущественные комплексы, машины, яхты, квартиры и т. д.». Богатые люди могут вывести деньги из страны, к тому же подоходный налог в 13% «устоялся», прокомментировал второе предложение министр. По его словам, менять законодательство, «которое мы договорились не трогать ближайшие шесть лет, было бы неправильно».

Силуанов отметил, что надо повышать зарплаты и пенсии, и напомнил, что, по статистике, самый маленький доход в России у молодых людей, имеющих одного или двух детей: «Им надо помогать больше всего». После этого Познер заметил: «Речь идет не брать деньги очень богатых, а чтобы были доходы у тех, кто победнее». На что вице-премьер ответил: «И так и так».

Все работающие россияне платят налог в 13% от дохода вне зависимости от его размера. При этом налог на имущество физических лиц имеет дифференциацию: ставка зависит от стоимости недвижимости. Кроме этого повышенный налог есть у автомобилей, стоимость которых превышает 3 млн руб.

Маковский посещение бедных

Все уж было подумали, что примут новые налоги на роскошь, но публику быстренько остудили.

30.10.2018, 10:37
Минфин: в ближайшие шесть лет налог на роскошь поднимать не будут
Правительство России уже поднимало имущественные налоги для богатых и в ближайшие шесть лет эти налоговые условия меняться не будут, заявили журналистам в пресс-службе Минфина. Таким образом ведомство прокомментировало слова министра финансов Антона Силуанова о намерении «со временем» повысить налоги на роскошные имущественные комплексы, машины, яхты и квартиры.

«Обращаем ваше внимание на грубую ошибку в цитировании первого вице-премьера, министра финансов Силуанова рядом СМИ по теме введения налога на роскошь. Силуанов в интервью Познеру сказал, что правительство уже подняло имущественные налоги на богатых. Он не говорил о том, что у правительства есть планы по дополнительному увеличению налоговой нагрузки. Как уже неоднократно говорили ранее, на ближайшие шесть лет завялена неизменность налоговых условий»,— пояснили в министерстве (цитата по «РИА Новости»).

Господин Силуанов заявил, что «разница в уровне создает напряжение в обществе». Он также отверг введение прогрессивной шкалы налогообложения вместо единых 13% для всех граждан. «Мы знаем, что богатые — люди неглупые и найдут пути, как обойти это решение, в том числе могут вообще вывести деньги из нашей страны»,— сказал он. Плоская 13%-ая шкала, по его словам, «уже устоялась», и менять законодательство, «наверное, было бы неправильно».

Эрнст Хенселер Благодетельница

Но надо заметить, что Ирина Анатольевна и не просила вводить эти налоги на роскошь. Она давно предлагает заставить всех обнаглевших уголовников, захвативших госсобственность, выплачивать уже имеющиеся налоги, которые они не платили …от слова «никогда». Чем, собственно, и обусловлено все их имеющееся благосостояние. Которое, тем не менее, при имеющемся интеллектуальном уровне руководства с каждым годом все тает и тает, прям, на глазах. Поскольку досталось людям, не умеющим, работать, то есть создавать. Имеющуюся паразитарную природу не обманешь — она способна лишь прожирать и про…рать, …боле ничего… Поэтому и такие чудовищные решения — выжимать население досуха, вплоть до концлагерного пайка.

Надо заметить, что нормальные люди мыслят иначе, то есть позитивно. Даже в такой, казалось бы, безвыходной ситуации.

Россияне озвучили необходимый для жизни на пенсии доход: придется поработать
Жить на пенсию собираются лишь 16%

23.10.2018
Многие соотечественники не планируют заканчивать трудовую деятельность по достижении пенсионного возраста.
29% соотечественников не намерены завершать трудовую деятельность по достижении пенсионного возраста, а главным источником дохода на это время считают работу и подработку. Еще 19% откладывают на пенсию и собираются начать тратить сбережения, выйдя на заслуженный отдых. 3% «инвестировали» в своих детей и планируют получить «дивиденды» от этого на пенсии. Такие данные получены в ходе соцопроса, результаты которого во вторник публикует «Российская газета».

Граждане России признались социологам, что хотели бы иметь доход на пенсии в размере 37,3 тысячи рублей в месяц в среднем.

Получать 31 тысячу рублей на пенсии в среднем хотели бы молодые люди до 24 лет, а россиянам старше 45 лет хватит только 39,2 тысячи рублей.

Самые большие ожидания у российских программистов. Такие специалисты видят пенсию в размере 42 тысячи рублей. Чуть скромнее юристы. Их ожидания — 41,2 тысячи рублей. Работающие в области рекламы специалисты будут удовлетворены доходом в размере 40,6 тысячи рублей, бухгалтерам будет достаточно 37,3 тысячи рублей в месяц в среднем.

Творожников Иван Иванович Бабушка и внучка

То есть, во-первых, заявлена цифра, которая позволяет вести скромный, но человеческий образ жизни. И эта цифра на порядок выше озвученной нашими местными людоедами. Во-вторых, порядочные люди предпочитают не красть у ближних, а заработать искомую сумму.

Вот именно, заработать.

И как устала уже говорить И.А.Дедюхова, заработать на достаток, на пенсию с имеющимися сейчас в управлении юристами/экономистами и прочими недоделанными невозможно. У них для данной задачи нет ни соответствующих знаний/умений, ни совести. Любое развитие возможно только с инженерным корпусом. Пора бы уже сделать животрепещущие выводы, а то ведь наши упыри до чего только не додумаются с постной и благостной миной…

Дивы: Людмила Целиковская

Чтв, 01/11/2018 - 05:22

У каждого поколения есть свои кумиры. Целиковская была кумиром 40-х годов. Солнечная женщина с лучистыми глазами. Молодые люди присылали ей письма, где предлагали руку и сердце. Однажды она шла по улице в Ленинграде, а навстречу шла рота солдат. Когда они увидели Целиковскую, остановились, взяли ее на руки и несли несколько кварталов на руках. А вся улица ей аплодировала.

Людмила Целиковская — кинозвезда 1940-х — 1950-х годов.
Обаяние актрисы, мягкая проникновенная манера игры, лиричность в соединении с теплым юмором, душевная чистота и непосредственность героинь Целиковской снискали ей у зрителя широкое признание.

Любимым афоризмом, словно девизом жизни, стали для нее слова Кафки: «Стой под дождем, пусть пронизывают тебя его стальные стрелы. Стой, несмотря ни на что. Жди солнца. Оно зальет тебя сразу и беспредельно».

Дочь оперной певицы и регента церковного хора Людмила Целиковская тоже могла бы связать свою жизнь с музыкой. Мать ее признавалась: «С Люськой так легко! Встанет утром и поет, поет…» Еще в детстве «Люська» поняла, что хочет быть актрисой. Переодевшись нищенкой, ходила с подружками-пионерками по улицам. А в сороковые уже была любимицей зрителей, кумиром тех, кто воевал и ждал…

На фронтах Великой Отечественной красноармейцы поднимались в бой со словами: «За Родину! За Сталина! За Целиковскую!» Девушки стремились быть похожими на актрису с лучистыми глазами: делали «шестимесячную завивку», выщипывали брови. И даже плакали, «как Целиковская»… Мужчины наперебой предлагали ей руку и сердце. Но оно у актрисы всегда было занято. Пять раз она выходила замуж. И каждый последующий брак был длиннее предыдущего.

Казалось, за ней сломя голову бежали слава, успех, признание. И безграничное семейное счастье. О котором мечтает каждая женщина. А судьба испытывала ее, как могла.

Людмила Васильевна Целико́вская (8 сентября 1919, Астрахань — 3 июля 1992, Москва) — советская актриса театра и кино. Народная артистка РСФСР (1963)

Наибольшую популярность получила в 1940-е годы, снявшись в музыкальных комедиях военного времени «Антон Иванович сердится», «Близнецы», «Сердца четырёх», «Воздушный извозчик» и «Беспокойное хозяйство».

Людмила Васильевна Целиковская родилась 8 сентября 1919 года в Астрахани в семье заслуженного деятеля искусств Василия Васильевича Целиковского. Мать — Екатерина Лукинична, оперная певица.

Маленькая Люся

Её отец Василий Васильевич Целиковский с шести лет пел в сельском храме, затем учился в Астраханском музыкальном училище по классу скрипки и одновременно подрабатывал певчим в церковном хоре (пел в нём вместе со знаменитой впоследствии оперной певицей Марией Максаковой). Затем был регентом церковного хора, дирижёром в Астраханском драматическом театре. Вскоре после рождения дочери создал хор и оркестр при Каспийском флоте, а в 1923 году поступил в Московскую консерваторию (закончил в 1930 году). Руководил симфоническим оркестром Центрального дома Красной армии, а с 1934 года работал в Большом театре заведующим музыкальной частью. Работал на Всесоюзном радио, а затем начальником Отдела музыкальных учреждений Министерства культуры СССР.

Мать актрисы, Екатерина Лукинична, тоже некоторое время училась в консерватории, окончила вокальную студию при Большом театре и пела заглавную роль в опере «Снегурочка». Обладала красивым сопрано, но рано ушла со сцены и посвятила себя домашнему хозяйству.

До 1925 года семья Целиковской проживала в Астрахани. Людмила была болезненным ребёнком и тяжело переносила астраханский климат. По совету врачей Целиковские переехали в Москву.

В Москве девочка чувствовала себя хорошо. У Людмилы был прекрасный слух, и родители определили её в Гнесинскую школу учиться игре на фортепиано.

В музыкальной семье девочка выучила ноты раньше, чем буквы, но музыка не стала её призванием — природа не наградила Людмилу Целиковскую оперным голосом, а для игры на фортепиано рука была слишком миниатюрной. Впрочем, девочка училась в Гнесинской школе и даже выходила на большую сцену: она выполняла серьёзную миссию — в финале 4-й симфонии Чайковского била в литавры, когда оркестром дирижировал её отец. А когда она была в Вене, ей разрешили сыграть на клавесине Моцарта.

«У меня лились слёзы из глаз, и, чтобы они не капали на клавиши пианино, я подвязывала полотенце, — вспоминала Целиковская, — и продолжала играть». Музыкальный слух позволил ей легко освоить английский язык – она переводила пьесы английских драматургов «для удовольствия», а потом и в поисках подходящей роли. Но это потом, а в 1935 г. только начиналась карьера артистки Целиковской. Хотя друзья семьи со смехом вспоминали, что артистическая карьера Люси началась в детстве, когда она «играла» побирушку. Дело в том, что девочка очень любила разыгрывать разные сценки, а одной из любимых забав было …просить милостыню под видом несчастной нищей на Тверской.

Забавы и игры закончились, когда мама Людмилы Целиковской с помощью подруги-актрисы Анны Бабаян привела 16-летнюю дочь на просмотр к режиссёру Театра имени Е.Вахтангова Рубену Симонову. Режиссёр вынес вердикт: театр ждёт актрису Целиковскую. Симонов посоветовал ей обязательно поступать в театральный институт и после окончания школы в 1937 г. Людмила Целиковская подала документы в Театральное училище имени Щукина.
В том году желающих поступить в «Щуку» было около 900 человек, а свободных мест только 13. Шансов поступить у Целиковской было не так уж и много, и поначалу ей показалось, что она с треском провалилась. Вот как она сама вспоминала об этом: «Помню только, что после чтения обязательной прозы, стихотворения и басни кто-то из комиссии (а у меня от страха в глазах было серо, мне показалось, что все члены комиссии были одеты в одинаковые серые костюмы) спросил: «С кем вы готовились к экзаменам?» Я сказала: «С мамой». В ответ — дружный хохот. А на вопрос, как меня зовут, я сказала: «Людмила Васильевна». Комиссия развеселилась ещё больше, а у меня от обиды брызнули слёзы из глаз, и я убежала, твёрдо поняв, что уж актрисой мне никогда не стать. В это время следом за мной выбежал Дима Дорлиак — один из самых красивых молодых артистов театра, и, успокаивая меня, сказал: «Не волнуйтесь, вы понравились. Это у нас в театре так принято принимать — с юмором и смехом. Нате, вот вам платок, вытрите слёзы». Господи! Что со мной было! Я была как во сне. Сам знаменитый Клавдио (из «Много шума из ничего» и Люсьен из «Человеческой комедии» — спектакли Театра имени Е. Вахтангова) дал мне свой платок! На следующий день, прибежав в училище рано-рано, когда вход в здание на улице Вахтангова, 12 был закрыт, и, прождав около часу, я наконец увидела свою фамилию в числе тринадцати принятых…»

Ещё студенткой училища в 1938 году, Целиковская была зачислена в труппу Театра имени Вахтангова. Её первой ролью на сцене этого прославленного театра была Клариче в «Слуге двух господ». В том же году влюбляется в своего однокурсника Юрия Алексеева-Месхиева, за которого выходит замуж. Однако их совместная жизнь продлилась недолго, и вскоре они расстались.

Свою первую роль в кино (пионервожатую Валю в фильме «Молодые капитаны») Целиковская сыграла в 1939 г., ещё студенткой. И хотя эта роль не стала открытием молодой актрисы ни для зрителей, ни для критиков (да и сама Целиковская её не любила), однако бесследно она всё равно не прошла. Режиссёр Константин Юдин заметил молодую и красивую актрису, поверил в неё и в 1940 г. предложил ей главную роль — Шурочки Мурашовой — в своей комедии «Сердца четырёх». По словам самой актрисы, это была её самая любимая картина, так как она играла саму себя. (Например, актриса так же обожала сладкое, любила музыку и ненавидела математику.)

«Сердца четырёх»

«Сердца четырёх»

«Сердца четырёх»

«Сердца четырёх»

«Сердца четырёх»

«Сердца четырёх»

В этой картине Целиковская буквально уговорила режиссёра разрешить ей самой спеть песню, которую до этого предполагалось озвучить с помощью профессиональной эстрадной певицы. Юдин разрешил, но во время записи случилось непредвиденное — Целиковская так перенервничала, что у неё пропал голос. Запись пришлось отложить на неделю, что было делом неслыханным — из-за 19-летней студентки простаивал оркестр из 70 человек. И всё-таки эту песню она записала. Фильм должен был стать самым кассовым фильмом 1941 г., однако его премьере помешала война. Он вышел на экраны страны только в 1944 г.

От самой от себя убегу

 

А вот фильм Александра Ивановского «Антон Иванович сердится», в котором Целиковская также играла главную роль (он снимался почти одновременно с «Сердцами четырёх») успел-таки попасть к зрителю в первые месяцы войны. «Какая живая партнёрша мне досталась! — восхищался Павел Кадочников, герой-любовник тогдашнего кино…

«Антон Иванович сердится»

«Антон Иванович сердится»

На этот раз Целиковской петь не доверили, и вместо неё это сделала профессионал — известная певица Дебора Пантофель-Нечецкая. Но так случилось единственный раз: в остальных фильмах и спектаклях Целиковская всегда будет петь сама.

«Антон Иванович сердится»

Дебора Пантофель-Нечецкая Весенний вальс

В фильме «Антон Иванович сердится» профессор консерватории, фанатичный приверженец классической музыки, с ужасом узнает, что его дочь мечтает о карьере опереточной певицы… Партийные идеологи пребывали в растерянности: нужна ли столь легковесная комедия фронту? Оказалось ― нужна.

Конечно же нужна. Фильм был на пике тогдашней жанровой моды. Вспомним, с каким успехом в Европе шли в те времена картины с той же Марикой Рекк.

«Антон Иванович сердится»

Уже после войны летчики одной из эскадрилий признавались, что это была «самая военная картина, в которой показано именно то, ради чего стоило воевать». «Когда ребята после сражений видели на экране Симочку, эту очаровательную любящую девушку, им хотелось жить, ― спустя годы вспоминала одна из подруг Целиковской. ― Фронту нужны были именно эта улыбка, именно этот характер. Рассказывали ― и это не выдумки ― что после фильма солдаты поднимались в бой со словами: «За Родину! За Сталина! За Целиковскую!». Кто из актеров еще удостоился такой воинской чести?».

Вторым мужем Целиковской стал писатель Борис Войтехов. К моменту этого замужества Целиковская была уже известной актрисой, имела массу поклонников, среди которых было много известных людей. Однако актриса выбрала себе в спутники не самого заметного среди них, но искренне любившего её. Правда, и этот брак, продлившись несколько лет, распался.

kinopoisk.ru

В 1943 году выходит фильм «Воздушный извозчик», в котором актриса сыграла роль Наташи Куликовой. Сценарий был написан Валентином Катаевым специально для неё. После этого фильма к ней пришла всесоюзная популярность — Людмилу Целиковскую узнала и полюбила вся страна.

Если в предыдущем фильме «Антон Павлович сердится» Целиковская работала в легком жанре, то здесь она уже оперная певица, исполняющая русскую классику. И это было и модно, и современно, и востребовано. Обратите внимание на визуальное решение образа героини. Даже в роли Лизы, даже в историческом костюме, у артистки ультра-актуальная на тот момент прическа. Такова специфика кино, практически кинотрадиция, продержавшаяся чуть ли не до 70-х. Ещё Илья Ильф и Евгений Петров, говоря об этом жанре, писали:

«Что бы ни играла голливудская актриса  — возлюбленную крестоносца, невесту гугенота или современную американскую девушку, — она всегда причесана самым модным образом. Кудри должны быть уложены так, как это полагается в тысяча девятьсот тридцать пятом году. Публике это нравится».

«Воздушный извозчик»

«Воздушный извозчик»

«Воздушный извозчик»

Во время съёмок фильма, Целиковская влюбилась в партнёра по фильму Михаила Жарова.

У знаменитого актера тогда были проблемы в личной жизни. Его жена Люда Полянская, под влиянием своей матери, откровенно игнорировала мужа, считая, что он ей не ровня. Рассказывает племянница Михаила Жарова Светлана: «Люда Полянская предпочитала по вечерам раскладывать с матерью пасьянсы, и когда кормилец возвращался домой после двух смен в павильоне, то заставал скучающих дам и… никакого ужина. При этом теща делала еще недовольное лицо».

«Воздушный извозчик»

«Воздушный извозчик»

Михаил Иванович без памяти влюбился в молодую актрису. Он создал для Целиковской (в военное время!) голливудские условия для съемок. На свет всегда ставили дублершу, а макияж был американский, максфакторский. Людмиле Целиковской тогда было 23 года, Михаилу Жарову — 42, но их не смущала разница в возрасте, не смущало то, что оба женаты и для молоденькой актрисы это будет уже третий брак.

«Воздушный извозчик»

Не желая обманывать своего супруга — писателя Бориса Войтехова, — Людмила написала ему со съемок в Алма-Ате письмо, что жить без Жарова не может. В ответ оскорбленный муж стал закидывать актрису телеграммами с угрозами: «Берегитесь!», «Ждите беспощадности». А уж когда свою связь с Целиковской обнародовал для своей жены Жаров, началось что-то страшное. В конце концов не выдержало здоровье Михаила Ивановича, и он на полтора месяца слег в больницу.

Именно в этом браке к ней пришла настоящая страсть.

Вскоре они регистрируют брак. Оба уходят из семей и довольно долго живут в номере гостиницы «Москва». Вместе выступают перед советскими солдатами на фронтах Великой Отечественной. Три месяца показывают фильм и выступают перед лётчиками 3-й воздушной армии.

Воздушный извозчик

Премьера «Воздушного извозчика» состоялась на фронте, фильм показывали в землянках. Когда бойцов на передовой спрашивали, какой фильм им привезти, они заказывали: «Кино с Целиковской!». Жаров и Целиковская отправились на фронт под Орел в воздушную армию М.М. Громова в полк Марины Расковой. Там они провели три месяца, выступая перед бойцами. Часто во время сеанса раздавалась команда: «Воздух!».

Между тем съёмки в «Воздушном извозчике» внесли изменения не только в личную жизнь Целиковской, но и в творческую — из-за них её отчислили из Театра имени Е.Вахтангова. Однако актрису это почти не озаботило. Без работы она не оставалась. После съёмок в «Воздушном извозчике» её пригласил в свою новую картину сам Сергей Эйзенштейн.

Роль царицы Анастасии в «Иване Грозном» Целиковская сыграла благодаря Михаилу Жарову. Первоначально роль предназначалась Галине Улановой. Во время войны Большой театр тоже эвакуировали в Алма-Ату, и Эйзенштейн несколько дней уговаривал великую балерину, приносил ей рисунки с набросками. Галина Сергеевна согласилась и серьезно готовилась к съемкам, но Большой театр спешно отозвали в Москву. После Улановой претенденток на роль Анастасии было очень много, но Жаров, снимавшийся в «Грозном» в роли Малюты Скуратова, настоял на кандидатуре Целиковской. Хотя, признаться, уговаривать Эйзенштейна долго не пришлось — он сам был в плену ее таланта еще после фильма «Сердца четырех».

«Иван Грозный»

«Иван Грозный»

«Когда Сергей Михайлович Эйзенштейн пригласил меня сниматься в фильме «Иван Грозный» в роли первой жены Ивана IV, мне, только что вышедшей из театральной школы девчонке, это предложение показалось страшным и несбыточным, хотелось убежать и спрятаться куда-нибудь подальше», — вспоминала актриса. Мастер выбрал её, потому что увидел в ней свою героиню: «Радостью сияют глаза Анастасии», «Глаза Анастасии сияют счастьем», «На глаза Анастасии набегают слёзы», «Иван приникает к губам счастливой, смущённой Анастасии»… Это режиссёрские ремарки к одному из «эпизодов «Ивана Грозного». Эйзенштейн увидел в жизнерадостных, беззаботных, слегка кокетливых и наивных героинях Целиковской черты будущей «царихи». Такое прозвище получила на съёмочной площадке Людмила Целиковская. Так и называл её впоследствии муж, Михаил Жаров, игравший в фильме Малюту Скуратова.

«Иван Грозный»

Она полностью подчинилась воле режиссёра, старательно и точно воспроизводила заданный рисунок образа. За это и досталось от критиков, мол, слишком зажатая получилась Анастасия. «Не старайся играть «царицу». Она ведь просто девчонка, которая попала в золотую клетку, она любит, как и ты, бегать по саду, ловить бабочек и собирать цветы, а ей по ритуалу надо сидеть у окошка и терпеливо ждать своего господина», — объяснял он.

Целиковская в роли царицы Анастасии, жены Ивана – нежная и беззащитная на первый взгляд, она преображается во время болезни царя, одна отчаянно противостоит и боярам и Ефросинье, защищает и мужа и ребенка. Ослепительно белое одеяние и широко распахнутые искрящиеся глаза – Анастасия, пожалуй, самый светлый персонаж фильма, это подчеркивается даже визуально, особенно по контрасту с «черной паучихой» Ефросиньей Старицкой.

«Иван Грозный» Михаил Жаров и людмила Целиковская на съемках фильма

Поездка в Алма-Ату из заледеневшей голодной Москвы, в которой дымчатый кот, жалея хозяев, приносил им пойманных крыс, казалась Целиковской настоящим раем. На тот момент она была на грани чахотки и кормилась, продавая носки собственной вязки… Но во время съёмок «Ивана Грозного» она чуть не осталась без глаз — неправильно были установлены софиты, ей наклеили огромные накладные ресницы, в которых нельзя было моргнуть и хрусталики глаз были «сожжены» (вот откуда секрет искрящихся васильковых глаз Целиковской).

По рассказам самой Целиковской ей не только делали огромные глаза, но и правили форму носа, делая его прямым. Приближая формы лица к классическим чертам и пропорциям.

После выхода фильма на советские экраны все ведущие актёры, за исключением Целиковской, были удостоены Сталинской премии. Сталин лично вычеркнул её фамилию из списка со словами: «Такими царицы не бывают». После этого фильма она фактически потеряла работу в театре Вахтангова, где не хотели больше терпеть её постоянное отсутствие из-за участия в съёмках. В 1945 году после письма Эйзенштейна её вновь восстановили в театре.

После войны Целиковская снялась в фильмах Константина Юдина «Близнецы» и Михаила Жарова «Беспокойное хозяйство».

«Близнецы»

«Близнецы»

«Близнецы»

«Близнецы»

«Близнецы»

В 1946 г. на экраны страны вышла музыкальная комедия «Беспокойное хозяйство», которую поставил сам Жаров и главную роль в которой исполняла Людмила Целиковская (это был его своеобразный подарок жене). В лётном полку Марины Расковой, где Целиковская и Жаров провели три месяца, выступая перед бойцами, генерал Михаил Громов подарил Жарову и Целиковской сюжет о ложном аэродроме, из которого впоследствии и получился фильм.

В картине снималось целое созвездие актеров. Людмила Целиковская сыграла в фильме главную роль ефрейтора Тони, в которую влюблены два летчика — Герой Советского Союза Крошкин (Виталий Доронин) и французский офицер Лярошель (Юрий Любимов), которые навещают девушку между боями. Но она отдает предпочтение Огурцову (Александр Граве), который, успешно выполнив первое задание, ухитрился привести в часть пленных немцев. Сам Жаров с блеском сыграл старшину Семибаба, в роли диверсанта снялся замечательный актер Сергей Филлипов, в крошечном эпизоде дебютировал в кино Михаил Пуговкин. Играл даже Алексей Аджубей, зять Хрущова.

«Беспокойное хозяйство»

«Беспокойное хозяйство»

«Беспокойное хозяйство»

«Беспокойное хозяйство»

«Беспокойное хозяйство»

«Беспокойное хозяйство»

Фильм подвергся нелицеприятной критике за безыдейность и потрафление невзыскательным вкусам зрителей, жаждущим лишь развлечения в кино. Зато среди зрителей он пользовался большим успехом, заняв седьмое место среди советских фильмов в прокате 1946 года.

С Михаилом Жаровым Целиковская прожила пять лет. Довольно долго снимали номер в гостинице «Москва». Потом получили небольшую квартиру, окна которой выходили на гостиницу «Астория».

Михаил Иванович очень заботился о жене. В те трудные времена он создавал для неё поистине голливудские условия для съёмок: на общих планах ей давали дублершу, и даже макияж у актрисы был американский — фирмы «Max Factor», в Советском Союзе в те времена о таком и не слышали.

Вспоминает племянница Михаила Жарова Светлана Жарова: «Люся была необыкновенно красива и кокетлива. Михаил Иванович с превеликим удовольствием выполнял все ее капризы. Он много тогда мог себе позволить — даже покупал ей старинные украшения. Иногда я оставалась у них ночевать. Дядя Миша относился ко мне как к дочери, да и Люся баловала неимоверно — даже растирала меня благовониями. К ней приходили парикмахер, маникюрша, она любила принимать хвойные ванны. Характер у Люси был необычайно легкий. Часто в их доме собирались друзья. Правда, дед, приходя от них, иногда ворчал: «Люська меня обедом сегодня не кормила!»».

В 40-50-е годы популярность Целиковской была фантастической. На фронтах Великой Отечественной солдаты поднимались в бой со словами: «За Родину! За Сталина! За Целиковскую!» Зрительницы Вахтанговского театра, горячие поклонницы двух ведущих актрис – Людмилы Целиковской и Галины Пашковой – делились на «целикисток» и «пашкисток», доходя в своих стычках порой до рукопашных боёв. Фильмы с участием Целиковской собирали аншлаги, поклонники нежно называли актрису Люсей, её портреты украшали квартиры. Школьницы восьмого-десятого класса старались носить платья как у Целиковской, они завязывали бантики точь-в-точь, как она завязывала в своих фильмах. Про Целиковскую говорили: «Три миллиона мужчин не могут ошибаться». Её засыпали цветами, её спектакли специально приходили посмотреть высокопоставленные лица… В 1952 г. в Киеве проходили гастроли Вахтанговского театра. После спектаклей Целиковскую спускали по пожарной лестнице, потому что у входа её ожидала огромная толпа, пройти через которую не было никакой возможности. Киевляне протягивали к ней своих детей с мольбой: «Поцелуйте! Благословите! Прикоснитесь!»

Несмотря на огромную популярность у зрителей фильмов с участием Людмилы Целиковской, она была долгое время обделена официальными почестями. На приёме в Кремле, где присутствовал Сталин, актриса была всего лишь один раз. В 1945 г. их с Жаровым пригласили на приём в Кремль по случаю Дня Победы.
Она была частым гостем в доме Молотовых, однако после того, как покровительствовавшую ей Полину Жемчужину (жену Вячеслава Михайловича Молотова) арестовали и отправили в лагерь, окружающие стали косо смотреть и на Целиковскую. Кроме этого, экранный имидж актрисы был совершенно иным, чем у Любови Орловой или Марины Ладыниной: героини Целиковской не несли в себе никакого идеологического начала. Не было у неё и влиятельного мужа-покровителя, котоpый мог бы выгодно устроить карьеру своей дражайшей половине, вовремя похлопотать за неё. Ей вообще удавалось стоять в стороне от власти, не заигрывая с ней.

Рассказывает сын Людмилы Целиковской Александр Алабян: «Ей действительно никто не помогал. Но при этом она заставляла уважать себя. В конце 40-х годов ее и еще одну артистку пригласили в особняк Берии «посмотреть кино». «И мы, дурочки, пошли», — смеялась потом мама. После фильма к ним стали приставать. Мама, не думая, одному из замов Берии Кобулову по «оливковой роже» врезала и побежала к выходу. Бежит, а сама боится: сейчас начнут стрелять. Но ее не тронули. Раз, думали, посмела замахнуться на такого человека, может, Сам покровительствует. А вот вторая актриса осталась в особняке и спустя несколько лет попала в лагерь».

Повесть о настоящем человеке

Между тем и после войны амплуа Целиковской в кино почти не изменилось: против ролей в комедиях «Близнецы» (1945) и «Беспокойное хозяйство» (1946), она могла выставить лишь одну драматическую роль, причём, эпизодическую, — в картине «Повесть о настоящем человеке». Причём большинство критиков именно эту роль — медсестры Зиночки — считают поворотной в карьере Целиковской. Это была работа творчески зрелой актрисы. Однако режиссёры так и не разглядели в Целиковской этих изменений. Ей продолжали поступать предложения играть роли наивных героинь, но от всех этих предложений актриса отказывалась. В результате за последующие 9 лет она не снялась ни в одном фильме. Единственным местом работы для неё стал Театр имени Е.Вахтангова, куда её вновь приняли в 1945 г. Среди её театральных ролей: Дениза в «Мадемуазели Нитуш» Эрве, царица Мария Нагая в «Великом государе» по В.Соловьёву, Дженевра в «Глубоких корнях».

Дениза — Людмила Целиковская

Дениза — Людмила Целиковская

«Много шума из ничего» Л.Целиковская, Ю.Любимов

«Много шума из ничего» Л.Целиковская, Ю.Любимов

Фома Гордеев , Л.Целиковская, Г.Абрикосов

в гримерке

Видимо, неудовлетворение творческой жизнью, ощущение себя на вторых ролях угнетало талантливую актрису. Она пыталась найти счастье в личной жизни, но и брак с Михаилом Жаровым трещал по швам. Она безумно хотела родить ребёнка, но этого не случилось. В конце концов брак двух звёзд советского кино распался. Жаров очень переживал разлуку с ней. Ходили даже слухи, что он пытался подкупить жену чёрным жемчугом, отвалив за него чемодан советских денег.

Вспоминает Светлана Жарова: «Рассказывали, что как-то Целиковская призналась друзьям: «О чем я жалею, так это о том, что рассталась с Мишей Жаровым. Он был в моей жизни самым настоящим». Разрыв с Целиковской закончился для дяди бессоницей, сердечными спазмами, отменой спектаклей и микроинфарктом».

После брака с Целиковской он женился на Майе Гольштейн, молодой хохотушке, которую встретил в одном санатории. Разница в возрасте у молодоженов была 30 лет. Михаил Жаров всетаки стал отцом. От этого брака у Жарова — две дочери.

Спустя много лет Целиковская назовет первые два замужества ошибками молодости, а о Жарове всегда будет отзываться тепло и по-доброму. И скажет: «Он любил меня больше всех… А я больше всех любила Алабяна».

Людмила Целиковская с Каро Алабяном и сыном Александром

Каро Алабян, четвёртый по счёту муж Целиковской, был знаменитым архитектором. В 1934-40 гг. именно по его проекту строился Центральный Театр Советской Армии, прокладывался Ленинградский проспект. С 1937 г. Алабян был депутатом Верховного Совета СССР. Художник и архитектор, отличный певец, заядлый театрал, он дружил с Рубеном Симоновым, тогда ещё простым артистом Театра им. Е.Вахтангова, который и представил ему Целиковскую. Уже при следующей встрече Алабян взял её руку, внимательно рассмотрел линии на ладони и улыбнулся: «А знаете, вы будете моей женой». Больше они уже не расставались.

В конце 40-х годов Целиковская и Алабян стали мужем и женой. Ей было 30, ему — 50. Новый брак знаменитой актрисы оказался самым счастливым для неё: в сентябре 1949 г. она родила сына, которого они с мужем назвали Александром. По словам многих, знавших эту семью, Целиковская была сумасшедшей, фанатичной матерью. Окружённая многочисленными поклонниками, Целиковская всегда оставалась верна своему единственному любимому мужчине, как она его называла, — сыну. «Сын, — говорила она, — это ни с чем не сравнимо, и даже внук не может занять такое место в сердце, как Саша».

Людмила Цуликовская с сыном

Казалось, что с рождением ребёнка её семейная жизнь будет приносить одни радости. Однако внезапно начались неприятности у Алабяна. Л.Целиковская рассказывала: «Алабян, конечно, был человеком удивительным. Высокий интеллектуал, совершенно бескорыстный, очень порядочный. Смелый, за что и поплатился.

Алабян всю жизнь занимал очень большие посты, в течение тридцати лет был секретарём Союза архитекторов. Когда у нас решено было начать строительство высотных домов, Алабян выразил несогласие в присутствии Берии. До этого он год провёл в Америке и прекрасно понимал, что строительство высотных домов в нашей стране в те годы — показуха, нет ни необходимой технологии, ни моральных прав. И обо всём этом Алабян сказал в своей речи.

Очень скоро ему приказали принять на работу двух архитекторов. Как он ни сопротивлялся, принять их всё же пришлось. А буквально через две недели объявили, что они — японские шпионы: сценарий был отработанным. И тут же появился приказ, подписанный Сталиным: освободить Алабяна от всех занимаемых должностей.
Когда Каро пришёл домой — а я сидела с нашим маленьким сыном, — он встал передо мной на колени и сказал: «Прости меня, Люся. Если бы я знал, что так случится, я бы никогда не посмел жениться на тебе». От ареста спас его друг Анастас Микоян. Во время гражданской войны Алабян вынес раненого Анастаса Ивановича из боя. А теперь Микоян спас его: вручил билет до Еревана и сказал: «Уезжай, тогда о тебе все забудут»… Вскоре нас лишили дома — мы жили тогда в мастерской Алабяна на улице Горького. В один прекрасный день к нам пришла комиссия из Моссовета: «Как вы используете служебное помещение! Почему висят ползунки?» И велели нам выехать в десятидневный срок. Мы начали скитаться. Жили то на даче, то у друзей. Втроём — на сто двадцать рублей, мою зарплату. Длилось это почти два года. И когда уже совсем стало невмоготу, мы написали в правительство письмо: «Сколько же можно так наказывать?» Отправили его Молотову, Булганину и кому-то ещё… Так, благодаря письму, нам с Каро дали в 53-м году квартиру, а ему — работу».

Людмила Целиковская за приготовлением обеда. 1955 год.

Едва они начали обустраиваться в новой квартире, как у маленького Саши обнаружили полиомиелит. Целиковская забросила театр, кино, всё своё время посвятив борьбе за его выживание. Хотя и признавалась потом, что если бы сразу узнала всё про болезнь, наверное, выбросилась бы с балкона — так было страшно. К счастью, у сына оказалась редкая форма, которую удалось побороть».

Людмила Цуликовская с сыном

«Врачи сказали, — вспоминает Алабян-младший, — единственное, что может меня спасти, — это массаж и физические упражнения. И мама не плакала, а сама делала мне массаж, по 15 раз в день! Заставляла меня через силу бегать, прыгать и лазать по деревьям. И я выздоровел». Несколько лет непрерывного лечения, массажей, консилиумов сделали своё дело. Она говорила: «Мне предлагали новые роли, мне говорили, что если ты откажешься, таких хороших предложений уже не будет». Но для меня было самое главное, что сегодня Саша сделал на десять шагов больше, чем вчера, а завтра — на двадцать шагов больше, чем сегодня».

В 50-е годы Целиковская продолжала играть в Театре имени Е.Вахтангова, изредка снималась в кино («Мы с вами где-то встречались»,

«Мы с вами где-то встречались»

«Мы с вами где-то встречались»

«Мы с вами где-то встречались»

«Мы с вами где-то встречались»

Мы с вами где то встречались 1954

1954, «Попрыгунья», 1955). Последний фильм вновь заставил критиков вспомнить об актрисе Л.Целиковской. На XVI Международном кинофестивале в Венеции фильму была присуждена премия «Серебряный Лев Святого Марка» и приз «Пизанетти» (его итальянские критики вручают за лучший зарубежный фильм).

«Попрыгунья»

«Попрыгунья»

Владимир Дружников Попрыгунья

А в 1959 г. случилась очередная беда: от рака лёгких скончался Каро Алабян. По словам сына, отец всю жизнь «дымил, как паровоз». В том же году его именем назвали одну из улиц в Москве — в районе Сокола…

На долгие годы Целиковская исчезла с экранов. Изначально предрасположенная к излишнему весу, она начала полнеть, к тому же перенесла инфаркт и в театре в 60-х играла очень мало — в основном, уже возрастные роли.
В 1963 г. Людмила Целиковская наконец-то дождалась официального признания своих заслуг — её удостоили звания народной артистки РСФСР.

Юрий Любимов и Людмила Целиковская

Л.Целиковская и Ю.Любимов на выставке-продаже настольно-печатных игр для детей. 1955

С 1959 г. Целиковская связала свою жизнь с режиссером знаменитого Театра на Таганке Юрием Любимовым. Знакомы они были давно: когда Целиковская училась на первом курсе театрального училища, Любимов был на четвертом курсе. Они вместе работали в Театре имени Вахтангова, в 1945 году снялись в фильме «Беспокойное хозяйство».

Юрий Любимов и Людмила Целиковская «Беспокойное хозяйство»

Через пятнадцать лет судьба их соединила. Правда в пятый раз замуж она не вышла — с Любимовым Целиковская стала жить в гражданском браке.

В 1963-м третий курс Щукинского училища под руководством Юрия Петровича показал на сцене театра им. Вахтангова «Доброго человека из Сезуана» (Идею поставить эту пьесу предложила мужу Целиковская). По старой дружбе Целиковская уговорила посетить спектакль, поставленный мужем, Анастаса Ивановича Микояна. Министры, замы министров, начальники всевозможных управлений культуры — весь московский бомонд потянулся на Старый Арбат взглянуть на студенческий театр, которому уже разрешили выступать на своей основной сцене вахтанговцы.

«Добрый человек из Сезуана»

Впервые, наверное, за многие годы пресса дружно восторгалась спектаклем без подсказки свыше. Летом и осенью 1965 года газеты и журналы наперебой хвалили молодых актеров и режиссера. Театр открылся не «сам собой».

Звездное имя Людмилы Целиковской воздействовало не в последнюю очередь на давших «добро» на открытие Театра на Таганке. Жёсткий характер Людмилы Васильевны, совсем не соответствовавший её несколько легкомысленной внешности, её целеустремленность, острый ум, связи, идеи — всё это легло в фундамент молодого театра. Сам Любимов о ее вкладе в открытие «Театра на Таганке» предпочитал не упоминать.

Юрий Любимо и Людмила Целиковская

«Из дверей начальника всемогущего в 60-е годы Реперткома мы вышли глубоко возмущенными, — вспоминает первый директор Театра на Таганке Николай Дупак. — Нам зарубили очередную, кровью и потом политую постановку. Любимов кипел. Он был загнан в угол и просто не знал, как бороться дальше. И вдруг навстречу появилась Людмила Васильевна. Она взяла нас обоих под руки и своим мелодичным голосом сказала: «Пошли, ребята, отсюда. Я нашла людей, которые возьмут на себя решение нашей проблемы». Целиковская была очень тонким человеком. Зная взрывной и независимый характер своего мужа, никогда не вмешивалась напрямую в дела театра. Наши конфликты — режиссёра с директором — разрешала очень просто, отведёт меня в сторону и мягко скажет: «Не обращай внимания, это у него пройдёт». И напряжение снималось. Её влияние было очень велико. Людмила Васильевна прекрасно знала литературу, музыку. Умела деликатно «подсунуть» свежую идею, никому ничего не навязывая. Мы дружили домами, часто встречались. Целиковская вообще любила собирать друзей, в их доме всегда было весело и интересно, приходили самые выдающиеся люди. Пользуясь своим умом и обаянием, она привлекала и «нужных» для дела персон. Вообще это была светлая личность… Людмила Васильевна знала поэзию как настоящий пушкинист. Актёры получали от неё уникальные советы и чисто актёрские, и литературоведческие. Жаль, что Целиковская и Любимов расстались, ведь она отдала ему столько любви, тепла и поддержки… Из-за него забросила свою карьеру».

Э.Быстрицкая, Л.Целиковская, К.Лучко

Ходили упорные слухи, что знаменитые таганковские поэтические композиции и инсценировки повестей и романов (в театре их пренебрежительно называли «болванками») писала Целиковская. Именно на их основе Юрий Петрович поставил свои самые лучшие спектакли. На премьере спектакля «Деревянные кони» Фёдор Абрамов сказал: «Этого спектакля не было бы, если бы на отдыхе в Прибалтике Людмила Васильевна не прочла мою книгу». Та же история приключилась и со спектаклем «…А зори здесь тихие» — за одну ночь Целиковская прочла в свежем номере «Юности» повесть Бориса Васильева, и к утру болванка была почти готова. Официально же она работала вместе с Любимовым только над одним спектаклем — композицией по стихам Пушкина «Товарищ, верь!».

Товарищ, верь (1973)

«Мама прожила с Юрием Любимовым 20 лет, хотя они так и не оформили официально свои отношения, — рассказывает сын актрисы Александр Алабян. — Внешне всё выглядело нормально, мне интересна была их жизнь, компании, которые здесь собирались, — Пастернак, Высоцкий, Бакланов, Можаев, Вознесенский, Евтушенко, Фёдор Абрамов, Борис Васильев, Пётр Капица… »

В.Высоцкий

Кстати, в их с Любимовым квартире Владимир Высоцкий впервые исполнил свою знаменитую песню «Я не люблю»:

…Я не люблю насилье и бессилье,
И мне не жаль распятого Христа.

— Володя, — сказала тогда Людмила Васильевна, — так нельзя.
После этого появилась новая строчка, кардинально меняющая смысл песни:

…Вот только жаль распятого Христа.

Была и такая история. Наверху собирались запретить очередной спектакль Любимова и вызвали его на ковёр. Целиковская осталась дома и очень переживала. Когда она, наконец, не вытерпела и позвонила в секретариат высокого начальства, к которому ушёл муж, то попросила соединить её с Любимовым. А потом нарочито громко своим тонким голосочком сказала, чтобы было слышно чиновникам: «Юрий, не унижайся! Пошли его к чёртовой матери и немедленно домой! И купи по дороге можайского молока».

А однажды в разгар многолюдного обсуждения спектакля в Театре на Таганке она так рассердилась на Любимова, что громко сказала: «Юра, ты дурак!». Все остолбенели. А она на секунду задумалась, и: «Нет, это слишком сильно сказано. Юра, ты гений!» Полная бурных событий, скандальная жизнь Таганки не только прошла у Целиковской перед глазами, но и втянула её в свой водоворот. В театре её в шутку звали генералом, а Любимова — полковником.
Брак Целиковской и Любимова продлился более 10 лет и распался в 70-е годы. Они не скандалили, не выясняли отношений. В 1976 г. на гастролях Таганки в Будапеште Любимов познакомился с венгеркой Каталиной Кунц (Юрий Петрович называл её Катей), по словам которой, их с Любимовым сразила не просто любовь с первого взгляда, а невиданная, не испытанная ими доселе, фантастическая страсть. Последовал головокружительный роман. Юрию Петровичу нужно было время, чтобы достойно расстаться с Целиковской: плохого к себе отношения она не заслуживала. И он это понимал. Людмила Васильевна знала о романе мужа, но молчала. А когда терпеть не было больше мочи, просто сказала: «Уходи!»

Людмила Целиковская и Юрий Любимов

«Мама отдала Любимову много прекрасных, творческих лет жизни, а он в одночасье оставил её, — вспоминает Александр Алабян. — Из-за него она так и не стала народной артисткой СССР. Только из-за него! Театр несколько раз подавал на звание, но было мнение — раз в гражданском браке с Любимовым, ходу не давать. На мой взгляд, Любимов — достаточно эгоистичный человек, который по-настоящему любит только себя. Не только ко мне — и к своему сыну Никите, который заходил к нам, он не проявлял человеческого тепла. Тем более что в те годы большую часть времени отдавал своему театру».

Следующей женой Юрия Любимова стала венгерка Каталина (Катя, как он ее называл), с которой режиссер познакомился во время заграничной поездки. Любимову тогда было 60, Каталине — почти 30. Их сын Петр на русском говорит с акцентом.

Потом Целиковская уже никогда не вспоминала Юрия Петровича. И только однажды, незадолго до смерти, призналась: «Умирают даже камни. Чтобы жить с гением, нужно быть душечкой. Я же — совсем наоборот, упрямая, со своими взглядами. Мы стали друг друга немножко раздражать. Наверное, нужно было всё время Юрия Петровича хвалить, а я хвалить не умею. В моей семье вообще принято довольно скептическое отношение друг к другу. Например, когда дети смотрят мои фильмы, они всегда подшучивают: «Ну, мать, ты даёшь! Опять «тю-тю-тю, сю-сю-сю». Для нас подобные отношения вполне естественны, но — не для Любимова. Он однажды сказал: «Когда мы разойдёмся, у тебя в доме будет праздник». Ну, в общем, так и получилось: праздник продолжается до сих пор. Тем не менее с Юрием Петровичем мы жили хорошо и расстались хорошо».

Дамы и гусары (1976)

Николай Плотников в роли Камшатова и Людмила Целиковская в роли Пасхаловой в спектакле по пьесе Леонида Зорина «Коронация». 1969 г.

К сожалению, когда в конце жизни от неё отказался родной театр. Формально Целиковская продолжала числиться в Вахтанговском театре, но… Сменилось руководство, директором назначили Михаила Ульянова (1987), который жене политически неблагонадёжного Любимова ролей не давал. За исключением крохотного эпизода в «Закате» Бабеля, когда она врывалась на сцену в матросской тельняшке с залихватским разбойничьим свистом в два пальца и зал вставал, взрываясь бурей аплодисментов.

Отчаявшись дождаться милости от руководства Театра им. Вахтангова, Целиковская начала искать себе роли сама. Ей было уже семьдесят, здоровье оставляло желать лучшего, она перенесла инфаркт, и многие думали, что ей уже не выкарабкаться, но она не мыслила жизни без любимой работы. Людмила Васильевна прочитала сотни пьес, выбирая ту, в которой могла бы сыграть и которую, она надеялась, разрешат поставить в театре. Но Ульянов отвергал одно за другим её предложения. Особые надежды она возлагала на известную историю, когда в пожилую, но по-прежнему прекрасную женщину влюбился семнадцатилетний юноша. Эта роль была как раз для неё. Но Ульянов и тут опустил её с небес на землю, заявив, что юношам противоестественно влюбляться в пожилых женщин.

И всё равно Целиковская не унывала и даже оправдывала своих гонителей. Она обладала редкостным жизнелюбием, умела быть благодарной судьбе за любую малость.

Л.Целиковская

Об её невероятной скромности ходили легенды. Ей, кумиру нескольких поколений, были чужды любые проявления звёздной болезни: Людмилу Васильевну совершенно не волновало, в какой машине она едет, какое ей заказали купе или номер в гостинице.

«Она была необыкновенной женщиной из особой породы людей-астраханцев, — рассказывает Людмила Максакова, актриса Театра имени Е.Вахтангова. — Всесторонне развитая, необычайно одарённая, писала пьесы, великолепно пела. И при этом в ней не было и тени зазнайства. Недаром говорят, что надо пройти огонь, воду и медные трубы. Последнее далеко не каждому дано пройти. Многие становятся павлинами… Общаясь с ней, вы бы никогда не почувствовали её славы. Она всегда умела определить для себя — что главное, а что нет. Главным для неё были дом, семья и театр. Она умела радоваться жизни, её не смущали никакие неудобства и мелочи жизни. Когда мы вместе ездили на гастроли, она брала с собой кипятильник, кружку, плиточку, кастрюльку и пачку «Геркулеса «. При всех её талантах у неё была единственная робость — перед техникой. За границей она первой решительно влетала в номер и сразу же кидалась «наводить порядок «: нажимала какие-то кнопки, что-то включала, выключала… Но всё это не очень поддавалось ей. Я ей тогда говорила: «Люся, техника в руках дикаря мертва «.

Она была преданным и искренним другом. Когда критики разгромили роман Пастернака «Доктор Живаго» и по московским улицам ходили толпы «протестующих трудящихся» с транспарантами, Целиковская не побоялась — купила огромный букет цветов и бросилась на дачу к писателю — знала, что именно там он прячется от всего мира. Увидев наглухо занавешенные окна, забарабанила маленькими кулачками в дверь: «Борис Леонидович, откройте, это я — Люся Целиковская!».

С.Садальский и Людмила Целиковсая

Станислав Садальский, снимавшийся с Целиковской в фильме «Лес» в подмосковном Николо-Прозорове, вспоминал: «Для меня олицетворение женственности — несравненная партнёрша Люся Целиковская. На съёмках я разбился (как потом выяснилось, отбил печень и почки), вызвали местных фельдшеров, и они решили везти меня в сельскую больницу. Но прибежала Люся и сказала им буквально следующее: «Я — артистка Людмила Целиковская. Я вас всех расстреляю! Только в Склифосовского!» При этом она… материлась, как сапожник! Никогда я от неё такого не слышал, ведь Люся была очень интеллигентной женщиной, цитировала Пушкина. Но благодаря ей меня отвезли к лучшему травматологу Москвы и подняли почти из пепла».

Она любила жизнь во всех ее проявлениях. Играла в теннис, любила лес, походы за грибами, ягодами. Любила вязать, переводила с английского пьесу «Хэлло, Долли!» и пьесы Теннесси Уильямса. Обожала принимать гостей, причем столы накрывались отменные. Все готовила сама с мамой, любила угощать, поиграть в карты, спеть романсы. Обожала музыку, живопись, книги.

Своим самым серьёзным недостатком считала курение и постоянно повторяла, что в своей жизни сделала два хороших дела — родила сына и построила дачу. На даче она проводила много времени, причём никогда не сидела без дела: собирала и сушила грибы, варила варенье, заготавливала на зиму соленья и маринады. Оставшись одна, она экономила на продуктах, чтобы починить машину или купить новые туфли взамен износившихся; ездила по Подмосковью за дешёвыми стройматериалами для ремонта сарая; моталась по автосервисам в поисках деталей для замены сцепления.

В последние годы она жила одна в квартире на улице Чайковского — напротив американского посольства. Семья сына пребывала в Австрии, где работал Александр. Ей было трудно самой справляться с хозяйством, к примеру, дотащить до поезда тяжеленную посылку с любимыми национальными кушаньями для невестки, отправляемую в подарок, но Людмила Васильевна никогда и никому не позволяла себе помогать, даже купить хлеб по дороге возбранялось. «Я всё сделаю сама», — говорила она. Кстати, и прислуги у Целиковской, в отличие от многих наших кинозвёзд, никогда не было…

В свои семьдесят она оставалась яркой привлекательной женщиной, выглядящей, как минимум, на двадцать лет моложе. «Я никогда не забуду, — рассказывал в одном из интервью Вячеслав Шалевич, — как мы ехали в Грузии со спектакля, впереди случился обвал. Наш автобус оказался в ловушке. Людмила Васильевна занервничала, жара стояла страшная. Вдруг в окне показался грузинский красавец из спецназа, увидев её, моментально заулыбался: «Целиковская! Как, вы здесь? Почему так нервничаете? Чего вы хотите?». — «Чего хочу? Шампанского!». Через секунду в окне появилось холодное шампанское. Все 40 минут, что расчищали дорогу, он смотрел на неё не отрываясь, как на богиню».

В 1989 г. у Целиковской обнаружили рак. Но диагноз от неё скрывали. Сын просил врачей и медсестёр не говорить матери, какие лекарства ей колют. Знал: она непременно возьмёт энциклопедию и всё узнает сама. Ей сделали операцию, после которой она прожила ещё полтора года — даже в театре играла, только последние четыре месяца своей жизни провела в больнице. Близкие знали, что болезнь не отступила, но виду не подавали. Даже навещая Людмилу Васильевну в больнице, сын шутил и смеялся, и она говорила улыбаясь: «Если Саша хохочет, значит, всё в порядке». Оптимисткой она оставалась до конца своих дней…

Лес (1980)

Невероятное пари, или Истинное происшествие, благополучно завершившееся сто лет назад (1984)

Последняя роль Людмилы Целиковской в фильме «Репетитор»

Свою последнюю роль в кино Целиковская сыграла в 1980 г. — это была роль Раисы Павловны Гурмыжской в экранизации пьесы Островского «Лес». На телевидении её последними работами стали «Невероятное пари…», «Портрет» и «Репетитор».

Ее имя всегда окружали легенды. Целиковская, как сказали бы сейчас, была подлинным секс-символом своей эпохи. Казалось, без ее участия не обходилась ни одна картина того времени, а ведь на счету актрисы всего пятнадцать художественных фильмов.

Скончалась Людмила Целиковская 4 июля 1992 г. в возрасте 72 лет. Похоронили её на Новодевичьем кладбище, рядом с любимым мужем — Каро Алабяном. Юрий Любимов на похороны не пришёл…

Могилы Людмилы Целиковской и Каро Алабяна на Новодевичьем кладбище Москвы.

Одна из 10 заповедей Людмилы Васильевны, которые она оставила своему внуку, звучит так: «Иди своим путём и старайся радоваться каждому дню, каждой минуте, как это делала я. Жизнь похожа на зебру. Чёрная полоса чередуется со светлой. С этим нельзя ничего поделать. Нужно уметь радоваться жизни, иначе она превратится в кошмар сумасшедшего…»

Вячеслав Шалевич, артист Вахтанговского театра: «В ней был азарт. Она была легендой всей страны. Со спектаклем «Деньги, коварство и любовь» по «Голубой книге» Михаила Зощенко мы объездили весь СССР. Украина, Молдавия, Грузия, Армения — повсюду ее встречали с восхищением: «Целиковская!».

Людмила Максакова: «Она ничего и никого не боялась! Однажды она мне рассказала: «Представляешь, мне предложили заниматься стукачеством! Я тут же нашлась и сказала: «Не могу! Вы знаете, я во сне разговариваю!».
Да, она действительно никогда и ничего не боялась. Ни в творчестве, ни в жизни, ни трудностей, ни бедности, ни сильных мира сего. Она, не задумываясь о последствиях, всегда делала так, как считала нужным. И никогда ни о чем не жалела.

Из воспоминаний сына Людмилы Васильевны:

Удивительный случай произошел во время открытия памятника на Новодевичьем кладбище. Собрались друзья, артисты Вахтанговского театра, вспоминали маму добрым словом. И вдруг кто-то, кажется Михаил Ульянов, подняв голову вверх, воскликнул:

— Смотрите! Как здорово!

На небе расцвела радуга, уходящая своими концами вверх (перевернутая). Словно улыбка появилась на голубом лице небосклона. Все тотчас принялись обсуждать чудесное видение и говорить:

— Значит, Люся нас видит!

— Она нас приветствует!

— Ей нравится, что мы собрались вместе и говорим о ней!

Эта сверкающая на голубом небе радуга — улыбка Целиковской. Она до сих пор стоит у нас перед глазами.

Карандаш на льду (1948)

Используемые материалы:

 

Цирк уродов. Часть V

Срд, 31/10/2018 - 01:42

Задавшись однажды вопросом, доживет ли бородатая женщина до Хэллоуина, почему-то совершенно забыла, что сама живу посреди цирка уродов, где в каждый день  надо что-то вносить более осмысленное, чтобы жизнь не сливалась в сплошной Хэллоуин. А это иногда бывает нелегко. Поэтому как-то руки не доходили закончить этот цикл.

Может и дошли бы… Но почему-то столько уродства вдруг вылезло вокруг, что я пожалела о своей почти забытой радости по поводу яркого зрелища. У нас ведь что ни «управляющее решение» — то откровенное глумление над нормальными людьми: «Ну, да… я — урод! И теперь это звучит горделиво, поганый человечишко! Вот возьму и приму закон… чтоб всех штрафовать, кто пукает в лифте… сразу на пятьсот миллионов! И что ты мне сделаешь? А ты ни на что не способен! Так кто из нас — урод?..»

Но тут наступил этот самый настоящий Хэллоуин, и мне напомнили (со стервозным нажимом), что тема моя забита с января. А то, что вся страна живет одним днем и сплошным Хэллоуином, во внимание не принимается.

Честно говоря, Хэллоуин в клубах отмечали с пятницы, поэтому я не сразу прониклась… тематикой. Думаю, что к чему? Я что, опять клатч на барной стойке забыла?

Нет, вроде не забыла. Нынче клатчи были в виде кровавых тесаков. Раньше превалировала вампирская символика, где еще надо было сообразить, что к чему… то ли это чешуя змеиная, то ли облака на сером небе. А нынче образ создавался несколько прямолинейно, броско, несколькими резкими ударами-мазками.

И напивались все без особых затей. «Чтобы все последующее воспринимать под анестезией!» — как невозмутимо комментирует такое «празднование» моя maman.

Ей можно с таким клатчем просто по магазинам пройтись… хоть на восьмое марта. У нас этому никто не удивится. Лишь обреченно вздохнут «Значит, заслужили!» и напьются по-черному.

Меня тоже особо не отметили с этим… тесаком, не выделили из толпы. Сделали вид, что не узнали. Ну, я тоже сделала вид, что всегда рада встрече с новыми людьми. Да, мы там все прикинулись, будто Хэллоуин в пятницу, потому что так удобнее во всех смыслах. К тому же… железный повод напиться.

А Хэллоуин вообще-то сегодня… И праздник наступает по календарю, а не тогда, когда нам удобнее, как назидательно ворчит моя maman. Ну что, за цирк уродов?

This is The Congress of Freaks, from Ringling Brothers and Barnum and Bailey’s Circus in 1922. All of the Ringling Brothers elephants were officially retired from showbiz just last week.

Отзыв: Фильм «Величайший шоумен» (2017) — фильм-праздник про новатора и основателя шоу- бизнеса, который начался с «цирка уродов»…
Достоинства: Ярко, красочно
Недостатки: Не очень интересный сюжет

А фильм между прочим снят про реального человека, я про него не слышала, но оказывается про него написано множество книг. Ведь он олицетворил собой величайшую «американскую мечту», изменил мир и прославился. Это американский шоумен Финеас Барнум, который впервые организовал яркое шоу, собрав неординарных людей, по- другому это называют «цирк уродов». Именно его называют родоначальником современного «шоу-бизнеса». Не находите странным, что он имел свое начало с «цирка уродов»?)

«The Greatest Showman Ensemble»

Итак, Финеас Барнум примерный семьянин и самый обычный американец испытывает проблемы с работой, а ведь семью-то кормить нужно и он решает воплотить в жизнь свою креативную идею. Причем подошел к ней творчески, решив придумать что-то новое. И он собирает не обычных людей, если можно выразиться яснее- с отклонениями. Тут Вам и бородатая женщина, мальчик-волк, симские близнецы, самый сильный человек… Чем-то напоминает балаган, не находите? Но, Барнум сделал из всего этого яркое шоу, которое приобрело известность и принесло ему нехилый доход.

Фильм снят ярко, красочно, феерично. Это действительно шоу, чем-то напомнило мне «Мулен Руж». В основном поет Хью Джекман и это у него очень хорошо получается. Красивая визуальная картинка, которая радует глаз, интересная хореография, есть на что посмотреть. И песни мне понравились, они не напрягали, отлично сочетались с фильмом. Но, здесь не было интересного сюжета, эмоциональной окраски. Были яркие сцены, но какой-то цельности в фильме не хватает. Также не хватило мне глубины персонажей, которые также бы придавали фильму окраску.

Я думаю, что Барнум как минимум был очень интересной личностью, со своими достоинствами и недостатками, креативным подходом и новаторским мышлением, а тут он никакой, плоский образ. Не сюжет, а какой-то калейдоскоп из плясок и песен, хотелось бы глубины. Ведь здесь поднимается вопрос равенства людей, как изгои могут проявить себя, стать полноценными членами общества, именно он дал им шанс и надежду. В фильме Барнум предстал перед нами этаким мечтателем, хотя я думаю без коммерческой жилки он не сделал бы свое шоу таким популярным. И сам Хью Джекман ассоциируется у меня с таким знаете «истинным джентельменом».

Фильм «Величайший шоумен» получился легким, красочным и ярким. Но, я бы не стала пересматривать его еще раз, не зацепил он меня. Да, он создан для большого экрана, дома он не произведет должного впечатления и для новогодних каникул очень даже неплохо. Любителям мюзиклов я думаю он понравится. Но, думаю, что без Хью Джекмана он не был так уж популярен, именно он притягивает зрителей и что уж говорить- украшает этот фильм. А для эмоций и глубины лучше сходить на отечественный фильм, который сейчас идет в кинотеатрах-Фильм «Движение вверх» (2017) — 3 секунды, которые потрясли мир… самый ожидаемый фильм года про спортl От меня «Величайшему шоумену» 4-ка за простенький сюжет и нераскрытые образы. На мой взгляд «Мулен Руж» и «Мамма Миа» в разы лучше.

Всем приятного просмотра и отличного продолжения новогодних каникул!

В том-то и дело, что мир он не изменил, он потакал этому миру! Да, проблема была именно в этом. И стоило дожить до настоящего Хэллоуина, чтобы понять, во что может превратиться жизнь, если цирки уродов станут здесь величайшим шоу на земле. Звучит не совсем политкорректно, но что вы хотите от девушки с тесаком, отмечавшей Хэллоуин с пятницы?

Тут я пытаюсь войти в ту же воду… честно пытаюсь! Черт возьми, я же была в восторге! Сейчас смотрю на эти ролики и понимаю, почему фильму не дали Оскара. Вроде бы все качественно, все замечательно, но нет какой-то истории, которая бы убедила меня, что из цирка уродов, в котором сегодня в той или иной мере находится каждый из нас, есть какой-то выход.

Вообще… в чем позитивный смысл этого фильма? Устроить уродское шоу, чтобы все уроды находили в нем смысл жизни, пусть ненадолго захватив этим и остальных? Грустные мысли, осенняя ипохондрия. Тем более, что все это в русле восторжествовавшей толерантности, когда все в той или иной мере могут совершенно свободно и бескомпромиссно ощутить себя окончательными уродами. Хэллоуин!

Хе́ллоуи́н (также Хэ́ллоуи́н[6]англ. Halloween, All Hallows’ Eve или All Saints’ Eve)[7] — современный международный праздник[8], восходящий к традициям древних кельтов Ирландии и Шотландии, история которого началась на территории современных Великобритании и Северной Ирландии[7][9][10]. Отмечается каждый год 31 октября, в канун Дня всех святых[11]. Хеллоуин традиционно празднуется в англоязычных странах, хотя официальным выходным днём не является. С конца XX века, в ходе процесса глобализации, мода на атрибутику Хеллоуина возникла также в большинстве неанглоязычных стран Европы и в СНГ. Хеллоуин неформально отмечается в некоторых других странах, имеющих тесные культурные связи с США или Великобританией, например, в ЯпонииЮжной КорееСингапуреАвстралии и Новой Зеландии, в ряде островных стран Океании.

children curve faces in fairy costume on holiday halloween

Вот и не знаешь теперь, до чего дошла глобализация, потому как и в англоязычных странах Хэллоуин начали отмечать в пятницу. Сегодня дети пойдут за конфетами… возможно. Скорее всего, не пойдут, ведь с пятницы начались осенние каникулы.

Блин, все ложь! Ложь, обман и предательство! Как мне в детстве нравился фильм «Фокус-покус», где дети после школы шли собирать конфеты по домам… А на самом деле никакой школы на Хэллоуин у них не было, потому как там нарочно подгадывали с каникулами так, чтобы ее просто не было в Хэллоуин и все!

Фильм «Фокус-покус», 1993 г.

Фильм «Фокус-покус», 1993 г.

И это не «глобализация», а нормальное желание… почувствовать себя в той же истории после хорошего фильма. Разукраситься под страшного вурдалака и потребовать себе конфет. Разве не здорово? И родители там очень славно веселились… Забавные костюмы и почти трезвые. Все же раньше Хэллоуин не был выходным днем.

После фильма «Фокус-покус» было много фильмов о том, что случается на Хэллоуин, когда все нарядятся уродами, а из преисподней вывалит туча тех… кому и наряжаться не надо. Совершенно  не хотелось становиться частью этих историй, по принципу «и мне того же».

Хотя отзвуком этих уродских киношных Хэллоуинов и стал модный нынче клатч в виде тесака. Сразу понятно, что никаких там особо историй не будет, стакан водки, короткое яркое выступление, ведь назавтра живым на работу, а вечно живым — в родной цирк уродов. Хэллоуин — праздник на скорую руку посреди рабочей недели.

Из такой особенности Хэллоуина, когда надо успеть переодеться к вечеру, чтобы непременно выделиться экстравагантностью, а потом успеть оторваться по полной программе буквально до первых петухов, после которых Хэллоуин уже не считается, — возникло особое глобальное понятие — фрик. Ну, чтобы самим себе не портить жизнь, повторяя «урод, еще один урод, опять урод… они здесь повсюду!» А говоришь на заграничный манер «фрик!», как будто передразниваешь чирикающих воробушков: «Фрик-фрик!»

Фрик (от англ. Freak — уродец), как уверяют нас словари иностранных замствований, — «в современном понимании — человек, отличающийся ярким, необычным, экстравагантным внешним видом и вызывающим поведением, а также обладающий неординарным мировоззрением в результате отказа от социальных стереотипов».

Вот так, знаете ли, до много можно докатиться. Любой яркий и талантливый, выделяющийся из серой толпы, это нынче фрик. А совсем не то, что вы подумали.

Цирк Барнума, фотография 60-х годов ХIХ столетия: слева великанша Анна Свен, справа внизу генерал Том Там, Чарльз Страттон.

Недостатка в персонале у таких цирков не было. Фрики со всей страны стекались к приветливому свету софитов, зная, что здесь им гарантирована крыша над головой, безопасность и пища. С одной стороны, все это кажется несколько аморальной эксплуатацией, принижающей человеческое достоинство. С другой — только в цирках несчастные могли сохранить себе жизнь.

В начале 1845 года ко двору королевы Виктории был допущен П.Т. Барнум, прославленный американский пионер цирка. Он уже успел сколотить внушительное состояние в США и был весьма востребован в Европе. Именно этот господин стал главным популяризатором фрик-шоу, ставшим, к тому времени, чуть ли не главным развлечением на сельских ярмарках Америки.

Балаганы уродцев были рассадником порока. Доступная выпивка, запрещенные вещества и доступные женщины — даже бородатые, если синьор изволит новых ощущений. В качестве положительного фактора можно назвать общее человеколюбие владельцев таких заведений, волей-неволей вовлеченных в сложные перипетии изломанных людских судеб. Тот же П.Т. Барнум, к примеру, скрывал в своем цирке искалеченных во время Гражданской войны солдат, выдавая их за актеров труппы. Считается, что таким образом хитрый делец спас несколько тысяч человек. Развитие науки и общая гуманизация общества ознаменовали закат эпохи циркового уродства. В последнем десятилетии XIX века конгломераты юродивых доживали свои последние деньки: люди, в конце-концов, поняли, что генетическая мутация, врожденный дефект или приобретенная инвалидность — совсем неподходящая тема для шуток. Источник

Современный балаган по типу цирка уродов Барнума


Ну, давайте, устроим ради Хэллоуина прощальный Парад-алле тех, чья не слишком счастливая в жизни артистическая судьба все же помогла преодолеть изначальный удар судьбы, дав надежду и всем нынешним фрикам поневоле… чисто по жизни, не только в ночь на первое ноября.

Янв 16, 2018 г. Реальные артисты «величайшего шоумена» Тейлора Барнума

Финеас Тейлор Барнум – легендарный персонаж в Штатах. Кстати, именно этого «величайшего шоумена» 19 века играет Хью Джекман в одноименном голливудском фильме. Барнум фактически стал родоначальникам шоу-бизнеса и индустрии развлечений, создав передвижной цирк с весьма необычными артистами. Это были те люди, которых в реальной жизни мы называем «уродами», но Барнум сделал их знаменитыми и успешными. Разумеется, и по сей день находятся критики, говорящие об эксплуатации Барнумом несчастных артистов, однако он навсегда остался «величайшим шоуменом» в истории. А это вполне реальные люди, выступавшие в его цирке.

1. Миртл Корбин

Миртл Корбин родилась в 1868 году в Теннесси, и у неё был удвоенный таз и четыре ноги. Сначала её демонстрировал по всей стране отец, а потом, когда девочке исполнилось 14 лет, отец отдал её в цирк Барнума. Миртл получала около 250 долларов в неделю и была очень популярна. Из цирка она ушла в 1886 году, вышла замуж и, как ни странно, родила детей, но после 13-летнего перерыва Миртл снова вернулась к Барнуму.

2. Генерал Мальчик-с-Пальчик

Чарльз Шервуд Стреттон родился в Коннектикуте. Барнум обнаружил его в 5-летнем возрасте, когда мальчик был ростом около 60 см. Стреттон тоже был очень популярен среди зрителей, став самой настоящей звездой цирка. В 1863 Мальчик-с-Пальчик женился на такой же крошке Лавинии Уоррен, также работавшей у Барнума. Свадьба этой необычной пары стала огромным событием, и говорят, что гости даже платили Барнуму за право присутствовать на этом мероприятии.

3. Мадам Клофулья

Ее настоящее имя – Жозефина Буадешен, и родом она из Швейцарии. С самого раннего возраста девочка боролась с избыточным ростом волос, так как к 2 годам у неё уже начала появляться борода. В 20 лет Жозефина вышла замуж за художника Фортуну Клофулья и родила двоих детей. Вскоре после замужества она начала работать у Барнума под именем мадам Клофулья «Бородатая леди». Люди были уверены, что она на самом деле переодетый мужчина.

4. Капитан Костентенус

Георг Костентенус стал самым известным татуированным человеком того времени. Он был греко-албанцем, и на его теле насчитывалось 388 бирманских татуировок. Единственными «чистыми» частями тела были нос, уши и ступни. В цирке Барнума он выступал как капитан Костентенус, татуированный греческий принц. Он утверждал, что его татуировки – это наказание «за восстание против китайского правителя». По другой легенде, они были нанесены против его воли женщинами из дикого племени. Что ж, правду мы уже никогда не узнаем…

5. Федор Евтищев

Федор Евтищев родился в России в 1868 году. Он страдал гипертрихозом, отчего его прозвали «человеком-собакой». Федор гастролировал со своим отцом, который тоже был чрезмерно волосат, а в 1884 году они присоединились к шоу Барнума. Федор играл роль дикаря, который нападает на своего отца и при этом лает и рычит как злой пёс.

6. Чан Ю Синг

Он родился в Китае в 1845 году и переехал в Англию в 1864 году, где два года гастролировал с карликом Чунгом Моу. Затем в 1881 Барнум перевёз обоих в США. Рост Чана был около 2.40 м, и его прозвали «Китайский гигант и самый высокий человек на Земле». Чану платили 600 долларов в неделю, а это было достаточно солидное жалованье на то время. В конце концов, он вернулся в Англию, женился и обзавелся детьми.

7. Мадам Сандвина

Кейт «Сандвина» Бамбах родилась в 1884 году в Вене. Она присоединилась к цирку Барнума в 1911 году, где у Кейт был свой номер, в котором она поднимала своего мужа одной рукой, а другой рукой одновременно поднимала прочие тяжести. Её прозвали «Самой сильной женщиной на Земле» или «Леди Геркулес».

8. Милли и Кристин Маккой

Милли и Кристина Маккой родились в Северной Каролине в 1851 году. Люди воспринимали их как одного человека, хотя девочки были соединены только задней частью таза и фактически являлись двумя совершенно разными личностями. Их показывали публике около десятилетия, девочек даже дважды похищали, затем возвращали, и они снова гастролировали по США и миру, в основном с командой Барнума. Сиамские близнецы так сильно впечатлили королеву Викторию, что она даже подарила им бриллиантовые шпильки для волос.

Текст: Flytothesky.ru

Все же всех этих изначально очень несчастных людей объединяли не физические недостатки, а… дружба! Искренняя дружба, иначе такой коллектив не смог бы существовать и колесить с гастролями. Наверно, главный вывод из их настоящих человеческих историй в том, что каждому надо суметь превратить свои недостатки, полную беззащитность перед рисками нашего мира… в цирковой номер!

Хотя… наши уроды не по физическим недостаткам, а морально-этическим нормам, стараются сделать наши артистические номера все рискованнее… Вот нам убирают страховку пенсий… вот нам объявляют, что нынче в школах резня и перестрелки, которые мы видели лишь в зарубежных фильмах и хронике, будут регулярными… вот нам добавляют грузила налогов на вытянутую руку… вот прячут ключи от этой клетки, вбрасывая все новые и новые бюллетени на выборах, а потом устраивая сбой в подсчете голосов…

Да, номер каждого становится все труднее. Особенно, когда ты под куполом нашего цирка уродов, а внизу гогочущая толпа тех, кто отнюдь не растает с первыми петухами наступающего Дня всех Святых.

Несмотря ни на что… уже стало чуточку лучше… Прямо совсем хорошо, будто дали конфетку на Хэллоуин. Вовсе не потому, что судьба над всеми нами так не «пошутила» в самом начале, как над совершенно реальными прототипами этого фильма. Жизнь вообще странная штука, где любая ложка меда непременно имеет легкий привкус дегтя, а целиком ее не ощутить, если не принимать всю целиком… в том числе и праздники фриков вечером в будний осенний день перед долгой зимой.

Что поделаешь… как бы жизнь не улыбалась счастливчикам, но ведь и этого всегда мало…

…Как мне хотелось тогда устроить моей очень веселой и неунывающей по натуре maman небольшой праздник! Ведь и эта песня — только для нее! Кто же еще так неуклонно следует своим курсом, не изменяя небольшому набору принципов? «У меня всего три принципа, больше я просто не запомню. Но поскольку принципов и так немного, так я уж от них не отступлю!»

Но вот начинается этот наш бесконечный цирк уродов… и maman грустно решает, что в нынешних условиях эта песня… не для нее. А что говорить о нас?..

Вот наши уроды весь год пытались заверить всех, будто не вовсе не они отравили кого-то там… очередного. Ну, как бы они до такого не в состоянии даже додуматься, а уж какие-то отравляющие вещества… да ни о чем подобном даже и не слыхивали!

Выглядело совершенно по-уродски. И это при том, что каждую осень мы боремся с догхантерами, разбрасывают вполне боевые отравляющие вещества! Раньше разбрасывали отраву, когда собака даже не лижет, просто нюхает, а потом у нее внутреннее кровотечение. Сейчас эти вещества модернизировались, там уже плавится пищевод, собаку гарантированно не спасти.

Не стану приводить какие-то аргументы и доказательства, что так поступают в городе, у себя дома — только полные и окончательные уроды. Просто потом странно выслушивать перепирательства каких-то явных уродов, ездивших в Солсбери посмотреть на собор. Если у нас считается в порядке вещей, когда такое разбрасывается там, где и дети ходят… то чего нам-то рассказывать, про «англичанка гадит», если в Британии к мяснику можно зайти с собакой, чтобы она выбрала кусочек и для себя?

А вот как вы на такой цирк уродов нынче реагировали?

Эдгар Запашный

28.09.2018 г. «Заткнись, дура!» Запашного взбесила реакция зоозащитников на обморок тигра

«Это может быть что-то врожденное или инсульт. Озвучивалась также версия, что у нее могла быть проблема с сахаром, то есть это мог быть диабетический кризис… Не хочется, чтобы люди сейчас спекулировали на эту тему, — давайте дождемся окончательных результатов обследования и анализов», — сказал дрессировщик.

Как забавно читать дальше, будто после «заткнись, дура!» может следовать формулировка «давайте дождемся окончательных результатов!» При этом, как все помнят, дрессировщик, решивший нам объяснить, будто мы все неправы, пояснил, что это мы — фрики, «зоошизанутые».

А вот во всем мире нынче не приняты разъездные зоопарки и цирковые номера с участием животных. Хорошо это или плохо, но и цирк Барнума закрыли перед выходом фильма, чтобы не надо было обращаться к публике как к «зоошизанутым».

Цирк «Братья Ринглин, Барнум и Бейли»

Барнум написал несколько книг, в том числе «The Humbugs of the World» (1865), «Struggles and Triumphs» (1869) и «The Art of Money-Getting» (1880).

Барнум опубликовал много редакций автобиографии (первая в 1854, последняя — в 1869). Кроме попыток продать их с целью получения прибыли, некоторые он просто раздавал друзьям и официальным лицам вместе со своими автографами. Такие экземпляры теперь представляют определенную ценность для коллекционеров. Другие издания расходились широким тиражом и играли рекламную роль для потенциальных посетителей цирковых представлений. В каждом следующем издании Барнум добавлял новые главы, покрывающие время с предыдущего издания. Иногда он мог подредактировать уже существующие главы. Его автобиография была исключительно откровенной для того времени и некоторыми признавалась скандальной. Историографы обнаружили в автобиографиях Барнума совсем немного фактических ошибок, хотя они критикуют намеренное опускание Барнумом некоторых событий, недостаточное освещение некоторых подробностей, тенденциозность изложения и трактовки в свою пользу.

Широкое распространение автобиографии было одним из наиболее успешных методов Барнума для саморекламы. Автобиография была столь популярной, что некоторые люди считали нужным приобретать и читать каждую новую её редакцию. Некоторые коллекционеры были известны хвастовством, что в их библиотеке есть копии каждой из редакций. В конце концов Барнум отказался от требований на соблюдение его авторских прав, позволив другим издательствам печатать и продавать недорогие редакции. В конце XIX века число напечатанных в Северной Америке копий его автобиографии было на втором месте, следуя за Новым Заветом.[4]

Да, Барнум был и рекламщиком и пиарщиком и отличным рассказчиком. И что характерно, просто «излагал факты тенденциозно», но ничего не выдумывал. Может быть, несколько и приукрашивал… Однако вряд ли он бы смог поднять свое шоу на должную высоту, если бы поприветствовал публику: «Заткнись, дура!»

А сколько артистических шоу «под куполом цирка уродов» мы уже повидали за это время? То один, то другой фигляр начинает кривляться «о быдло-зрителях: вы заслуживаете туфты в бездарных сериалах!»

Цирк уродов у нас будто переместился… точнее, поменялся местами… или уроды на сцене вдруг вообразили себя героями в жизни, потому и зрители для них давно превратились в быдло, фриков, уродов. Им больше не надо завоевывать наши души и сердца! Они научились распиливать бюджетные средства с уголовными уродами за нашей спиной, ориентируясь на их вкусы.

А когда исчезает необходимость завоевывать души и сердца… в целом у заполняющих сцену возникает превратное впечатление, будто у собравшейся публик нет ни души, ни сердца. И как только человек начинает такое думать… он сразу становится уродом, навсегда теряя и то, и другое.

Цирк «Братья Ринглин, Барнум и Бейли»

К 1860 году Барнум вступил в ряды республиканской партии. Несмотря на прежние утверждения, что «политики всегда были мне неприятны», Барнум избрался в законодательное собрание штата Коннектикут в качестве республиканского депутата от города Фейрфилд (Fairfield) и прослужил в этом качестве два срока. При обсуждении направленной на искоренение рабства и наделение чернокожих избирательными правами тринадцатой поправки к американской конституции, Барнум выступил перед законодательным собранием с красноречивой речью, в которой утверждал, что «к человеческой душе нельзя относиться легкомысленно, будь она в теле китайца, турка, араба или готтентота — это всё та же бессмертная душа!»

В 1867 году Барнум баллотировался в Конгресс США, но безуспешно. В 1875 году его избрали мэром Бриджпорта на год. Его решительные действия на этом посту были направлены на улучшение водоснабжения и уличного газового освещения, а также на ужесточение законодательного регулирования проституции и оборота спиртных напитков. Барнум способствовал созданию городской больницы Бриджпорта (1878) и стал первым её директором.

Как это типично… постоянно возвращаться мыслями к нашему цирку уродов.  А что, собственно, такое нынче эти «фабрики клонов», которые поучаствовали в выборных кампаниях? Но обратим внимание, что человек шел в «политику» заниматься насущными наболевшими вопросами, водопроводом и канализацией, инфекционными больницами, а не «регулировать интернет».

И после очень близкого общения с людьми с очень серьезными физическими недостатками… у него лишь тверже становится уверенность, что в каждом из нас — все та же бессмертная душа. Которая получает крылья от эйфории пусть самого небольшого праздника.

Впрочем, в Барнуме в нашем цирке уродов видят совершенно иные «рациональные зерна». Те самые, которые помогать обмануть эту самую душу. Где только не носятся с нынешним маркетингом-менеджментом, к чему только не цепляются…. В результате все почему-то все больше смахивает на банальный цирк озлобленных на жизнь уродов.

Король надувательства

В своей деятельности Барнум успешно использовал методы, активно применяющиеся в современной рекламе и маркетинге. Умело манипулируя слухами, он играл на человеческом любопытстве, зарабатывая на этом громадные прибыли.

Как только интерес к очередной проделке Барнума начинал спадать, немедленно рождалась новая уловка, часто выстраивающаяся на предыдущей: когда гвоздь программы европейских гастролей, карлик Чарльз Страттон, внезапно начал расти, Барнум придумал и организовал грандиозное зрелище — свадьбу карликов, на которой Страттон женился на лилипутке Лавинии Уоррен. Билеты на это шоу по ценам были доступны только весьма богатым людям.

Средства массовой информации того времени, газеты, часто использовались Барнумом в весьма хитроумных вариантах. Путешествуя по Америке с мумией якобы настоящей русалки, он от имени некоего человека посылал письмо в газету, в которой описывал несколько событий из жизни городка, где останавливался передвижной цирк, обязательно включая в эти события и упоминание грандиозного фурора, вызванного среди жителей показом этой самой русалки.

В честь Барнума был назван психологический феномен (эффект Барнума).


Скоро расскажут, как у Барнума научились финансовые пирамиды устраивать… А вот таким Барнум не занимался! Разорялся самым естественным образом, а после сам же поднимался с колен.

А в завершение… крошечное такое отличие, чем же наши уроды с преимущественным уродством души существенно отличаются от артистов цирка Барнума, которые могли каким-то образом согреть чужие души, вдохнув в них немного уверенности и надежды.

Представьте себе, наши быдло-режиссеры с быдло-артистами даже на Каннский фестиваль такое возили.

«Про уродов и людей» — российский фильм-драма режиссёра Алексея Балабанова. Премьера картины состоялась на 51-м Каннском кинофестивалев программе «Двухнедельник режиссёров»[1].

Фильм стилизован под раннее кино, и в самом начале полностью отсутствует звуковой ряд, кроме характерного треска. В начале фильм состоит из отдельных историй, которые по ходу сюжета начинают сливаться в единое русло. Конец XIX — начало XX века. Иоган приезжает в Санкт-Петербург. Доктор Стасов усыновляет новорождённых сиамских близнецов.

Иоган содержит фотоателье, в котором подпольно создаются эротическиефотографии садомазохисткой направленности. У него есть два помощника — Виктор Иванович, который разносит фотографии клиентам, и молодой фотограф — Путилов.

Такая средняя порнушка, стилизованная под кино. С явными извращенными позывами власть поглумиться над беззащитными людьми, вдобавок растлить, совратить. Беспросветная аморальная чушь. Все уроды снимают такое,  как бы пытаясь «обличить все общество», а никого при этом не изобличают, кроме самих себя.

Но и смотреть такое… будто самим себе в душу гадить. Подлинный цирк уродов.

И, полагаю, именно потому, что никого они не изобличили, они все так и злобствуют. Собственную душу им уже не вернуть.

Ну, а мы… опять послушаем Хью Джекмана! Думаю, большей частью он старался для нас. Пусть косвенная и какая-то не явная, но это наша общая победа. Все же не с уродами а-ля Балабанов оставаться на Хэллоуин!

Читать по теме:

Журналист. Часть I

Втр, 30/10/2018 - 05:11

Журнали́стика (от фр. journaliste, из фр. journal, от лат. diurnalis, diurnalе — «ежедневное известие, весть»[1]) — деятельность по сбору, обработке и распространению информации с помощью СМИ (печать, радио, телевидение, кино и др.); (ВикипедиЯ)

Красивые мужчины — моя слабость. Нет, умных я тоже люблю, и ещё как. Иногда попадаются и умные, и красивые — так это …вообще…

Поэтому одно из ярчайших воспоминаний моего детства — фильм Сергея Герасимова «Журналист» (1967г.) с Юрием Васильевым в главной роли.

Ой, мне так повезло, что в свое время попала на спектакль Малого театра «Сирано де Бержерак», где Юрий Васильев играл Кристиана (Сирано — Юрий Соломин, Роксана — Нелли Корниенко). У нас даже билет был в первом ряду. Ах, как же актер был хорош! Все глаза проглядела, чуть дырку на нем не пробуравила…

Вот только рассиропишься, разглядывая фото шикарного мужчины. Только припомнишь замечательный фильм С.Герасимова «Журналист», где главный герой журналист-международник не боится смотаться в глубинку, чтобы разобраться с доносами на честную и прекрасную девушку (Г.Польских), которую он затем вполне закономерно предпочтет Мирей Матье, как и советскую действительность жизни в Париже … Только ржать не надо …сразу…

Смахнув ностальгическую слезу по соцреализму былого кинематографа, поневоле сейчас признаешь, что не так они уж были и не правы — и тот кондовый реализм, и кинематограф.:

А в общем, Ваня, мы с тобой в Париже

Нужны — как в русской бане лыжи!

И, вообще, «нонеча не то, что давеча»…

Выдала мне Ирина Анатольевна заданице поинтересоваться неким журналистом-международником, который тут сравнительно недавно по нашим объедкам по кислотной атаке прошелся и снял документальный фильм «Большой Вавилон». Зовут его Марк Франкетти.

Марк Франкетти

И тогда я поняла, что от моих девичьих иллюзий по поводу красавцев журналистов-международников камня на камне не останется. Сами понимаете, раз ИАД такое предложила исследовать «на предметном стеклышке», то ничего «светлого и оптимистичного» не предполагается …по определению.

Одно спасибо, что мои мечты развеиваются сейчас, когда нет уже никаких матримониальных перспектив и планов. Как легкомысленно сама ИАД отмахивается от разных там иллюзий по поводу: «Да успокойся! Все равно на нас больше никто не женится! И почему бы не оторваться по такому поводу?..» Ну, мне еще расти и расти над собой до отрывов нашего Классика на почве иссякнувших иллюзий… Однако, именно поэтому даже приятно заодно порушить и чьи-то ещё слишком радужные представления и надежды?.. Даже, имеется благородная составляющая — предупредить заблуждающихся об имеющемся подвохе. Создать интригу, так сказать. Авось, кто-то оценит…

Как вы поняли про красивых мужчин больше ничего не будет. Будет про журналистику. А раз не про какую-то журналистику вообще, а конкретно про современную… так скажите большое спасибо, что раньше это выглядело все же привлекательно, заманчиво и интригующе.

Журналистика (от фр. journal – дневник, jour – день; восходит к лат. diurna – ежедневный) – одно из важнейших социальных явлений современной жизни, вид массово-информационной деятельности, обеспечивающей бесперебойное взаимодействие между личностью, группой людей и обществом в целом, а также между различными общественными сферами и даже между поколениями. Процесс журналистской деятельности состоит из сбора, обработки, хранения и периодического распространения актуальной общественно-значимой информации. (Источник)

Ещё мы помним, что это одна из «древнейших» профессий. Это уж… не поминая всуе недавнее пояснение нашего президента про «важнейшую во всем мире профессию шпиона и проститутки»….

Прообразом газеты считают древние рукописные сводки новостей. Ещё Юлий Цезарь начал публиковать «Деяния сената», а затем «Ежедневные общественные дощечки», на которых записывали хронику событий. Примерно с 911 года в Китае начал выходить «Цзинь бао» («Столичный вестник»).

Relation aller Fürnemmen und gedenckwürdigen Historien, опубликованная в 1605 году в Страсбурге, считается первой газетой[14]. Первое успешное ежедневное издание на английском языке — британская газета The Daily Courant, печаталась с 1702 по 1735 годы.[15] Со временем пресса оформилась как влиятельный социальный инструмент под титулом «Четвёртая власть».[16] (ВикипедиЯ)

Вот здесь хочу заострить ваше читательское внимание на широко известном термине «четвертая власть». Это важный момент. Про него рекомендую не забывать при рассмотрении заявленной персоны — журналиста-международника Марка Франкетти.

1 ноя 2011 «В России с журналистикой серьезные проблемы»
1 ноября гостем клуба «Креативный класс», действующего на отделении культурологии ВШЭ,  стал итальянский журналист и документалист, корреспондент The Sunday Times в Москве Марк Франкетти.

Встреча с Марком Франкетти (The Sunday Times)

«В России с журналистикой серьезные проблемы»

Марк Франкетти  впервые приехал в Москву в 1997 году, чтобы, как он сам говорит, попробовать и понять, будет ли работа здесь ему интересна. С тех пор он остается штатным корреспондентом The Sunday Times в российской столице, что, однако, не мешает ему периодически превращаться в корреспондента военного. На счету Франкетти бесчисленные командировки на Северный Кавказ, репортажи о второй чеченской войне, войне в Афганистане, конфликте вокруг Косово, работа бок о бок с американскими солдатами в Ираке.

Надеюсь, вы досмотрели ролик до того места, где журналист рассказывает о том, как он наблюдал расстрел 20-ти мирных жителей. Это про то, как он «пожил» на войне в Ираке вместе с солдатами американской армии.

«В России с журналистикой серьезные проблемы»

Демонстрируя фотографии из своего иракского «альбома», Марк Франкетти заметил, что приглашение журналистов «пожить» на войне фактически на общих с солдатами основаниях является обычной практикой современной американской армии, которой неплохо было бы поучиться российским военным.

На этом моменте даже не знаешь в каком месте «прифигивать». Когда американские солдаты на глазах стороннего наблюдателя мочат мирных иракцев? Интересно, а они в курсе, что хоть и с трудом, да и не слишком сурово, но были все-таки наказаны палачи вьетнамской деревни Сонгми? Понятно, что солдатня была уверена в собственной безнаказанности. Только этим можно объяснить, что они не грохнули самого Марка после публикации его статьи в «Санди Таймс» с рассказом о расстреле.

А мы с вами продолжаем пребывать в состоянии легкой ошалелости от того, что обнародование информации о явном преступлении не получает дальнейшего развития… Значит, все зависит от уровня подачи информации, да? Здесь крыжик поставим на будущее… уже наше общее будущее с журналистом Марком Франкетти. Вот после таких замечательных сцен насилия и бесчеловечности он вдруг является к нам, уже создав себе определенный имидж… наработав журналистское амплуа.

А кого еще к нам пошлешь от «Санди Таймс»?.. Но все же надо учитывать, что когда-то мы эту профессию воспринимали… возвышенно и романтически. И, как прикажете в русле этой сильно устарелой романтики расценивать само поведение журналиста? С одной стороны, он явно испытывает возбуждение от сомнительной военной «экзотики», возможности «пощекотать нервы» обывателю кровавой «изюминкой». С другой стороны, он слишком резко «включает профи», фиксирующего с позиций стороннего наблюдателя жуткую фактологию, подобно некоему осциллографу.

То ли он отчаянно храбр, то ли совершенно бездумен, не осознавая имеющихся рисков? Это нынче что? Это и есть «проявление мужества» — написать статью с такой «правдой», а потом сообщить о ней американским солдатам? Имелись гарантии, что ему не пальнут в спину за… форменный донос? Наверное, были таковые.

А вот, откуда гарантии, что тебя не подставят под чужую пулю? Он же сам рассказывает, что из 18 погибших в самом страшном и масштабном (на его глазах) бою 10 военнослужащих попали под «дружественный» огонь. Нет, правда, что за гарантии были у человека? На что он рассчитывал?.. Или мы имеем дело с чисто уголовной мотивацией «у меня не было другого выхода»? По крайней мере, речи о нравственных критериях здесь вообще не заводится. Упал — отжался, пригласили пожить — пожил и зафиксировал.

В своем выступлении Марк Франкетти подчеркивает, что репутация является важнейшей составляющей журналистской профессии. Он настаивает на том, что его задача (задача профессионального журналиста) — собрать информацию. Причем, максимально больше, максимально объективнее и донести её читательской аудитории в максимально доступном виде.

«В России с журналистикой серьезные проблемы»

Уверен Марк Франкетти и в том, что журналист не может упускать случая сделать репортаж или интервью, если ему представляется доступ к самым одиозным и зловещим личностям современности. Личное отношение даже к самым отвратительным террористам нужно в такой ситуации оставлять в стороне, так как задача журналиста — информировать, а не давать оценку.

Очевидно, что сам Франкетти претендует на роль практически ученого-исследователя, изучающего действительность. То есть он хочет быть субъектом, в качестве объекта исследования выбирая окружающих. Он желает остаться на позиции стороннего наблюдателя. Типа, мы — лабораторные мышки, а он ученый-вивисектор… Думаете, я утрирую? Простите, а как можно, даже на войне быть «просто наблюдателем» расстрела мирных жителей?… По мне, так он, минимум, соучастник

И стоит лишь представить, что, возможно, расстреливаемые до конца не понимали, что их ждет, потому что считали, будто их на интервью к этому «наблюдателю» пригласили? Неужели обошлось без «некрасивых сцен», которые бы хоть на минуту заставили в этом «наблюдателе» заговорить совесть? А она у него есть, простите?..

Вот как это выглядело, чтобы визуализировать «наблюдения» нашего героя — 2003 год Операция в Ираке (273 фото). Размещать такое… выше моих сил.

И здесь нет и в помине никакого «объективного взгляда на действительность», это взгляд хищной рептилии, «Чужого», методично высматривающего слабые стороны «вероятного противника» (или «кормовой базы»). Это не человеческий взгляд. Сторонний объективный взгляд — это, когда субъект находится над/вне среды объектов изучения. Или намеренно желаешь быть вне её. Ты же человек и наблюдаешь за людьми. Как можно быть вне их горя и радости? Только, если враждебно отчужден и не желаешь быть по отношению к ним нравственным. Это позиция заведомого врага. Причем врага, который полагает себя выше, значительнее и умнее. А вот в этом уже кроется заведомый изъян позиции. Не следует брать на себя божественный функционал. Аморально и чревато…

Можно порассматривать конкретные примеры. Марк Франкетти, как раз, незадолго до того, как выступать в ВШЭ, опубликовал в своей газете очередной материал.

15 августа 2011 г.
Марк Франкетти | The Sunday Times
Женщин, схваченных чеченской службой безопасности, ожидают сексуальное рабство и смерть
Когда Залину Исраилову бросил отец ее новорожденной дочери, она встревожилась: каково будет ей, матери-одиночке, жить в ее родной Чечне, повествует The Sunday Times. «Ничто не могло бы подготовить ее к грядущим ужасам. Бывший любовник Исраиловой, занимавший высокую должность в наводящих страх силах безопасности президента Рамзана Кадырова, не вмешался, когда некоторые из его сослуживцев-милиционеров превратили молодую мать в секс-рабыню», — пишет журналист Марк Франкетти.

«Ее похитили и отвезли на учебную базу, где держали под замком, с вооруженной охраной вместе с десятью другими молодыми женщинами. Их держали без одежды, милиционеры ежедневно насиловали их, а также избивали. Как минимум одна из девушек была застрелена насильником после того, как попросила помощи. У других случались выкидыши, две забеременели и родили на базе», — говорится в статье.

По данным издания, Исраилова провела в заточении четыре месяца, после чего с помощью охранника ей удалось бежать. Она жила в Санкт-Петербурге, а также недолгое время за границей.

«Затем, в апреле нынешнего года, когда брат уверил ее, что ей ничего не угрожает и что она воссоединится с дочерью, которую видела за 5 лет всего дважды, 33-летняя Исраилова вернулась домой. Вскоре после возвращения молодая мать была убита и похоронена в могиле без каких-либо надгробных знаков, сообщили на прошлой неделе The Sunday Times источники в Чечне. О преступлении никуда не заявлено, официально Исраилову никто не ищет», — говорится в статье.

«История Исраиловой глубоко шокирует. Но есть ужасная истина, о которой никто не осмеливается говорить: в Чечне такие преступления против женщин стали происходить чаще. Их просто замалчивают. Виновники выше закона, так как часто это члены сил безопасности Кадырова», — сказал в интервью газете правозащитник, встречавшийся с молодой матерью в прошлом году. По словам критиков, при Кадырове на женщин обрушилось главное бремя все более строгой исламистской власти. «Участились убийства ради чести, когда мужчины убивают своих родственниц, которые, как считается, опозорили семью, нарушив моральный кодекс республики. Кадыров публично поддержал такие убийства», — утверждает газета.

По данным газеты, Исраилова пять лет назад влюбилась в некого «милиционера, преданного Кадырову». Через три года после рождения дочери Элины он бросил Исраилову, вскоре женился на другой женщине и отнял Элину у матери. По словам неназванного родственника Исраиловой, «несколько раз люди из сил безопасности Кадырова увозили Исраилову на машинах с затемненными стеклами». «Залина говорила, что мужчины грозились убить ее, если она откажется. Они обращались с ней, как с игрушкой», — добавил источник.

«В конце 2008 года Исраилова исчезла. Весной следующего года она открыла на конфиденциальной встрече с тремя местными правозащитниками, в том числе с Натальей Эстемировой, что ее держали в качестве секс-рабыни на базе милиции Кадырова», — говорится в статье. За несколько месяцев до встречи на поле близ Грозного были найдены тела 7 молодых девушек с пулевыми ранениями в сердце и голову. «Кадыров приветствовал эти убийства, охарактеризовав их как убийства во имя чести, но некоторые активисты подозревают, что с жертвами случилось то же самое, что и с Исраиловой», — говорится в статье.

«В разговоре с Эстемировой и ее коллегами Исраилова утверждала, что некоторые мужчины, бывавшие на базе, находились в тесных отношениях с президентом Чечни. Она сказала, что одной из девушек удалось украсть мобильный телефон высокопоставленного служащего милиции, который ее изнасиловал. Она нашла на нем номер личного мобильного телефона Кадырова и позвонила президенту, чтобы умолять о помощи. По словам Исраиловой, разгневанный Кадыров позвонил милиционеру и отчитал за то, что он позволил «одной из своих проституток» ему звонить. В результате инцидента девушку расстреляли», — утверждает газета.

По словам источника, который присутствовал на встрече, Эстемирова собиралась написать доклад о предполагаемых издевательствах над женщинами, но в июле 2009 года ее похитили и убили.

«Услышав о бедах Исраиловой, The Sunday Times в ноябре прошлого года отыскала ее в Петербурге. Она согласилась встретиться с посредником-чеченцем», — говорится в статье. Исраилова согласилась рассказать свою историю на условиях анонимности, но встреча не состоялась, так как она поехала во Францию и Турцию лечиться.

«На прошлой неделе четыре независимых источника в Чечне сказали, что она убита. Некая родственница предположила, что мужчины, которые держали ее на базе, принудили брата Исраиловой заманить ее обратно», — говорится в статье.

По мнению газеты, таких преступлений становится больше. «Правозащитники сообщают, что убийства женщин предаются огласке лишь в редких случаях, если найден труп. Родственники скрывают «убийства ради чести». Об убийствах, совершенных силами безопасности, не сообщают либо из страха перед репрессиями, либо избегая позора для семьи жертвы», — говорится в статье.

Видите, явление лишь описывается, факты констатируются. Отсутствует анализ произшедшего, и естественно не делается никаких попыток повлиять на ситуацию. Чувствуется, маловато там «Кошмаров на улице Вязов», хочется «добавить перчика»… нашим унижение, кровью и страданиями.

Но это имитация работы лаборанта, снимающего показания с того же осциллографа. Правда, лишь имитация. Поскольку выбор предмета и темы описания — вещь сугубо субъективная, и определяющая то воздействие, которое стремятся осуществить. Короче, жалкая попытка изобразить объективность, а на самом деле совершение разрушающего действия, точнее воздействия. Определенный вклад в эскалацию насилия.

Не стоит скрывать, и до нас дошел кинематографический жанр «ужасы — пытки» с незатейливым сюжетом. Даже возник «не доказанный» рынок «снафф-роликов» с «реальными пытками». И по-моему, мы имеем дело с разновидностью снафф-журналистики… стремящейся удовлетворить новую «потребность рынка».  Ну, а почему бы не погреть руки на низменных склонностях, если тебе самому это ничем не грозит?

Снафф-видео — короткометражные фильмы, в которых показаны настоящие убийства[1], без использования спецэффектов, как правило, с предшествующим издевательством и унижением жертвы. Распространяются с целью развлечения[1][2] и извлечения финансовой выгоды[1], в политических целях[3][неавторитетный источник?]. По мнению ряда экспертов, нет никаких доказательств существования снафф-видео[4], но есть пограничные случаи, например коллекции случайно заснятых случайных смертей или съёмки казней[4].

Первое известное использование термина снафф-фильм датируется 1971 годом. В книге Эда Сандерса (Ed Sanders) The Family: The Story of Charles Manson’s Dune Buggy Attack Battalion, автор утверждает, что секта «Семья» Чарльза Мэнсона (The Manson Family) участвовала в создании такого фильма в Калифорнии, снимая на плёнку свои убийства[5].

Согласно Керекесу и Слейтеру, авторам книги «Убийство за культуру» (Killing for Culture): Снафф-фильмы изображают убийство человека — человеческую жертву (без помощи спецэффектов или других способов обмана), увековечиваемую для фильма и распространяемую среди немногих пресытившихся с целью их развлечения[1].

…В фильме «Бешеные волки» (использованы только документальные кадры) в деталях записаны убийства, совершенные экстремистами (отсечение головы, пальцев заложникам)[6][неавторитетный источник?]. Согласно интервью Алексея Балабанова, подобные видеозаписи имели спрос в Азербайджане, за $15 000, на Ближнем Востоке за $30 000[7]

Журналист — это, действительно, представитель «четвертой власти», к тому же… «авторитетный источник». В его власти привлечь внимание к теме. Он, все равно, расставляет нравственные оценки участникам событий. Даже когда «стремится к объективности», то есть работает «простым осциллографом». Важно самому журналисту осознавать, на что эта власть употребляется им в каждом случае.

Настоящий писатель, а не журналист воздействует на реальность своим словом, даже находясь на поле журналистики. Вот здесь и анализ и синтез, и нравственные оценки, и искреннее участие в жизни соотечественников. Которых не рассматривают в виде каких-то подопытных крыс. Помните, как в романе Чабуа Амирэджиби «Дата Туташхиа» герою рассказывали, как выращивают крыс-людоедов? Так и Марк Франкетти пытается сделать такое же.

Дата Туташхиа

…Подбиваешь эти факты, пытаешься как-то осмыслить… до чего ж мир докатился, а в ушах стоит мощный рев нашего Классика: «А я не настолько люблю людей, чтобы их жрать! Но именно поэтому никому не позволю жрать при мне людей!»

Но И.А.Дедюхова не просто ученый, наблюдающий за жизнью, она писатель. Она вовлечена в нашу жизнь. Она её преобразовывает теми средствами, которые имеются в её распоряжении, то есть, словом.

Разговор с врагом России
19.04.2007
Вынесу из комментариев отдельно свой разговор с чеченцем, давно живущим в дальнем зарубежье, определившим свою личную позицию как полностью антироссийскую.  Ставлю это отдельно, прежде всего, потому, что после таких откровенных разговоров, как правило, люди свои постинги уничтожают. Может позицию меняют на более удобную, а может просто становится неудобно собственной откровенности. Но после уничтожения постингов, на которые отвечаешь, возникает впечатление, будто со стенкой разговариваю.

Во-вторых, хочется донести собственную позицию и до других, имеющих аналогичное мнение, но не решившихся его высказывать откровенно. Мнение своего оппонента я дам тезисно, без айпи и ника.

Между нами девочками…
— Единственное мнение на счет Ульмана или пожелание, чисто с мужской точки зрения. Лучше ему и правда быть убитым чем прятаться за бабскими юбкамии и их базарным гевалтом. Однако, судя по всему он выбрал именно такой 2 вариант. В обратном вы меня не убедили.

— То есть, вы придумали себе эту несуществующую «чеченскую сторону» в виде рамзанки или отрабатываете курс партии, в латыниной: «я близ кавказа рождена, кинжалом владею, про кровную месть знаю и вообще, вчера меня чуть не изнасиловали ваххабисты…».

— О кровной мести вообще речь закончилась с того момента, как пострадавшие явились в суд и начали там скулить. В крайнем случае, кто-то из пострадавших мог ствол занести в зал суда, (или взрывчатку, чтобы металлоискатель не обнаружил), и на месте точку поставить, если отомстить собрался. На себе крест поставил бы, но детям пример подал бы, чтобы людьми выросли.

Не надо меня сравнивать с Латыниной. Во-первых, я, в отличие от нее, не зарабатываю себе на жизнь тем, что пишу. А она зарабатывает себе на жизнь писанием лишь потому, что более ни на что производительное не способна по умолчанию.

Можно считать всех женщин — шлюхами, но все-таки некорректно сравнивать тех, кто делает это изначально за деньги — с теми, кто делает это из других мотиваций. Некорректно, в первую очередь, по отношению к проституткам.

А в журналистике момент продаваемости написанного — куда более жестко определяет состав этого самого производительного труда. Латынина пишет за деньги, отрабатывая определенный заказ. Причем, в тот момент, когда деньги сосредоточены вовсе не у тех, кто их заработал честным, общественно-полезным трудом.

Ее романтизм в отношении Кавказа, ее ущербное желание что-то значить для этого региона — вы уж с ней и разбирайте по косточкам. Лично я в Северо-Кавказском округе никакой романтики и экзотики не нахожу. А с теми, о ком с восторгом пишет Латынина — на одном гектаре находиться отказываюсь.

Вы пытаетесь подойти ко мне с обычных позиций вашего ментального типического отношения к женщине. Не спорю, считаю этот подход в вашей национальной среде — полностью оправданным. У меня тоже складывается впечатление, что ваши замурзанные бабы — не дотягивают и до такого снисхождения. Неудивительно, что у большинства чеченцев с детства вырабатывается один подход, одна гребенка на всех женщин в округе, но не стоит соваться к другим — с вшивыми гребенками родного чеченского сельпо.

Скажу, что русские никогда не прятались за бабские юбки. А у чеченцев привычка прятаться за бабские юбки, похоже, превращается в такой же национальный обычай, как и кровная месть.

Я внимательно следила в делах военных именно за вашими женщинами. Как они врут, как изворачиваются, как подличают… как изо всех сил стараются прикрывать вас своими юбками, не брезгуя ложью и чисто женскими, то есть самыми низкими и подлыми уловками. Знаю несколько нетипичных случаев, но эти женщины целенаправленно рвали отношения со своей средой и выходили замуж за русских.

Сколько вы использовали своих баб в самых грязных уголовных делишках? Это совсем сдвинуться надо, чтобы использовать женщину в качестве живой бомбы, это надо окончательно плюнуть на собственную природу и нагадить в родовые пути, откуда на свет появился.

В деле Ульмана множество таких эпизодов. Именно он рассказывал, как не прошла эвакуация летчиков, когда ваши бабы преградили путь «антивоенной демонстрацией», пока ваши трусливые выродки, прикрываясь бабскими юбками, резали головы летчикам.

А скольких баб вы подставили, снабдив синильной кислотой, чтобы они травили воду? Не удивляйтесь, что у меня отношение к ним — соответствующее. Глупо было бы спрашивать у меня, женщины, какие-то скидочки аналогичному бабью на «женскую природу».

Но началось именно с привычки чеченских мужчин прятаться за женские юбки! Хотя по своей мужской природе они были обязаны  оградить своих женщин от всей этой грязи.

Дело Ульмана до меня шло исключительно в виде спекуляций на ниве бабских визгов «Убийцы-убийцы!» и гипотетической «беременности» одной из потерпевших. Простите, но всех уже достала эта ваша нацменовщина и национальная привычка —  спекулировать на том, что у ваших баб ниже пояса!

Меня она достала именно как женщину! Получается, что я, работающая не «сенокосилкой», регулярно приносящая  доход бюджету, делая вклад в копилку всего общества — моей стране не нужна! Моя страна взахлеб обсуждает страданья чеченок, указавших в материалах суда профессию — «сенокосилка»!

Всем плевать, как я, беременная, теряла сознание в очередях за своими, заработанными деньгами, поскольку наши банки не могли расплатиться, пропустив чеченские авизо. Всем, начиная с госпожи Латыниной, было все равно, на что я питаюсь в «демократических преобразованьях всего общества», как я рожать поехала со стройки на самосвале и прочая, прочая!

Это очень мило, что нынче вы с таким сарказмом отзываетесь о своих защитницах в российской журналистике, точнее — пгавозащитницах. Есть еще какая-то Евгения Гольц или Альбац? С кинжалом и про изнасилование вахабитов — более на нее похоже, не на Латынину.  Та больше по этнической экзотике специализируется. И одно амплуа с другим не перемешивается.

Но разве вы всей Чечней не прятались за юбки этих правозащитниц? Ведь не мне, а им приемы с шашлыками устраивали. А «прием», оказанный в последствии Елене Масюк?  Вахабиты ее тоже насиловали?

Но подравнивать ко мне своих чеченок и эту местечковую пятую колонну в журналистике… было бы просто неразумно. Смотрите, меня никто не печатает, а стоило мне выйти на дело Ульмана — и вы не знаете, как себя вести. Шашлык мы с вами не кушали, да и ваши «герои» мне совершенно неинтересны в качестве «друзей». И в моих юбках вам очень сложно будет понять, где я шило прячу. Но главное, что с моим выходом на дело Ульмана — тут же отсекаются ваши привычные женские спекуляции, за которыми отчего-то удобненько прятаться всем чеченским «героям».

Ну, и что показало мое участие в этом деле? Отчего это вам захотелось упрекнуть Ульмана в том, что он — спрятался за мою юбку?  Только потому, что с такой безупречной защитой вы еще не сталкивались. Что, у латыниных-политковских аналогичные юбочки?

Тык-мык, а ни одного аргумента против и сказать не можем всей Чечней, да? И выясняется, что за моей юбочкой может весь спецназ ГРУ укрыться. Юбочка-то железобетонная для ваших доводов. Но главное, что попытка спрятаться за юбки ваших баб — со мной не катит, верно?

Посмотрите, что только не закончил этот ваш Мурад Мусаев! И в заграницах его чему-то успели обучить. Наверно, поумнее вас будет раза в четыре. И кто этот ваш Мурад Мусаев супротив меня? Это ведь даже не плотник супротив столяра.

Но меня здесь другое задело, чисто гендерное, вне национальное. По делу Ульмана потерпевшими проходят практически одни бабы. Чисто, чтобы удобнее было прятаться за юбки. Везде для этой цели на интервью выдвигается Кока Тубурова.

Самой младшенькой потерпевшей — откровенно скучно на судах выслушивать одно и то же, да еще по третьему разу. Она сидит, в игры на сотовом телефоне играет и Ульману глазки строит. Ее впервые прилично приодели, впервые из ее «экзотической» кавказской дыры в Ростов вывезли, а вы хотите, чтобы она взрывчаткой обмоталась и подорвала себя вместе с ненавистными русскими и вместе с Тихомировой, разумеется.

Вы даже не соображаете, что несете — с точки зрения нормальной женщины. Эта молодая дурочка, в жизни которой все только-только начинается, где, надеюсь, хорошего будет больше, нежели плохого, — по вашим представлениям должна отказаться разом от всего. Ради сомнительного удовольствия для такого, как вы, — и далее сурово сдвигать брови, изображая футы-нуты самоё чеченскую непримиримость.

Она искренне рассчитывает, что ей миллион долларов отвалят. Ну, если и не миллион, то все-таки куда более приличную сумму, чем пострадавшим в «Норд-Осте», Беслане и других местах, где уже побывали «настоящие чеченцы». Да хоть сто тысяч рублей, сколько жителям взорванных домов давали! Она сидит и чисто по-бабски прикидывает, сколько можно всего накупить на ростовском рынке на сто тысяч.

А вы что ей предлагаете? В предвкушении прогулки по окрестным рынкам — взять и взорвать себя? Вы вообще… редкие садисты, прежде всего, в отношении собственных женщин. Это каким циником надо быть, чтобы перед походом на Тушинский рынок дать своей женщине не денег, а… взрывчатку? Вас всех надо поголовно кастрировать после такого!

Сами бы объяснили этой дурочке с мобилкой, что у нее больше ни духов не будет, ни модельных туфель, ни норковой жакетки, ни золотого браслетика, ни итальянских колготок… Даже  вахабитского изнасилования — уже не будет. Будет небольшой бум-бум и все… наружу. А идите-ка вы нафиг, гражданин натуральный чеченец.

Да, я презираю таких чеченок. Но не до такой степени.

 

О чеченских академиках. В продолжении бесконечной темы кавказской романтики
— Я немного о другом, о чем знаю точно, в чем ваша неправда. Просто интересно — это ошибка или целенаправленная работа.

Кадыркин — не чеченская сторона, а российская, ваша или ваших властей. Мстить он ни за кого не будет. Может с путькой спектакль разыграть с судом, тут все ясно. Тайное похищение и убийство для него нет смысла, ни личного удовлетворения (это предатель потомственный, еврейского происхождения — ему чеченцы пох), ни общественного признания — ни продемонстрировать, ни намекнуть «о мести за народ», без «суда» он не сможет.

Рыжый академик, пузырь дутый, пользуется дивидендами за счет тех, кто в горах. Типа «не будете платить дань — я таким же стану». Хрен он станет, шнырь из дома высунуться боялся в мирное время, когда его папа еще муку на мотоцикле воровал. А сейчас вылезло чмо: «кто против меня и России».

— Короче, к чему это, все к тому вопросу, вы эту «чеченскую сторону» сами себе придумали по ошибке, типа ветряных мельниц для борьбы, ну там рамзик, какой-то тимоха алиев, я тут поглядел, типа за чеченского оппонента от «чеченской стороны» тут тусуется? Или это тоже целенаправленное путинское разводилово ванек? Для мобилизации патриотических масс, так сказать. Вот такой вопрос возник.

— Я это спрашиваю без всяких претензий и просьб на понимание и прочих сопель. Я убежденный враг россии и всему русскому, (как хотите — ментально, генетически, религиозно и тд) если что, можете запасы ругани приберечь на евреев и на меня не тратить. Мне просто интересно узнать из первоисточника, поэтому спросил.

Раз возник такой вопрос, так отчего и не ответить? Только вы уж тоже не пеняйте на искренность.

Начну опять с Ульмана. Как-то он вдруг в духе толерантности и политкорректности принялся наезжать на меня в приватной беседе, что неправильно я себе представляю чеченскую сторону, что она — вовсе не так монолитна, как мне представляется. Вот прямо, как вы сейчас.

А далее он мне рассказывает о каком-то чеченском отряде, который с первой кампании как воевал на стороне России, так и воюет все за Россию. Причем до такой степени эти чеченцы за Россию завоевались, что в Чечне жить уже не могут, а ничего, кроме как воевать, делать не умеют. Поэтому в других местах теперь воюют, куда их пошлют, входя в их сложное военное положение.

Знаете, что я ответила Эдуарду? Вот если живой останется, он подтвердит. Я заметила ему, что он — не доктор Мэнгеле и пока не в концлагере. Поэтому никого сортировать ему в чужих национальностях не нужно. Неблагодарное это занятие. Он уже попытался, пусть и по приказу своего руководства, — сортировать чеченцев на «мирных» и «не мирных», а это — в целом некорректный подход. Таким образом ни один народ не рассортируешь.

Тогда Ульман меня и спрашивает: «А как же тогда быть?» В тихом таком опупении. Чувствуется, замполиты ему другое внушали. Так вот я ему и ответила, чтобы он не парился, а чеченцы замечательно сами без него рассортируются. Рано или поздно.

Поэтому ваши попытки рассортироваться самостоятельно, в принципе, похвальны, хотя принятые критерии заранее заводят вас в тупик.

Тимур Алиев, кстати, не смолчал и некоторое время был вынужден общаться со мной в точности по той же причине, что и вы. Да вы ведь и сами видели, что слово в слово повторяете его слова про Кадырова, которого навязывает Чечне российское правительство путем беспрецедентного давления.

Он вышел на мою фразу, когда я говорила, что нам в России вообще не следует сортировать чеченцев, знакомиться с их национальными методиками сортировок и самоидентификацией. Мы лишь должны ознакомить чеченскую сторону с тем, как она выглядит в наших глазах в целом, с учетом Буденновска, Беслана и прочего. И всё!

Почему? Потому что самым надежным и бесспорным критерием любой сортировки является существующее уголовное законодательство. Не национальные особенности, а социальные критерии, добротно описанные в уголовном законодательстве — служат куда более надежной основой внешнего восприятия любого народа.

Согласитесь, что только на Кавказе, кроме чеченцев, — масса народов, которым тоже надо вписаться в социум на равных для всех начальных условиях. А то уже доходит до требований какого-то отдельного законодательства для чеченцев, поскольку они вот такие «особенные».

Никому не надо влезать в ваши внутренние отношения. В этом плане я презираю попытки Латыниной в популяризации каких-то национальных особенностей кавказских народов… в политической жизни всей страны. Для цивилизованной страны такое вообще недопустимо.

Да и национальные особенности следует на людях проявлять лишь в области фольклора, народной кухни, художественной самодеятельности и прочем. Кстати, это ведь декларируют вековые устои совместного проживания всех кавказских народов, первый из которых гласит — не пускать чужаков на свою национальную кухню. Продемонстрировал на празднике свои национальные особенности, а потом, как только гостей выпроводил, — захлопнулся с ними в тряпочку. Разве не так?

Чеченцы стали вдруг выворачиваться наизнанку с этими «национальными устоями», чуть ли не грязного исподнего. Не стану обсуждать, что вываливается при этом.

Но только с точки зрения уголовного законодательства все чеченцы выглядят более чем странно. Сравнительно небольшой народ вначале добровольно сделал свою Родину — черной дырой российской экономики, дал власть отморозкам и бандюкам, за короткий промежуток выставил на всеобщее обозрение огромное количество воров, маньяков, садистов, сепаратистов, террористов и прочих уголовников.

Выехавшие в Россию чеченцы, как правило, не работают. Они организуют игровые притоны, формируют диаспоры, подминают под себя проституцию. Ведь это не вина, а беда института присяжных Северо-Кавказского округа, когда на вторичное рассмотрение дела Ульмана судом присяжных, власти не смогли найти ни одного чеченского присяжного, не вступившего в противоречие с существующим законодательством.

А кто сядет в суды присяжных в самой Чечне? Бывшие насильники и убийцы? Их родственники?.. Да сама Чечня взвоет от подобного судопроизводства, долго не продержитесь.

Тем не менее, это не вы, а я помогаю вашему народу выжить и вписаться в современную социальную среду. И такие, как Тимур Алиев. Он сделал все, чтобы организовать общение с чеченцами до начала суда на своей страничке. Однако я столкнулась с неприкрытым хамством его посетителей. А я им ничего не должна! А вот они, с моей точки зрения, задолжали достаточно, всей России.

К примеру, никто не обсуждает их религию. Есть у них какая-то религия — и слава богу. Зато там влез один знаток в наш разговор с Тимуром, чтобы уязвить меня хамским заявлением: «Большинство христиан не считает армян христианами вообще». Обратите внимание, еще и пытается говорить от имени «большинства христиан», хотя сам — типичный ваххабит. Нахамить, показав собственную недалекость, чеченцы могут, а извиниться — оне люди гордые. У них в национальные обычаи не входит привычка извиняться за оскорбление.

Но это было — до Кондопоги. А после Кондопоги и хамского поведения вашего рыжего академика — и эта попытка общения стала невозможной. И только чеченцы у нас никак не понимают, что все вокруг них меняется. Они как уперлись в какие-то уголовные стереотипы, так никак больше ничего понять не могут. А ведь дальше общаться-то все равно придется.

Посему… не надо отталкивать от себя Кадырова, да еще к нам. Вот уж Рамзан Кадыров — никак не наш, он — ваш целиком и полностью. «Яркий представитель», как говорится. И хамством взял, и наглостью. И когда он своих оппонентов начнет на людях мочить, не стоит подобное приписывать какому-то исключительно российскому влиянию.

Вы все дружненько шли именно к такому апофигею. Вначале вы пользовались юбками своих женщин не по назначению, затем вы попользовались юбками пгавозащитниц, а после вы не побрезговали защитой Рамзана Кадырова в событиях в Кондопоге, когда надо было своих уголовников заставить ответить за разбой и беспредел. Здесь вами всеми был совершен выбор — вы его сделали в свою пользу. С нами никто не посоветовался. Поэтому все последуещее будете иметь от Кадырова в качестве своего «яркого представителя».

Хотя… по-человечески понимаю вашу ревность к семейству Кадыровых. На ваш взгляд, вы куда лучше представили бы чеченцев или кто-то иной по вашим представлениям. Но… Кадыров наиболее типичен, нежели вы или кто-то другой. Не только с точки зрения Кремля, но и с общей точки зрения. Не думаю, что он столь же откровенный враг России, как и вы. Но поставили его — радуйтесь ему как «яркому представителю».

Я без всяких «прочих сопель» неоднократно писала, что правительство Путина проводит антироссийскую политику. Вот сегодня рассматривается возможность снятия с должности первого заместителя управляющего Центробанка. За что? Да за то, что он не может повлиять на объективные процессы укрепления рубля, а правительство Путина пытается сделать из России долларовый рай. С точки зрения УК РФ и обычных макроэкономических законов, все эти люди давно прошли точку возврата предательства Родины.

Но не вам пенять мне на то, что благодаря российскому правительству Чечню представляет вполне типичный для этого народа — сынок мелкого воришки муки.

Мне безразлично, кто как из чеченцев подкрепляет свои криминальные представления о возможности осуществления самосудов. Все чеченцы — мазаны одним миром до тех пор, пока честно, в открытом диалоге не расскажут, как их уголовники постоянно, рука об руку — действовали против России с российскими уголовниками. И все это — было направлено против всех нормальных людей в целом и меня в частности.

Поэтому я и не принимаю другого рода «прочих сопель» — про «немыслимые страдания чеченского народа». Вот с этим — мимо. До тех пор, пока честно не расскажете, как прямо сейчас вместе с нашими уголовниками ваш рыжий академик тратит бюджет России под соусом «на восстановление» — вы все мазаны одним миром!

Мне не надо трогательных рассказов, какой он не чеченец. Я вижу, какие — и все остальные. А вот когда выложите снимки правительственных самолетов, правительственные лица, которые летают из Москвы в Чечню за своей долей лично, выложите записи телефонных переговоров вашего академика о нанесенном ущербе всей России, а не частным Кокам Тубуровым, решившим миллионом разжиться,  — вот тогда я поверю, что есть какие-то другие чеченцы, кроме насильников.

Это — даже не касаясь старого! Нового вполне будет с вас довольно.

Вы в начале 90-х внесли в общую сумятицу — подобающую вашим академикам, выросшим на блинчиках из ворованной муки, нотку предательства России. Потому что не добиваются справедливости избранными вашим народом методами. И за эти «национальные особенности» — несет ответственность весь народ.

Не надо мне говорить, будто Путин — мой. Нет, миленький, ничего не выйдет. Путин — ваш! Путин вам такой отповеди не прочтет! А я, со своей стороны, никогда не примирюсь с тем, что чеченское ничтожество, воровавшее муку и зимнюю одежду, развешанную для просушки на соседских дагестанских огородах (как видите, «экзотику» Кавказа я ощущаю несколько иначе, нежели Латынина) — помер каким-то «генералом» и «Героем России», что его именем названа улице в столице моей Родины.

При этом я куда лучше вас отдаю себе отчет в том, что все это произошло из-за нежелания таких, как вы, решать все свои проблемы легитимным правовым путем. Да и что такое Чечня даже в рамках Кавказа? Да заштатная дыра в сравнении даже с Дагестаном, не говоря об Осетии. А в рамках России? И говорить не стоит, да?

Прикиньте, сколько зла своему народу вы уже причинили унижением великой России перед своим чеченским сельпо? Но Россия — страна отдаленных последствий, а человеку за жизнь предстоит понять очень много. Думаю, вы еще не раз сможете убедиться в том, что посеяли куда более гиблые всходы, нежели моторизованный воришка муки.

…А в каком еще другом плане мне могут быть интересны выяснения ваших национальных особенностей и ваши личные сопли по поводу ненависти к России? Кто вы такой, да еще в сравнении со всей Россией? Ах, он Россию ненавидит! А всей России наплевать и на вас, и на вашу ненависть.

 

О кровной мести
— Свою кровь я уже вернул и Ульман меня не беспокоит. Короче про кровную месть. Вот теперь весь ваш сыр бор вокруг придуманной «чеченской стороны». Чеченская сторона — это немного другое. Чеченская сторона взяла 10 омоновцев и предложила обменять на Буданова. Отказались, типа «Буданов — лучший русский». Ну лучший так лучший. Буданова оставили в покое, омоновцам головы открутили. Чеченская сторона (настоящая) свое слово сказала.

— Пошел в суд, требовал справедливости как гражданин РФ — все, поезд ушел. Кстати Хунгаеву тоже говорили, чтобы не дергался и не позорился, если отомстить хочет, он только усложняет судами доступ к Буданову. Не послушал, выбрал Норвегию, сыночка жалко стало. Все, если Буданов ему не нужен, значит, он никому не нужен. Буданов может купить квартиру в Грозном и жить себе там. Все остальные фантазии к Латыниной — спецу по Чечне и Кавказу.

Ну, Латыниной, наверно, жить скучно, делать нечего. А хочется какой-то изюминки, романтики, экзотики… Вот она и напридумывала себе романтики, глядя на вас. Что вы с этой Латыниной ко мне привязались? Я про подвиги моторизованных будущих «героев России» с детства наслышана.

Про кровную месть и прочие «обычаи, освещенные веками», скажу в точности так же. Как только человек отходит от общепринятой морали, отраженной в УК РФ, так возникает такая цепочка обстоятельств, случайностей, каких-то независящих от него причинно-следственных связей, что он неизбежно увязает в них. Неизбежно. Как муха в паутине. И все дальнейшее, как правило, уже протекает вне зависимости от «священных обычаев». Это на бумаге хорошо выглядит. А на практике выглядит так, как вы это описали с омоновцами.

Я-то думаю, почему так долго за него цеплялся весь цвет российской защиты? Да вот потому, что своим поступком с омоновцами чеченцы доказали, что самосуд — для них единственная мера. Вы сами-то, взрослый человек, понимаете, что так нельзя? Что нельзя было шантажировать никого чужой жизнью? Знаете, поглядев, как Путин прятал уши на Беслане, поняв всю глубину предательства высших эшелонов власти, почувствовав боль и страдания этих детей — я прежней уже не буду. И никогда не прощу чеченцам, что они меня, женщину, заставили пережить такое.

Но! Нет такого горя на земле, чтобы заставить меня сделать то, что сделали «настоящие» чеченцы в отношении омоновцев. Обратите внимание, я постоянно говорю, что дело Буданова по самому составу деяния — могло быть нормально рассмотрено в суде, если бы сторона защиты потерпевшего не использовала заведомо ложные не правовые подходы. Имею в виду недоказанное никем «изнасилование трупа школьницы», историю с ОМОНом слышу от вас впервые. Понимаю, как с точки зрения «настоящих» чеченцев было соблазнительно запачкать в таком, да еще и десятью открученными головами на руках — запачкать таким настоящего героя России. Но ведь от этого — уже один шаг до получения в качестве «отца чеченского народа» — карнавального героя России, прославившегося мелкими кражами.

А сейчас вы предлагаете начать мне сортировать чеченцев по «настоящности»: те, которые муку воруют; те, которые ОМОНу головы откручивают; те, которые всему этому кошмару предпочитают Норвегию.

Список может быть продолжен. Но вы все в нем — чеченцы. Все до одного. И среди вас — есть заведомо аморальные уголовные типы. Учтите, что каждый уголовник пытается под различными предлогами навязать свою мораль. Вот как вы сейчас! Не особо успешно, но ведь пытаетесь.

А среди обычных уголовников непременно имеются уголовники с амбициями, которые пытаются свою мораль навязать всему обществу. Так вот Путин и Кадыров — близнецы-братья, два сапога пара. И один не возник бы без другого, «они нужны друг другу». И оба они произросли на благодатной почве чеченской аморальности.

Потому — любите вы Россию или нет, а отвечать за сделанное против России придется. И за путиных-кадыровых  — в том числе.

 

Про дымовые завесы в деле пропажи группы Ульмана
— Не знаю, может это и искренне, а не дымовая завеса, поэтому не спорю о том что на самом деле произошло. Я свои предположения высказал и они имеют не меньшие основания, но остаются лишь предположениями.

— По-моему, это вы плывете в сторону, когда вам указывают на конкретные обстоятельства, да ссылки не в тему кидаете. Я же предупреждал, это вам не ванек разводить, не солидно всеж. Неужели не понятна связь между бегством\похищением и инфой о вывозе в Омск? И что, на одной Холмогоровой и таинственном звонке все обрывается? Похлопала корова ресницами, запись удалила и все что-ли? Так не бывает. Ну и где ваша настойчивость, вы же вроде до истины докопаться собрались, бурную деятельность изображаете? Что они на заборе в Ростове прочитали инфу про Омск и позвонили Холмогоровой?

К сожалению, с моей стороны это вовсе не дымовая завеса. Можете прочесть «Ментовский разговор». Там я однозначно говорю, что, так или иначе, Ульмана должны осудить, поскольку состав уголовки он обеспечил. Но вовсе не на пятнадцать лет, а уж тем паче, не на 23 года. Учитывая то, что он уже отсидел, учитывая то, что преступление он совершил по приказу, что он — такая же жертва уголовного преступления, как и потерпевшие, — у него по закону должен был быть минимальный условный срок. Но то, что он должен получить обвинительный приговор — в этом я была уверена и неоднократно говорила самому Эдуарду.

Вам, наверно, этого не понять. Но большинство спецназовцев ГРУ — вполне адекватные люди. Поступки, которые вы считаете приемлемыми для себя, в их мотивации не входят. Эдик шел в спецназ из непонятной для вас любви к России, а вовсе не за тем, чтобы становиться палачом безоружных людей.

Я к этому подключилась, глядя, как его предают свои. Этого я не терплю. Мне даже писали, почему же я так наезжаю на подонка-Бабченко, ведь он же — «свой, русский парень». На мой взгляд, такие подлецы намного хуже любого явного, нескрывающего свои взгляды врага.

Дымовую завесу в данном случае организуют те, кто визжит, будто Эдик сбежал, будто он в этом судилище хоть что-то сделал по собственному почину. Эти люди намеренно ставят его вне закона, развязывают руки похитителям/помощникам в «побеге» —  для физического уничтожения спецназовцев. То есть это дымовая завеса вовсе не для Ульмана, вернее, не для его побега от правосудия или «за правосудием», — а чтобы никто в этой заварушке не посмел его прикончить. Если он еще жив, конечно.

Я пишу, чтобы не создавать подобного «удобного случая» и прочих удобств людям, которым что два байта переслать — приказать убить безоружных людей, сжечь трупы, а после самим цинично отвертеться от суда. Сделаю все от меня зависящее, чтобы его сейчас было очень неудобно убивать. В таком случае надежда на правосудие остается. Даже не у Ульмана, а у мертвого брата Коки Тубуровой. Вам не понять, а Коке — тем более.

Чеченцы к этому исчезновению имеют непосредственное отношение, поскольку доказать уголовного мотива Эдуарда в ходе судилищ они не смогли. Всем мешает Перелевский! Его наличие на скамье подсудимых делает невозможным доказать надуманный уголовный мотив преступления «Убил пятерых, чтобы скрыть смерть одного!»

Ваш ученый чеченец Мусаев рассчитывал нацменовским вымогательством выстонать в ходе процесса у Ульмана признание в этом уголовном мотиве. Пока я читала ваши послания, думала над тем, что расчет Мусаева — безукоризненно чеченский. Любого чеченца взять: хоть вас, хоть вашего адкадемика, хоть Хунгаева (наверно, кроме Тимура Алиева) — любого! И в ходе процесса можно с легкостью доказать, что все вы пьете, едите, спите, занимаетесь другими бытовыми делами — на почве уголовной мотивации.

Вот этим я для себя еще отдельно выделяю для себя — «чеченскую сторону». И не вам судить, правильно ли я поступаю. Вы же себя с моей стороны-то не видите.

Мусаев — чеченец, верно? Вот он подходит ко всем одинаковой чеченской меркой. Он уверен, что уж у человека с шестью трупами он по-всякому сможет доказать уголовную мотивацию. Окажись вы — против него, он бы с вашими мотивациями до обеда управился. А на Ульмане обломался. Хотя ему, как и всем остальным чеченцам (настоящим или опереточным — вы сами разбирайтесь), в КС РФ дали гарантии обвинительного заключения.

Алу Алханов — настоящий чеченец или тоже какой-то недоделанный? У него тоже папа муку на мотоцикле воровал? Но он чисто по-чеченски является в КС РФ требовать гарантий обвинительного заключения, из уголовных мотиваций старясь обойти закон. Сейчас у нас замминистра юстиции — ваш, который говорит, садится в машину — делает все с уголовными мотивациями.

А Тимура Алиева я приглашала к разговору до того, как из  чеченцев в Кондопоге вылезли уголовные мотивации, — из-за того, чтобы хотя бы в третий раз рассмотреть дело справедливо и в рамках закона. Ведь осудить руководителей операции, пославшей спецназ в засаду в густонаселенный район, отдавших преступный приказ, — два процесса подряд не давала именно чеченская сторона.

Но здесь мы сталкиваемся с другой вашей национальной особенностью. Вас бессмысленно призывать к чести, справедливости, закону… Уголовные мотивации решают все в вашей жизни, именно они и есть те пресловутые «обычаи, освещенные веками».

Конечно, в похищении Ульмана основную роль сыграли прокурор и наша судебная бригада «профессиональных судей». Не знаю, куда его завезли. Но завезли его лишь для того, чтобы выполнить незаконное обещание, данное — вашим уголовникам.

Время покажет и все сделает яснее и отчетливее. И думаю, многие настоящие чеченцы со временем многое поймут в отношении России, своей жизни и собственной Родины — именно на этом деле группы спецназа капитана Эдуарда Анатольевича Ульмана.

©2007 Ирина Дедюхова. Все права защищены.

Долг человека, работающего словом, напоминать людям об их подлинной человеческой природе. О том, что они созданы по подобию Божьему. Взывать и обращаться к их лучшей составляющей… Действеннее, когда такое производится без пафоса, четко и методично на имеющейся суровой фактуре. Да, надо внятно разложить по полочкам, что хорошо, что плохо. Что является подлинным, что ложно. Что в интересах человека, что против него.

Ловишь себя на мысли, что у нас давно была бы другая страна, если бы за безусловно нравственный и художественный уровень был принят аналитический метод ИАД, а не… «современной журналистики», какой уж она сложилась после массированных кампаний, призванных заставить навсегда замолчать нашего Классика. Конечно, это не совсем «аналитический метод», а феноменальное грандиозное явление, призванное доказать всем, кто начал терять веру, что «верх с низом не поменялись» (с. Дедюхова), а «добро — всегда добро, даже если ему никто не служит, и зло — всегда зло, даже если все кругом злы!» (с. Честертон, но тоже со слов Дедюховой).

У меня нет ни цели, ни задачи с чем-то или кем-то сравнивать это явление.  Просто… интересно, как и почему вдруг после нашего участия в «кислотной атаке» значительное финансирование и все возможности дают именно этому Франкетти. По-моему, мы все там были очень хороши, а Франкетти вообще мало что понимал.

Я вовсе не к тому, что могли бы за основу взять хотя бы роман ИАД «Парнасские сестры», где присутствует модный нынче магический реализм, те самые музы и гарпии, которые столь тревожат нынче умы (см. Загадки нашего времени)… Да и вся история в художественных образах и как на блюдечке… в отличие от узкого наблюдения Франкетти в виде чукотской песни «что вижу, то пою».

Да там много сразу возникает «отличий», если поискать. Все же ГАБТ представлен в романе «Парнасские сестры» — храмом искусства, Главным театром страны, а не «Большим Вавилоном», несмотря на то, что раскрываются все подоплеки «кислотной атаки», включая и «служебные романы».

Нет, я понимаю, что некоторые субъекты лучше удавятся на собственном галстуке, чем признают закономерность явления ИАД без попыток вручить все призы и премии кому-то другому. К тому же… нельзя не заметить, что «кислотная атака» начата в очень «удачный» момент, когда Дедюховой вообще не должно было быть ни в жизни, ни в сети, поскольку с ней в жизни поступили в целом… как с той героиней Марка Франкетти — Залиной Исраиловой. Она должна была пропасть вообще, чтобы, если спросят, сурово намекнуть, что с ней расправились «ради чести». Ну, или «в защиту чести и достоинства».

Тем не менее, Дедюхова отработала на «кислотной атаке» с самого начала и… до того момента, когда пикетирующие у Большого легкомысленно ей заявили, что теперь вполне справятся со всем самостоятельно. В результате окончательно сломали карьеру премьеру Павлу Дмитриченко, Николай Цискаридзе покинул Большой, а Анжелина Воронцова переехала в Санкт-Петербург.

Если имеешь дело с настоящим искусством, то уж как не отличить настоящее от подделки и в других областях, да вдобавок в литературе? Нет, я опять-таки не о том, будто ожидала от людей, принявших вольное или невольное участие в «кислотной атаке», какой-то благодарности, понимания, поддержки… а уж тем более, финансирования на уровне Марка Франкетти. Или хотя бы того же допуска если не за кулисы, то в виде бесплатной контрамарки на очередную премьеру.

Да отлично я понимаю, что не отреагировать на настоящее невозможно, сколько там не делай вид! А уж тем более, когда все-таки все живы остались, а Дмитриченко после упоминания нашего Классика тут же выпустили из тюрьмы досрочно. Потому никакого «романа», «сценария» или чего-то еще так и не возникло, сколько кто-то не надувался многозначительностью. Зато возникает фильм Франкетти с нулевым авторским текстом, «без комментариев», поскольку сказать что-то после ИАД… да не смешите нервных!

Но почему… Марк Франкетти? Мало кто на телевидении в этот момент абзацы наших статей озвучивали? Да там кто только не отметился! И никто бы от дополнительного лестного заказа не отказался. Однако возникает «Большой Вавилон», как нарезка снафф-роликов.

Мы еще вернемся к этому вопросу. Хотя мне кажется, что после нас Большой все же был достоин не сынка Тодоровского с Марком Франкетти, а по меньшей мере… Даррена Аронофски. И, как мы дальше увидим, самому Марку Франкетти приходится постоянно оправдываться по этому поводу. Не перед нами, конечно.

Да и как ему, например, оправдаться перед нами, если он выходит на съемки этого фильма… намеренно стараясь уничтожить нас.  Ну, пусть «нелетальным способом», но на вполне обоснованную «зачистку территории». Как говорится, «набил руку» в Ираке… Как тут еще скажешь-то? Неужели не попробовал сам там «охоту по живым мишеням», раз все это нынче в норме и вполне как бы даже в «стиле жизни»?

С Тодоровским Марка Франкетти безусловно «роднит» то, что ни тот, ни другой, взявшись за нашу «зачистку», вообще ни бум-бум в балете, а в «кислотной атаке» что-то себя никак не проявили. «Сидели и писали кипятком!», как выражается о подобных «знатоках предмета» наш Классик.

Но вот давайте все же рассмотрим на приведенных выше примерах работы словом… чисто наш житейский интерес. Какова эффективность работы словом нашего Классика, неоднократно отправляемого «на зачистку», —  и иностранного журналиста-международника Марка Франкетти?

Сразу заметим, что, невзирая на свои личные обстоятельства, не имея статуса журналиста-международника, Дедюхова выходит на разборы всех терактов, где в качестве «вещдоков» предъявляют оторванные головы уничтоженных женщин, где ей приходится прямо говорить, что нам озвучивают ложь, а все женщины, объявленные «террористками-смертницами» — жертвы, подло подставленные, на которых вдобавок намеренно лгут и после смерти, глумясь над трупами погибших.

С первого раза не получается прекратить этот кошмар и издевательство, но… следует второй… третий удар… и как-то все это заканчивается! «Само собой»! Вспомните, после гневной отповеди, данной «врагу России», эта мерзость немедленно перестает быть «масштабным явлением».

Обратите внимание, что участие «стороннего наблюдателя» Марка Франкетти в судьбе Залины Исраиловой нисколько не помогло решить даже ее личных проблем, попросту явившись доносом на попытавшуюся найти хоть какую-ту защиту женщину. Такое впечатление, что его пригласили «засвидетельствовать» зверство, вполне аналогичное тому, что он засвидетельствовал в иракской деревушке…

Не знаю, что это, честно говоря. Но ведь есть фотографии фашистов на казнях и расстрелах… Кто-то же их там тоже снимал… Возле виселиц многие фашисты в войну фотографировались… Может, это что-то вроде доказательства легитимности содеянного… не знаю. Нынче техника до того дошла, что и селфи на Пасху из ХХС никого уже не удивишь. Однако здесь ведь озверевшим особям непременно надо… устрашение! Как ни крутись, а без «сторонних наблюдателей» им точно не обойтись.

Зоя Космодемьянская

Одновременно им точно не покатит принципиальная позиция ИАД с полным детальным разбором уголовной мотивации… Которая вроде бы сама по себе и беззащитна… но ведь лишь со временем доходит, что следование вопросам чести и достоинства, добра и зла… каким-то образом оказывается само по себе лучшей защитой. Кстати, первое, что исчезает, стоит ИАД заговорить — это страх, которым стараются нас поставить на колени перед чужой уголовкой.

Вот и получается, что при расстановке акцентов происходящего в русле «верх с низом не поменялся!» — все вопросы решаются пусть без премий автору и всеобщего признания, но вполне так основательно. Когда каждый уголовник понимает, что никакого «портрета в интерьере» ему не светит, а будет лишь однозначный приговор.

А что нам? Нам, во-первых, надо, чтобы такого больше не было! Нам в принципе неважно, из-за кого или по какой причине это прекратится «само по себе». Мало кто из «журналистов-международников» понимает, насколько ужасно каждая женщина чувствует себя, если такое может произойти с никому неизвестной Залиной Исраиловой… Так не по этой ли причине именно Марк Франкетти столь пристально «наблюдал» за ее судьбой?..

Мы же понимаем, что Залина Исраилова была бы жива-здорова до сих пор, если бы ее судьбой занимался не Марк Франкетти для Запада, а ИАД для пользы России.

Но… ИАД была вынуждена заниматься своей судьбой, изо всех сил стараясь, чтобы не оторвали голову ей. Куда ж мы… без ее головы?..

Осенью 2010 года на нее пишут заявление четыре видных представителя чеченского народа в частности и всех народов Кавказа в целом (На смерть Черномырдина). Кроме Паскачева А.Б. и Идалбаева А.М.  заявление подписали два чеченских журналиста. Один из них как раз накануне событий на Манежной усиленно разжигал национальные конфликты, утверждая, будто в московских электричках людей режут по принадлежности к кавказским национальностям, что впоследствии оказалось, мягко говоря, неправдой. А вот вторым подписантом оказалась женщина, журналист и писатель Зайналабдиева.

Впрочем, «дело Дедюховой» в целом… «журналистское». Если помните, там основной «эксперт» по фамилии Байметов, самостоятельно составивший себе текст по каким-то фразам, надерганным «где-то в Интернете», самостоятельно предупредил себя об ответственности, сам себя и в «эксперты-лингвисты» произвел на основании того, что являлся деканом факультета журналистики местного университета.

Впрочем, с  Зайналабдиевой (не явившейся на суд как и остальные заявители, либо сбежавшие за границу, либо представившие справку о болячках) немного сложнее. Она… такой женский аналог Марка Франкетти, типичный «наблюдатель». И как раз на суде Дедюхова собиралась выяснить, насколько «сторонним наблюдателем» была эта женщина, подписавшая заявление, ни разу не видев сайта Дедюховой, о чем дала показания сразу, как только ее вызвали в органы МВД по месту жительства.

Между двумя чеченскими кампаниями эта дама работала на национальном телевидении, делая интервью с командирами террористов и экстремистов, рассказывая об их «трудовых буднях». Такая вот обычная практика была у террористов — зазывать пожить их жизнью журналистов с телевидения, прямо как в американской армии. Затем она переезжает  в Москву, устраивается на ТВ Центр. А свои «наблюдения» она описала в книге «Шахидки чеченской войны», где  романтизировала процесс надевания пояса со взрывчаткой, утверждая, будто женщина «имеет право» таким образом «протестовать против несправедливости». То есть она была (или пыталась стать) идеологом подобного «женского движения», где в «членах» надолго не задерживались.

Книга размещалась и в Интернете! И сразу после заявления на Дедюхову журналистке-наблюдательнице пришлось уничтожать эти публикации, выставленные в явно провокационных целях и для устрашения.

А вот когда наш Классик решила разобраться, на чем основываются наблюдения этой маститой журналистки, она заявила, что подписывала все «не глядя», исключительно «под давлением» то ли Паскачева, то ли Идалбаева. И что-то ни разу этой «наблюдательнице» не пришло в голову описать свои «наблюдения», как наша Классик проходится в Интернете по этим «шахидкам чеченской войны», не сортируя обычных «наблюдателей» и «наблюдательниц», «идеологов», «борцов» за извращенно понятую «справедливость» и тех, «у кого башка — в вещдоках, а все кишки на потолке!»

Продолжение следует…

Читать по теме:

 

Вебинары ноября

Вск, 28/10/2018 - 19:42

В последний месяц осени, на склоне
Суровой жизни,
Исполненный печали, я вошел
В безлиственный и безымянный лес.
Он был по край омыт молочно-белым
Стеклом тумана.
По седым ветвям
Стекали слезы чистые, какими
Одни деревья плачут накануне
Всеобесцвечивающей зимы.
И тут случилось чудо: на закате
Забрезжила из тучи синева,
И яркий луч пробился, как в июне,
Как птичьей песни легкое копье,
Из дней грядущих в прошлое мое.
И плакали деревья накануне
Благих трудов и праздничных щедрот
Счастливых бурь, клубящихся в лазури,
И повели синицы хоровод,
Как будто руки по клавиатуре
Шли от земли до самых верхних нот.

Арсений Тарковский

Программа вебинаров

7 ноября  Астрологический прогноз ноября
8 ноября 30-е годы ХХ столетия: СССР
9 ноября  Мюзикл Леонарда Бернстайна «Вестсайдская история»
10 ноября  Уильям Шекспир «Бесплодные усилия любви»

14 ноября  Афера века: «феминизм разбушевался!»
15 ноября  «Странная война» Артура Невилла Чемберлена
16 ноября  Опера Винченцо Беллини «Сомнамбула»
17 ноября Вирджиния Вулф «Своя комната»

21 ноября  Власть рынка: нобелевские премии 90-х в экономике
22 ноября  Исторические портреты: Вильгельм Завоеватель
23 ноября  Опера Джузеппе Верди «Фальстаф»
24 ноября Современная драматургия: «Изображая жертву» Братьев Пресняковых и «Голая пионерка»  Михаила Кононова

28 ноября  Испанский процесс над Тамбовской ОПГ
29 ноября  Испанские Бурбоны
30 ноября Мариус Петипа и Людвиг Минкус «Дон Кихот»
1 декабря  Мигель де Сервантес Сааведра «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский»

Приобрести абонемент на ноябрь

Последний абзац

Птн, 26/10/2018 - 04:52

Когда-то, достаточно давно, читала и я роман «Поющие в терновнике». Возможно, в силу возраста, но тогда неизгладимого впечатление он на меня не произвел… вернее не стал любимым, возможно потому, что окончание романа было не столь уж радужное, хотя и оставляло надежду на счастливую судьбу хотя бы внучки. Поэтому даже не предполагала, что после вебинара ИА, про прошествии стольких лет, заинтересуюсь биографией автора. Информации на русском о ней не так уж много, поэтому пришлось пользоваться автоматическими переводами и, чем больше читала, тем становилось интереснее автор этого бестселлера — Колин Маккалоу.

«Я не писатель вырезания и вставки … последовательности событий, я никогда не меняю абзацы или вроде того. Мне просто нужны новые перспективы и шлифовка прозы», — говорит она.

«Я знаю некоторых авторов, которые на самом деле начинают роман, не зная, как он заканчивается. Я знаю последний абзац лучше, чем знаю всю остальную часть книги» — Колин Маккалоу.

«I’m not a cut and paste writer … the sequence of events, I never switch paragraphs or stuff like that. I just need new vistas and polishing the prose,» she says.

«I know some writers who actually start a novel without knowing how it ends. I know the last paragraph better than I know the rest of the book.»

Это примечание про последний абзац стало для меня неопровержимым доказательством подлинного литературного дарования, тонкого знания своего дела, избранности.

Когда-то целиком и полностью соглашалась с ИА, боровшейся с «постмодернизмом», как называлось «направление» или «жанр», которому следовали «современные писатели», ничего из себя не представлявшие в жизни, ничего в жизни не понимавшие, но провозгласившие в искусстве первенство формы над содержанием.

Ирина Анатольевна тогда сказала, что содержание с легкостью определит для себя форму. А вот форма без содержание — как фантик без конфетки, обманка. Читатель ищет содержание, интересную историю, которая тронет его. Красивую имитацию под содержание в книге можно выдержать лишь в вагоне электрички, да и то, лишь сидя у окна.

А про финал она сказала, что роман сам на всех парах рвется к финалу. И если кто-то в возрасте 18+ не знает, как ему кончать, то нечего и начинать.

А для самых любознательных несколько фактов об авторе знаменитой саги:

#1. Маккалоу родилась в семье холодной, сдержанной новозеландки Лоры и ирландца Джеймса, рубщика тростника с диким темпераментом. Они вели кочевой образ жизни, поэтому друзей девочке заменили книги. Будущая писательница бегло читала уже в три года, сочиняла стихи, рассказы и рисовала.

#2. Колин мечтала о карьере хирурга, но вынуждена была отказаться от врачебной практики после того, как у нее появилась серьезная аллергия на мыло, используемое в австралийских больницах. Получив профессию нейробиолога, она сосредоточилась на научной работе и достигла выдающихся результатов. Вскоре ей предложили переехать в США для запуска исследовательской лаборатории в медицинском училище Йельского университета. Здесь она десять лет преподавала нейроанатомию, нейрофизиологию и неврологическую электронику, работала над микрохирургическими методами. Именно в этот период Маккалоу написала свой первый роман «Тим», а затем и легендарную сагу «Поющие в терновнике».

#3. Коллеги не оценили внезапную славу Маккалоу: они считали, что это не лучшим образом отразилось на репутации университета. В 1977 году, в возрасте 40 лет, Колин оставила карьеру ученого и начала писать полный рабочий день.

#4. Даже в компьютерный век Маккалоу работала на электрической пишущей машинке. Их у нее было десять! «Я никогда не использую компьютер. Любой, у кого он есть, думает, что может написать книгу. Если бы я была редактором, я бы сократила большинство текстов на две трети».

#5. Свою первую печатную машинку девушка купила на деньги, подаренные матерью для покупки необходимого пальто: «Я отправилась в город с пятью фунтами, чтобы купить пальто, но увидела переносную пишущую машинку Blue Bird за пять фунтов и купила ее».

#6. Почти все, что касается этой австралийки, было безудержным: голос, смех, прямота, с которой она высказывала свои мысли, сигареты, но, главное, ее работоспособность. В обычный день Маккалоу могла печатать 15 000 слов; в очень хороший — 30 000 (!) Работая над «Поющими в терновнике», она печатала по меньшей мере 15 000 слов каждую ночь на протяжении двух лет и за два года создала 1000-страничную рукопись.

#7. Большинство читателей считают Маккалоу романистом, но она также написала две кулинарные книги и биографию австралийского дипломата и самого продолжительного губернатора Нового Южного Уэльса Родена Катлера. «Мне нравится окунать мое ведро в разные колодцы», — говорила она.

#8. Будучи подростками, Маккалоу с братом дали друг другу клятвы, что никогда не заведут семьи — сказался горький опыт родителей, которые всю жизнь воевали друг с другом. Но в 46 лет Колин нарушила свое обещание и в пятницу 13 числа вышла замуж за 33-летнего предпринимателя и художника Рика Робинсона. Они прожили душа в душу до конца своих дней.

#9. Большую часть жизни писательница прожила на острове Норфолк, построив дом площадью 8000 квадратных метров: «Да, я знаю, что это большой дом, но меня миниатюрной Итак, тоже не назовешь». Источник

Колин Маккалоу (Colleen McCullough) родилась 1 июня 1937 года в Веллингтоне,  в небольшом городе в австралийском штате Новый Южный Уэльс, Австралия.

Места там очень красивые, это плодородная долина реки Макквори. Её мать была новозеландка по происхождению и очень гордилась своей маорийской кровью. А отец, Джеймс Маккалоу, был ирландцем, и на полном основании полагал себя потомком первопоселенцев Австралии.

Семья постоянно переезжала, и девочка просто не успевала найти себе друзей, как приходилось снова менять место жительства. Сверстников ей заменило чтение запоем, рисование и сочинение стихов. Она научилась читать, к тому времени, когда ей исполнилось три года.

«Моим единственным прибежищем было чтение. Я читала все, без разбору, — вспоминала Маккалоу. — Шла Вторая мировая, бумаги не хватало, и никто не печатал книг».

Этот ребенок был единственным «книжным червём» в семье спортсменов. Но и спорта она не чуралась, общее семейное хобби — альпинизм – также увлекал девочку. А ее мать, Лори Маккалоу, даже в возрасте семидесяти четырёх лет еще совершала горные восхождения.

Маккалоу обосновались в Сиднее, и Колин пошла учиться в католический колледж Св. Креста. Там она ошеломила преподавателей своей эрудицией, особенно в области гуманитарных наук. Она мечтала о творческой профессии, однако родители, наученные горьким опытом Большой депрессии, решительно настояли, чтобы дочь избрала такую стезю, которая могла бы ее хорошо обеспечивать. Именно для этого семья, собрав все свои средства, переехала и осела в Сиднее — чтобы девочка могла поступить в медицинский колледж Holy Cross и получить престижную специальность.

Колин вполне реалистично воспринимала планы родителей, их желание помочь ей устроиться в жизни. Она соглашалась с ними, что медицина — очень хорошая профессиональная сфера для женщины. Постепенно её заветной мечтой стала нейрохирургия.

Выступая на книжной выставке Radio National, Маккалоу рассказала о том, как она начала писать, неожиданно для себя купив пишущую машинку на деньги, подаренные ей ее матерью для столь необходимого пальто.

«Итак, я отправилась в город с пятью фунтами, чтобы купить пальто, и я увидела переносную пишущую машинку Blue Bird за пять фунтов, поэтому я купил ее вместо пальто», — сказала она.

One of the six identical electric typewriters McCullough used for writing
Read more

Мечта детства о том, чтобы быть врачом, была разбита в первый год ее обучения в медицинском колледже, когда она перенесла дерматит из-за хирургического мыла.

Коллин Маккалоу : Меня всегда влекло к медицине, насколько я помню, и именно хирургическая сторона медицины действительно меня заинтересовала. Поэтому, возможно, вы видите, если бы у меня не было возможности пойти в такое место, как Йель, и сделать много, чтобы стать нейрохирургом, а потом начать писать книги, избавившись от тяги к нейрохирургии на бумаге, никому не повредив, кто знает, возможно, я могла бы стать самым знаменитым серийный убийцей в мире.

Рамона Коваль : Но как насчет вас … вы знаете, вы были нейрофизиологом, вы были ученым, но вы говорите, что вас влекло к медицине; так вы все же хотели быть врачом?

Коллин Маккалоу : О, я хотел быть врачом, но, к сожалению, у меня ужасная болезнь кожи, что означает, что у меня полностью аллергия на мыло, поэтому я не могла выносить специальный скраб, не могла стажироваться. А медицина состоит из практических манипуляций! В результате я не могла заниматься медициной.

И, конечно же, проводить операции тоже не могла, ведь операция — это непрерывное и тщательное очищение кожи. Я никогда бы этого не сделала, никогда, никогда, и поэтому я полагаю, что все это… было большим разочарованием для меня, но это не уменьшало моего интереса к хирургии и миру хирурга. Я не могу сказать, почему. Возможно, во мне какой-то дух войны, ведь я написала все свои римские книги, которые на самом деле очень кровавые. Мой редактор, я помню, сказал … Я думаю, что это была The Grass Crown , что она никогда в своей карьере редактирования не читала книгу с таким кровавым концом. И она добавила, что очарована таким финалом. Я полагаю, что тяга к кровавым сюжетам… как и к кровавым профессиям — это неотъемлемая часть человечества.

От мечты стать практикующим врачом девушке пришлось отказаться и переключиться на изучение неврологии. Будучи студенткой медицинского колледжа, Маккалоу зарабатывала, работая библиотекарем, учительницей начальных классов, журналистом и даже водителем автобуса в глубинке Австралии.

Колин Маккалоу окончила медицинский факультет Сиднейского университета (Австралия) и Университета Южного Уэльса (США), Институт детского здоровья при Лондонском университете.

После учебы Колин пять лет успешно руководила отделением нейрофизиологии в Королевской больнице Северного побережья. В 1963 году Маккалоу переехала в Великобританию, поступив на работу в лондонскую больницу Грейт-Ормонд Стрит, где она встретилась с Гилбертом Глейсером, главой неврологического отделения Йельского университета, предложившим перспективной специалистке работу.

Вот почему следующие десять лет госпожа Маккалоу посвятила Йелю, где она занималась преподавательской и исследовательской работой.

В 1967-1976 годах преподавала в медицинской школе при Йельском университете (США). В свободное время она писала картины, занималась литературным творчеством, однако не думала публиковать свои книги. Все решила необходимость зарабатывать деньги: Колин платили в два раза меньше, чем ее коллегам-мужчинам. Именно в это время она написала свои первые два романа.

В 1974 году вышел первый роман Колин Маккалоу «Тим». История одинокой немолодой женщины и немного отстающего в развитии юноши по имени Тим, не может не затронуть самые сокровенные струны в душе человека. Все есть в этой повести: любовь и сострадание, одиночество и жажда простого человеческого тепла.

Роман «Тим» был посвящен медицинской проблематике (умственной отсталости), его публика встретила благосклонно, следующий роман — «Поющие в терновнике» — вообще произвел эффект разорвавшейся бомбы. В это произведение, по словам самой Колин, она вложила всю себя.

Семейная сага «Поющие в терновнике» была издана в 1977 году , она охватывала жизнь нескольких поколений семьи Клири. Книга быстро завоевала признание читателей и принесла писательнице мировую известность. И этот творческий взлет, невероятное раскрытие мощного писательского дарования свидетельствуют, что Колин вовсе не безучастной пассажиркой колесила с родителями по стране. Она выслушала множество историй, проживая в них все жизни заново, чтобы в результате возникла книга, в которой тонко угадана главная потребность людей: стремление любить, несмотря на все преграды нашего сложного реального мира, заполненного массой условностей.

Лично у меня от этой книги навсегда осталось впечатление хрупкости и беззащитности человеческой любви,  ее цепкости, упрямства и всепобеждающей силы.

Роман Маккалоу по своей сути жизнеутверждающий, призывающий бережнее относиться к собственному зову души и сердца. Но еще он о том, что жизнь каждого из нас — интереснейшая история, которую просто надо увидеть самим, успеть это осознать.

Коллин Маккалоу и Энтони Четам подписывают контракт публикации THE THORN BIRDS, 1977

Энтони Чиетам и Рози де Курси работали с Кол с самого начала ее писательской карьеры, в 1977 году в издательстве Futura они опубликовали THE THORN BIRDS.

Энтони пишет:

Australian-born author Colleen McCullough laughs during a news conference in New York on Tuesday, March 1, 1977. (AP Photo)

Три года спустя она нашла постоянный дом и убежище от внезапной известности на острове Норфолк, невероятное пятнышко субтропического рая, потерянного в океане между Австралией и Новой Зеландией. Она купила недвижимость, Out Yenna, построила дом и вышла замуж за строителя Рика Робинсона, потомка мятежников на Баунти. Своего мужа она называла «частью самоанского принца, часть преданного мужа».

Затем последовало еще несколько книг: потрясающий выпуск романов, историй, научной фантастики, мифов, биографии и тома автобиографических очерков с названием, которое вырало ее отношение к миру: ЖИЗНЬ БЕЗ ИНФЛЯЦИИ.
Она писала главным образом после наступления темноты, до 20 000 слов за ночь, спала до позднего утра и снова возвращалась к жизни днем, чтобы организовать домашнее хозяйство, кормить своих гостей гигантскими стейками, большими, чем обеденные тарелки или жареной свининой и сладким картофелем с хрустящей корочкой, поднимая эти простые блюда до формы искусства. А десертом  предоставлялась возможность разделить ее непогрешимые взгляды на все: от астрофизики до зоологии. А после ужина в игре слов она могла раздавить всех претендентов на победу своим знанием экзотических двухбуквенных слов, отобранных из словаря.

Ни одна из последующих книг даже не приблизилась к успеху THE THORN BIRDS. Это было, по крайней мере частично, добровольным решением. Она отвергла идею сиквела, которая помогло бы ей пережить «денежное цунами», на том основании, что не видит себя как писателя романтических «книг с чудом». За ее решением была, возможно, более глубокая истина. ПОЮЩИХ В ТЕРНОВНИКЕ можно прочитать как фэнтезийную автобиографию, гимн депрессивной тоски, электрический с сексуальным напряжением роман, задуманный и созданный в сознании книжного подростка, рожденного от недоброго отца и беззаботной матери. Возможно, эта история была вызвана нищетой и изоляцией сельской заводи. Возможно, она убедила себя, с некоторой справедливостью, что повторное исполнение THE THORN BIRDS просто невозможно.

Это ее книголюбие спасло Кольцо от ее фона. Она выиграла место для изучения медицины в Сиднейском университете и переехала в Лондон после окончания университета для работы в исследовательском институте, прежде чем принять исследовательский пост в Йеле. Переход от медицины к нейрофизиологии был результатом аллергического заболевания кожи, которое препятствовало непосредственному контакту с пациентами. Именно в Нью-Хейвене она написала свой первый роман TIM в 1974 году о психически неполноценном мальчике и его отношениях со старшей женщиной. Именно здесь она столкнулась с работой Эриха Сегала, профессора классики, который нашел известность и удачу, написав романтический бестселлер под названием LOVE STORY. Этот реальный пример Сигала и вызвал в результате на свет ПОЮЩИХ В ТЕРНОВНИКЕ. Кол начала работу в 1971 году, и книга была впервые опубликована в Нью-Йорке Харпер и Роу в 1977 году.

Влияние Сегала здесь не закончилось. ПОЮЩИЕ В ТЕРНОВНИКЕ не стали самым большим опусом Кол. Им стали MASTERS OF ROME, семь романов о жизни и временах Юлиуса Цезаря, каждый из которых имел до тысячи страниц, работа над которыми заняла  почти тридцать лет с начала 1980-х годов до публикации окончательного тома в 2007 году.

Исследование само по себе было монументальной задачей. Библиотека на несколько тысяч книг и монографий по всем аспектам римской истории и цивилизации накапливается на книжных полках ее дома. Она нарисовала карты городов и полей битвы, просмотрела в музеях всего мира бюсты и свитки, провела консультации с экспертами в десятке университетов и записала каждый известный факт о ее предмете и его времени. Первоначально эта работа не была рассчитана на такие масштабы, но она росла и продолжала расти, вызванная приливной силой ее решимости и ожесточенной радостью, которую она испытывала, когда обнаруживался новый факт или альтернативная интерпретация. Никакой редактор или издатель не мог противостоять этой волне или осмеливался хотя бы предположить, что сюжетная линия может быть улучшена благодаря некоторой разумной резке, и каждый год приносил все больше заказных бордовых коробок, отправленных из южной части Тихого океана.

На протяжении всей своей жизни на острове Норфолк она страдала от плохого состояния здоровья: кожа, глаза, суставы, почки, бессонница по очереди превращались в препятствие, которое она преодолевала силой своей воли. Артрит в ее пальцах казался самым жестоким наказанием для писателя, который должен был носить перчатки, чтобы уменьшить боль прикосновения к клавиатуре.

К концу были денежные проблемы. Выплаты роялти были снижены, а медицинские счета все росли. Ее безбрежное гостеприимство тоже понесло ощутимые потери. Однако ее последний роман BITTERSWEET в 2014 году, также известный как Книга Чука, вернул ее к своим корням: два набора девочек-близнецов, работающих в больнице в селе Новый Южный Уэльс, чтобы вдохнуть жизнь в поколение солдат, искалеченных в траншеях Первой Мировой войны. Это был бестселлер.

Коллин Маккалоу получила многочисленные академические и литературные награды, степени и призы, как дома, так и за рубежом. Для писателя этого некролога наиболее подходящим, безусловно, должно быть заявление австралийского правительства 1997 года о том, что она является национальным достоянием. Источник

Рози пишет:

Почти каждый редактор может идентифицировать книги, которые оказались поворотными моментами в их издательской жизни. Один из самых больших — возможно, самый большой — у меня был THE THORN BIRDS. Это было 1976 год, и Харпер и Роу продавали на аукционе права Великобритании. Как новая компания в мягкой обложке, Futura был очень низким в иерархическом порядке, но Нэт Собель, наш американский агент, сумел набросать нам пробные куски для чтения чтения, и я прочитала их так быстро, как только мола. Я помню, как начинала роман после обеда, сидя на полу, скрестив ноги. Я не думаю, что мне пришлось спать той ночью.Торги на THORN BIRDS в течение следующей недели были абсолютно свирепыми. Как у Энтони хватило смелости надавить на наш санкционированный президентом лимит на авансы — я никогда не узнаю. Но мы победили, а остальное — история. Коллин Маккалоу изменила нашу жизнь, как писателя, так и друга. Это конец особой эпохи, и сегодня мне очень грустно.

Большая романтическая сага, с описанием бытовых подробностей жизни простых людей, с историей любви между католическим священником и деревенской девушкой быстро захватил мир,  в первый же год было продано 30 миллионов экземпляров. В качестве австралийского аналога «Унесенных ветром» роман позволил получить Маккалоу рекордную для 70-х сумму в $1,9 млн. за права в мягкой обложке.

Как и ее первый роман, Тим (1974), он был легко адаптирован для экрана, а мини-сериfk достигла самых высоких рейтингов в истории телевидения США.

По сообщениям, она печатала по меньшей мере 15 000 слов в течение ночи в 1975 и 1976 годах в физически болезненном процессе производства 1000-страничной рукописи для The Thorn Birds.

В 1983 году по книге был снят телевизионный сериал с Ричардом Чемберленом и Рэйчел Уорд в главных ролях. Фильм получил множество телевизионных наград, побил рекорды по просмотрам. Но при этом Колин его буквально ненавидела, считала обычным «мылом» и говорила, что актеры, которых пригласил режиссер, совершенно не подходят на роли. Она была уверена, что зрители лишь потому полюбили ленту, что очень хотели увидеть героев книги на экране.

Успех ранней художественной литературы Маккалоу позволил побудил ее оставить свою карьеру в качестве нейрофизиолога, посвятить себя литературе и жить в сравнительной изоляции на острове Норфолк. Колин Маккалоу являлась членом-корреспондентом Нью-Йоркской Академии наук и членом Американской ассоциации продвижения научных знаний. Международный резонанс ее бестселлера позволил ей написать, что она сделала свой выбор как независимая женщина без финансовых проблем, влияющих на ее творческие решения.

Маленький тихоокеанский островок, внематериковая территория Австралии — жизнь на нем тиха и размеренна. Это небольшой (5×8 км) вулканический остров с холмистой поверхностью — вершина древнего подводного вулкана в цепи подводного хребта Норфолк. Базальтовое основание острова покрыто плодородной вулканической почвой, местные жители обрабатывают почти четверть всей площади.

 

Вместе с несколькими еще меньшими островами (самые большие из них — Филлип и Непин) и скалами образует одноименный архипелаг, административно входящий в состав Австралии в статусе внешней территории. Большая часть береговой линии Норфолка — обрывистые утесы, за исключением небольшого участка на юге, в районе заливов Сидней-Бэй и Эмили-Бэй, где берег плавно спускается к океану. Здесь же находится и столица острова — Кингстон.

С климатом Норфолку повезло: тайфуны здесь хотя и частые, особенно с мая по июль, но еще не достигают разрушительной силы, а проявляются в виде ливней и штормов.

Островитяне собирают семена местного вида сосны, ловят рыбу и пасут скот. И очень горды историей своего круглого островка. Историей островной тюрьмы, откуда никак не сбежишь.

Традиции островитян во многом унаследованы от переселенцев с Питкэрна и стали результатом смешения англо-саксонской и таитянских культур: матросы «Баунти» были англичанами, женщины — таитянками.

Второй этап начался в 1825 г., и на этот раз колониальные власти решили превратить остров в тюрьму для «неисправимых», совершивших новые преступления уже в колонии. Губернатор Нового Южного Уэльса Томас Брисбен, по образованию астроном и математик, писал, что сделает из Норфолка место, «где можно оставить надежду на возвращение». То и дело на острове вспыхивали кровавые бунты, пока в 1854 г. тюрьму не закрыли по требованию общественности, в том числе церкви.

Знаменательное событие в жизни Норфолка — прибытие в 1856 г. с острова Питкэрн потомков тех, кто устроил еще в 1789 г. знаменитый мятеж на корабле «Баунти»: на Питкэрне им стало просто тесно.

С 1913 г. остров стал владением Австралии.

Треть островитян считает себя прямыми потомками экипажа «Баунти», треть — потомки переселенцев из Австралии и Новой Зеландии и потомки бывших каторжан. Остальные —удивительная смесь новозеландцев, американцев, голландцев, французов, англичан, русских.

Кроме английского в быту островитяне говорят на норфолкском языке — причудливом коктейле из английского языка XVIII в. и древних диалектов таитянской языковой группы. Английский постепенно вытесняет этот язык, но островитяне поддерживают традицию: издают словари, устраивают лингвистические конференции, а в разговоре с туристами местные достопримечательности называют исключительно по-норфолкски.

Городов на Норфолке нет, а то, что островитяне называют тауном — на самом деле пара поселков: административный центр и порт Кингстон, а также «экономическая столица» — поселок Бёрнт-Пайн в глубине острова. Вне таунов люди живут на фермах, разбросанных по всей территории. Население: 2210 чел. (2014 г.).

источник

«Это было достаточно близко, чтобы следить за моей семьей, матерью и двумя дядями, не проживая на том же континенте», — смеется она. Ее мать, Лаура МакКаллоу умерла слепой и глухой, в возрасте 98 лет, в 2005 году.

К концу семидесятых, оставив Лондон и Коннектикут, писательница осела в тихой пристани на тихоокеанском острове Норфолк, где писала третий роман «Непристойная страсть». В тот период она и повстречала своего будущего мужа, Рика Робинсона. Свадьба состоялась 13 апреля 1983 года в то время как жениху было тридцать три года, а невесте — сорок шесть. Ее брак с Риком Робинсоном был благополучен и счастлив, они прожили  вместе много лет.

Colleen McCullough and her husband Ric Robinson

Маккаллоу ни в коем случае нельзя назвать «писателем одного романа» — все ее книги (а их более десятка) имели довольно значительный коммерческий успех, что позволило писательнице построить свою судьбу так, как хотелось именно ей, не оказавшись в плену у обстоятельств.

Колин продолжала выпускать книги о любви — «Непристойная страсть», «Прикосновение», «Леди из Миссалонги». Она писала и детективы, вышло несколько произведений о приключениях сыщика Кармайна Дельмонико. Кроме того, писательница увлекалась исторической прозой. За исследование истории Древнего Рима в книгах «Первый человек в Риме» и «Женщины Цезаря» она получила высшую ученую степень в лингвистике – доктора словесности в сиднейском университете Макари.

Колин Маккалоу написала романы «Неприличная страсть» (1981), «Символ веры третьего тысячелетия» (1985), «Леди из Миссалонги» (1987), «Песнь о Трое» (1998), «Путь Моргана» (2000), «Прикосновение» (2003), «Милый ангел» (2004).

В 2008 году был опубликован роман «Независимость мисс Мэри Беннет» — продолжение книги Джейн Остин «Гордость и предубеждение».

Маккалоу также написала серию книг «Владыки Рима»: «Первый человек в Риме» (1990), «Венец из трав (Битва за Рим)» (1991), «Фавориты Фортуны» (1993), «Женщины Цезаря» (1996), «По воле судьбы (Цезарь)» (1997), «Октябрьский конь» (2002), «Антоний и Клеопатра» (2007).

Для серии романов о Древнем Риме Маккалоу провела столь глубокие и профессиональные исторические исследования, что в 1993 году была удостоена звания почетного доктора наук Университета Маквайра.

Маккалоу очень гордилась своей исторической серией «Мастера Рима», которую она написала в основном в 1990-х годах. В интервью Эндрю Дентону в 2007 году она обратила внимание на 13 лет работы, которые она посвятила обеспечению исторической точности серии:

Это наследие, которое я хотела бы оставить, по крайней мере, в римских книгах, потому что они — плод тщательного анализа той эпохи. Они изображают жизнь так, как я могу, насколько это возможно точно.

Серия Маккалоу, как более серьезный и ориентированный на мужчин труд, нашла таких известных поклонников, как Генри Киссинджер, Ньюте Гингриче и Боб Карре.

Ее последняя книга «Bittersweet» (2013), роман о четырех австралийских сестрах, действие которого происходит в 1920-х годах, заставил Маккалоу вернуться к женской фантастике.

Маккалоу никогда не присоединялся к коммерческому давлению и требованиям читателей написать продолжение романа The Thorn Birds. Она обижалась из-за того, что ее лучшие исторические романы не отмечены литературными наградами, за исключением премии Сканно за литературу в Италии за «Песню Трои» (1998), и что ее работы редко обсуждались литературоведами.

Единственным продолжением Маккаллоу, которое когда-либо было завершено, было продолжение «Гордости и предубеждения Джейн Остин», где описываются события, происходящие через 20 лет после событий оригинала, «Независимость мисс Мэри Беннет» (2008). Она нисколько не скрывала, что писала в пику Остен с ее преданной армией поклонников и академической индустрией, несколько опуская с пьедестала почета, возможно, самого великого когда-либо женского писателя как «переоцененного».

В 2000-е годы были опубликованы романы Колин Маккалоу о детективе Кармайне Дельмонико «Включить. Выключить» (2006), «Слишком много убийств» (2009), «Неприкрытая жестокость» (2010) и «Блудный сын» (2012).

Всего за свою писательскую карьеру Маккалоу опубликовала более 20 произведений. В 2013 году вышла в свет ее последняя книга под названием «Горькая радость».

Многие ее произведения, в том числе «Тим» и «Непристойная страсть», были экранизированы. По мотивам романа «Поющие в терновнике» в был снят популярный телесериал, вышедший на экраны в 1983 году.

В 2005 году Колин Маккалоу вместе с членами своей семьи снялась в короткометражной комедии Popcorn People.

«Я начинаю писать новую книгу, как только заканчиваю предыдущую. В противном случае начинаю скучать, а все окружающие – меня за это ненавидеть», — рассказывала она. Всего её перу принадлежит 25 романов, многие из которых были экранизированы. Однако в последние годы Колин было трудно заниматься работой. У нее была невралгия тройничного нерва. Это трудно поддающееся лечению заболевание еще называют «болезнью самоубийц». Она вызывает нестерпимые боли в разных частях лица, включая губы и глаза, и порой толкает людей на суицид.

Маккалоу признавалась в интервью сиднейской газете Sunday Telegraph: «Боль невыносима. Я имею дело со словом, но не могу описать ее словами. Она настолько сильна, что я громко кричу. Я не нытик и могу терпеть боль, но терпеть эти боли нет сил». Из-за болей Колин даже пришлось прерывать рекламные туры, связанные с ее новыми книгами. В 2002 году она почти перестала видеть левым глазом и начала терять зрение в правом. Тогда больная еще и диабетом писательница, чтобы окончательно не ослепнуть, решилась на новое лечение глаз. На помощь пришел известный австралийский офтальмолог Марк Гиллис. Лечение отчасти помогло, но против невралгии оказалось бессильно.

Наследственность, доставшаяся от матери в Коллин было геморрагической макулярной дегенерацией, состояние, которое влияет на сетчатки, и которое оставило ее без центрального зрения в левом глазу и только около пяти восьмых зрения, затрудняя чтение.  Нервы в ее позвоночнике также деформированы, что затрудняло прогулки. Она все еще могла справиться с этим, но говорила, что это состояние вызывает у нее большой дискомфорт.

«Я все больше склоняюсь к использованию инвалидного кресла, потому что я ужасно устала», — говорила она.

«Моя мама прошла прямо противоположный путь, — говорила Колин. — Физически она была как сильной, так и здоровой, как бык, пока она не умерла с пошатнувшимся разумом. У меня с точностью до наоборот: мое тело — рухлядь, но мой разум не таков. Я живу в своих мыслях, и, наверное, это самое замечательное. То, что в мыслях можно жить. Я не хочу планировать слишком много, потому что было бы ужасно больно свалиться с копыт прямо посреди книги. Я предпочитаю уйти из этого мира между книгами». Ее последнее произведение, роман «Горькая радость», вышел в 2013 году. 29 января писательницы не стало.

И на похоронах она оставалась верной себе, во время церемонии звучала ее речь, записанная на такой случай на диктофон.

Коллин Маккалоу : Нет, это не потому, что у меня есть редкая форма дегенерации желтого пятна, которая является геморрагической, а не склеротической. Есть 800 000 австралийских страдающих от макулярной дегенерации всех видов, и я чувствую, что люди высокого ранга не часто получают эти вещи, или они это скрывают. Я чувствую, что могу сделать больше пользы, будучи полностью открытой в этом, позволяя коллегам-страдаюльцам знать, что это не конец света.

Рамона Коваль : Как это влияет на вашу повседневную жизнь?

Коллин Маккалоу : Я, например, не могу измерить высоту шага или увидеть пробежку в полу, так что я навсегда сработаю, если я не пойду на кого-нибудь. Это затормозило мою ходьбу, так что я не хожу так хорошо, как раньше, потому что я не могу выйти. Чтение и письмо я все еще могу сделать, но с гораздо большим трудом, чем раньше, потому что я потеряла все центральное зрение в левом глазу, поэтому я лечу  правый глаз.

Рамона Коваль : А как насчет того, как вы, например, собираетесь справляться, например, с материалами для чтения или исследованиями? Вы, должно быть, подумали о том, как обойти это.

Коллин Маккалоу : Ну, я не думаю, что есть какой-то способ обойти … если слепота сделает свое дело, я не смогу читать, тогда я никогда не смогу писать такие книги, которые я написал время от времени, например, Римские книги, требующие так много чтения. Я думаю, что это, пожалуй, одна из причин, почему я написала этот криминальный роман, потому что я думаю, что если я действительно полностью ослепну, мне будет намного проще написать детектив, потому что я могу сохранить все темы в уме, я могу выйти в Интернет или что-то в этом роде. Эта книга докажет, могу ли я это сделать, могу ли я освоить жанр детектива. А  затем, если я окончательно ослепну, мне все равно нужно куда-то двигаться как писателю. Итак, вы видите, что старый ум все время тикает.

29 января 2015 года Колин Маккалоу скончалась в больнице на острове Норфолк на 78-м году жизни.

2004г “I have an editor in my head, that’s why I can’t read Harry Potter,
because she (J.K. Rowling) is such a lousy writer,” the woman with the
giant-sized personality confessed.“I applaud her so much, but I can’t read Harry Potter because the editor in my head is going strike that, why did you do that?” http://www.the-leaky-cauldron.org/2004/11/25/colleen-mccullough-jkr-is-a-lousy-writer/

Источники:

Биография Колин Маккалоу

Биография Колин Маккалоу 

Colleen McCullough lived with no regrets

Was Colleen McCullough under-regarded as a writer? The next few chapters will tell

Vale Colleen McCullough, 1/6/1937 – 29/1/2015

Колин Маккалоу: «Я жила в своих мыслях»

Биография Колин Маккалоу

Colleen McCullough: Internationally acclaimed Australian Thorn Birds author dies aged 77

Colleen McCullough, 1 June 1937 – 29 January 2015

Пророки и мстители

Чтв, 25/10/2018 - 17:00

Я вся — тона жемчужной акварели,
Я бледный стебель ландыша лесного,
Я легкость стройная обвисшей мягкой ели,
Я изморозь зари, мерцанье дна морского.

Там, где фиалки и бледное золото
Скованы в зори ударами молота,
В старых церквах, где полет тишины
Полон сухим ароматом сосны,-

Я жидкий блеск икон в дрожащих струйках дыма,
Я шелест старины, скользящей мимо,
Я струйки белые угаснувшей метели,
Я бледные тона жемчужной акварели.

Максимилиан Волошин

Максимилиан Волошин тоже один из тех поэтов, «которых никто не читает», ну, или, по крайней мере, не понимают… из прочитанного. На уровне «смотрят в книгу — видят фигу». Впрочем, вполне возможно, что прикидываются, поскольку недавно у нас произошла полная визуализация случая 1913 г. с нападением на известную лживую картину Ильи Репина.

И.Е.Репин «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года» (1885, холст, масло. 199,5 х 254), принадлежит собранию Государственной Третьяковской галереи (инв. 743)

26.05.2018 г. Трагедия в Третьяковке: нападение на картину «Иван Грозный убивает своего сына»

Злоумышленник ворвался в зал художника Ильи Репина в Третьяковской галерее, схватил металлическую стойку ограждения и успел нанести несколько ударов по застекленному полотну картины

РИГА, 26 мая — Sputnik. Шедевр постоянной экспозиции Третьяковской галереи в Москве — картина Ильи Репина «Иван Грозный и его сын Иван 16 ноября 1581 года», также известная как «Иван Грозный убивает своего сына», серьезно пострадала от рук вандала, сообщается на официальном сайте галереи.

Инцидент произошел в пятницу, 25 мая, прямо перед закрытием музея, когда сотрудники Третьяковки уже проводили плановый осмотр залов. Мужчина из числа последних посетителей галереи прорвался в уже пустой зал Ильи Репина сквозь группу сотрудников музея и нанес по застекленному полотну картины «Иван Грозный убивает своего сына» несколько ударов металлической стойкой ограждения.

 Тут же отписалась «Комсомолка», дав понять, что это у нас «обычное дело», все нападают на картины, потом напрочь забывают, как проспятся… Поскольку напавший на эту картину в мае текущего года совершенно не мог объяснить случившегося.

Человек, изрезавший картину Репина в 1913 году, вскоре забыл о своем поступке

Вспоминаем самые известные случаи вандализма по отношению к произведениям искусства

Прямо в духе «следствие закончено — забудьте!» Здесь небольшая неувязочка. В 1913 году происходило много славных событий, включая… всякие-разные. Но заступничество Максимилиана Волошина за человека, напавшего на картину, включается в пять наиболее существенных штрихов к портрету этого поэта и художника.

11 Августа 2013 г.  5 любопытных историй о Максимилиане Волошине
Интересные истории из жизни Максимилиана Волошина.
1. Волошин говорил о своем детстве: «Материнство для меня – это ботфорты и стек». Мать Волошина Елена Оттобальдовна была женщиной волевой и самобытной. Вскоре после рождения сына она разошлась с мужем и воспитывала Макса самостоятельно. «Вся мужественность, данная на двоих, пошла на мать, вся женственность – на сына», — делилась наблюдениями Марина Цветаева. Елизавета Оттобальдовна сама зарабатывала на жизнь и носила мужской костюм. В Максе она хотела воспитать бойцовский характер, а мальчик рос, как впоследствии сказала о нем Марина Цветаева, «без когтей», был ко всем миролюбив и дружелюбен. И в Коктебеле, куда Волошин переехал с матерью в 16 лет, Елизавета Оттобальдовна… нанимала окрестных мальчишек, чтобы они вызывали ее сына на драку. С матерью Волошин оставался близок до самой ее смерти (он пережил ее всего на 9 лет).

 

2. В 1913 г. вызвала скандал реакция Волошина на историю с картиной Репина «Иван Грозный и сын его Иван». 16 января 1913 г. 29-летний иконописей Абрам Балашов пришел в Третьяковскую галерею с ножом, бросился на картину и трижды полоснул ее с воплями: «Довольно крови! Довольно крови!» (потом художнику пришлось воссоздавать лица героев заново). Журналисты, критики и художники возмущались поступком Балашова, требовали для него сурового наказания, сочувствовали Репину. А Волошин 19 января в газете «Утро России» выступил со статьей «О смысле катастрофы, постигшей картину Репина», в которой возложил вину на… автора картины. По мнению Волошина, натуралистическое изображение убийства вызвало ответное насилие.

 

3. Марина Цветаева в очерке «Живое о живом» писала, что Волошин умел усмирять даже собак. Однажды, когда он ехал по коктебельским горам на велосипеде, на него напала стая пастушеских собак. Волошин объяснял Цветаевой свое спасение: «Не буду же я, в самом деле, драться с собаками! А я с ними поговорил». Цветаева предполагала, что «разговор» происходил так. Волошин отводил в сторону вожака и читал ему мораль: «Ты, как самый сильный и умный, скажи, пожалуйста, им, что велосипед, во-первых, невкусен, во-вторых, мне нужен, а им нет. Скажи еще, что очень неприлично нападать на безоружного и одинокого. И еще непременно напомни им, что они овчары, то есть должны стеречь овец, а не волки – то есть не нападать на людей. Теперь позволь мне пожать твою благородную лапу и поблагодарить за сочувствие…». По мнению Цветаевой, примерно так же Волошин разговаривал во время гражданской войны с красными и белыми бандами: заявлял, что хочет «поговорить с кем-нибудь одним, — желание всегда лестное и требование всегда удовлетворимое, ибо во всякой толпе есть некий <…> ощущающий себя именно тем одним. Успех его уговоров масс был только взыванием к единственности».

 

4. По воспоминаниям многих его знакомых, Волошин обладал экстрасенсорными способностями. Марина Цветаева рассказывала (правда, с чужих слов), что у Волошина в момент сильного напряжения из концов пальцев и концов волос вылетали искры, от них однажды даже загорелась занавеска. А как-то раз он потушил пожар в подвале мановением руки. Но есть и объективные свидетельства: например, от прикосновения руки Волошина у людей проходила боль. Екатерина Бальмонт, жена Константина Бальмонта, рассказывала, что «у Макса есть магнетическая сила, он наложением рук излечивал нервные боли, что и многие мои знакомые испытывали на себе».

 

5. 22 ноября 1909 г. Волошин и Николай Гумилев устроили дуэль на Черной речке. Секундантами Гумилева были поэт Михаил Кузмин и секретарь поэтического журнала «Аполлон» Евгений Зноско-Боровский, со стороны Волошина – Алексей Толстой и театральный критик Александр Шервашидзе. Пистолет Волошина дал осечку. Гумилев выстрелил мимо (может быть, в воздух). Волошин хотел выстрелить еще раз, но пистолет заклинило, Толстому пришлось разрядить его в снег. Стрелялись из-за поэтессы Елизаветы Ивановны Дмитриевой. Некрасивая хромоногая девушка, она была близко знакома с Гумилевым. Летом 1909 г. Дмитриева и Волошин придумали мистификацию: литературную маску Черубины де Габриак. Под этим именем Дмитриева стала посылать стихи в журнал «Аполлон» и получила огромный успех. В письмах и телефонных разговорах с редактором журнала Сергеем Маковским она сообщала только, что она юная девушка из католической семьи.

 

Мистификация продлилась всего 3 месяца, затем «Черубину» разоблачили. В ноябре 1909 г. Гумилев цинично о ней отозвался при Волошине, и получил от великого миротворца пощечину. Так состоялась вторая в истории литературы дуэль на Черной речке.

Все эти факты не только мистическим образом замыкаются в биографии самого поэта, но и сказываются… да на судьбах всего человечества!

Перечитаем его статью о великой революции, отметив для себя те ассоциации, которые у поэта вызывают революционные события в России. Здесь идут самые прямые аллюзии с событиями Великой французской революции, поскольку происходящее на редкость дико, не укладывается в традиционное мировоззрение, а при этом у всех активных участников событий наблюдается откровенное фиглярство в манипуляциях общественным сознанием в Великой французской революции.

И это… по меньшей мере странно, если не учитывать, что финансовые потоки, как биение пульса, всегда очень чутко улавливаются каждым настоящим художником. Они улавливаются и не настоящими, выражающими готовность к холуйству перед теми, кто завладел административными ресурсами в ходе государственного переворота.

И здесь ассоциативные связи Волошин выстраивает без какого-то «марксизма-ленинизма», «становления интернационального рабочего движения», без всей истории ХIХ века с «весной народов», с Парижской коммуной, наконец. Нет, все это совершенно несущественно, потому что у Максимилиана Волошина одна жесткая ассоциативная связь с Великой французской революцией.

French revolution

Мы все склонны считать людей, живших до нас, в чем-то намного глупее нас. Такое расхожее мнение, хотя именно на его гребне нам поднимают очередного «пророка» из тьмы небытия, из полного забвения… которое никогда не бывает случайным. Ведь если что-то потребуется… некоторые вещи всплывают сами по себе, даже уничтоженные пожаром. Ну, как Боянов гимн или Слово о полку Игореве.

Конечно, Максимилиан Волошин мучительно искал истоки происходящего, прежде всего, в своей жизни, в чем-то беспечной и легкомысленной. Точнее, во всем. И, кстати, много шло от его его мамы-феминистки… Так что все эти пять странных фактов оказали значительное влияние… на него лично, но не только.

Мы же все знаем, как он выживал в Крыму вместе с мамой. Да и статья, которую мы сейчас перечитаем, лишь доказывает, что ни он, ни мама революции в таком виде не приняли. Промышленные революции у них прошли хорошо, а вот социальные… что-то не покатили.

И для нас как раз мама Волошина показывает, что не стоит лепить всем подряд кожаные тужурки сатанинских тварей в женском облике. Хотя бы! Для начала! И это… очень многое меняет, если вы заметили.

Ну а… революционные аллюзии именно с Великой французской революцией объяснимы… путями финансирования и вывоза капиталов. Самые выдающиеся рывалюционеры прибыли накануне в Францию из Швейцарии. Да и у нас все окружение Ильича первым дело обзавелось счетами в швейцарских банках.

Вот Волошин с заметным удивлением для себя и находит… много общего. Ну, мы еще поговорим о его творчестве… хотя бы как об авторе «Китежа» 1919 года надо поговорить.

О! Кому-то показалось, будто мои рассуждения о «финансовых потоках» — беспочвенны. Только хотела закончить преамбулу, как сразу получила «вопрос из зала». Так примерно, это и происходит.

Теодор Драйзер еще писал в своем самом известном произведении, что речь-то на самом деле всегда идет о деньгах. Ну, что еще можно написать в Америке?.. С точки зрения складывающейся нации. Все последующее так и происходит в тени этой фразы, никому еще с той стороны Океана так и не удалось это опровергнуть. Да-да, особенно «Списку Шиндлера», а перед тем как — в «Спасти рядового Райена». Не говоря уж о нынешних блокбастерах с супергероями, которые на спасение мира выходят, как на привычную работенку, только им, дескать, по плечу.

Хорошо запомнила те оскорбления, которые пришлось выслушать, когда впервые сказала, что все рывалюции — не что иное, как переделы собственности. Неважно, как это дело назвать! Да хоть майданом… хоть какой-то цветной ревалюцией… да хоть «демократическими преобразованиями всго общества», значения не имеет. Кстати, там Волошин отмечает фразочку о том, что «демократия», с точки зрения революционных пророков и мстителей, это «наихудший вид рабства».

На мой взгляд, демократия — это всего лишь выверенное с Заповедями Господними стабильное законодательство, которое действует одинаково для всех слоев общества, прежде всего, «избранных членов». Не более того, но и не менее.

А финансовые потоки ощущаются хорошо, особенно, если всем в личность брякнуть «Денег нет, но вы держитесь!» Да и не подскажете, отчего это у нас демократические преобразования начались с грабежа счетов граждан в сберегательных кассах и намеренного обрушения курса рубля ставкой рефинансирования под 200% годовых? И что, до сих пор никто не сидит, кто это устраивал? И даже по радио нагло отвечают, что о денежках этих беспокоиться нечего, «они пропали»?.. А у вас все же главный вопрос о том, на какие шиши нынче выживать или о том, как Максимилиан Волошин устраивал «мистическую дуэль» с папашей Левушки Гумилева, всю дорогу бубнившего, будто типа не уголовка, а «пассионарность» виновата?

Вопросы риторические, все люди здесь 18+, так что неплохо ненадолго окунуться в историю с человеком, не утратившим связь с традиционными ценностями, несмотря на шибко прогрессивные социальные революции. И следите за деньгами, господа! Поверьте, на самом деле статья написана именно по финансовыми потокам, приготовленным к массовому кровопусканию.

ПРОРОКИ И МСТИТЕЛИ ПРЕДВЕСТИЯ ВЕЛИКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Максимилиан Волошин

Максимилиан Волошин

Я развернул книгу наугад, и мне раскрылась такая страница: «Весь мир осужден в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве, идущей из глубины Азии на Европу. Все должны погибнуть, кроме некоторых весьма немногих избранных. Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей. Но эти существа были духи, одаренные умом и волей. Люди, принявшие их в себя, становились тотчас же бесноватыми и сумасшедшими. Но никогда, никогда люди не считали себя так умными и непоколебимыми в истине, как считали эти зараженные. Никогда не считали непоколебимее своих приговоров, своих научных выводов, своих нравственных убеждений и верований.
Целые селения, целые города и народы заражались и сумасшествовали. Все были в тревоге и не понимали друг друга, всякий думал, что в нем одном заключается истина, и мучился, глядя на других, бил себя в грудь, плакал и ломал себе руки. Не знали, кого и как судить, не могли согласиться, что считать добром, что злом. Не знали, кого обвинять и кого оправдывать. Люди убивали друг друга в какой-то бессмысленной злобе. Собирались друг на друга целыми армиями, но армии уже в походе вдруг начинали сами терзать себя, ряды расстраивались, воины бросались друг на друга, кололись и резались, кусали и ели друг друга. В городах целый день били в набат: созывали всех. Но кто и для чего зовет, никто не знал того, и все были в тревоге. Оставили самые обыкновенные ремесла, потому что каждый предлагал свои мысли, свои поправки и не могли согласиться; остановилось земледелие. Кое-где люди сбегались в кучи, соглашались вместе на какое-нибудь дело, клялись не расставаться — но тотчас начинали что-нибудь совершенно новое, иное, чем сейчас сами же предполагали, начинали обвинять друг друга, дрались и резались. Начались пожары, начался голод. Все и все погибло.
Язва росла и подвигалась дальше и дальше. Спастись во всем мире могли только несколько человек, это были чистые, избранные, предназначенные начать новый род людей и новую жизнь, обновить и очистить землю, но никто и нигде не видал этих людей, никто не слыхал их слова и голоса»1.
Это последняя страница из «Преступления и наказания» — бред Раскольникова в Сибири. Я читал эту страницу много раз и раньше, но теперь мне казалось, что ее никогда раньше не было и она только что выросла в этой книге. Я читал ее другим, которые, я знал, любили эту книгу, и они тоже не могли вспомнить именно этой страницы. Очевидно, глаза наши до нынешних времен скользили по этим строкам, не видя их.
Только дыхание ужаса революции выявило их для нас, как прикосновение огня обнаруживает бледные буквы, написанные химическими чернилами на белом листе бумаги.
Оно было написано ровно сорок лет тому назад — это апокалипсическое видение, в котором уже есть все, что совершается, и много того, чему еще суждено исполниться.
Души пророков похожи на темные анфилады подземных зал, в которых живет эхо голосов, звучащих неизвестно где, и шелесты шагов, идущих неизвестно откуда. Они могут быть близко, могут быть далеко. Предчувствие лишено перспективы. Никогда нельзя определить его направления, его близости.
Толща времени, подобно туману, делает предметы и события грандиознее и расплывчатое.
Поэтому часто бывает, что ураган, притаившийся на пути одного народа, для провидцев этого народа представляется событием мировым, а не национальным, и наступление частичной катастрофы кажется наступающим концом мира.
Наиболее яркий пример такого предчувствия — это всеобщее ожидание конца мира в третьем и четвертом веке христианской эры, которое разрешилось падением Римской империи.

Мятеж в Вандее

С пророчеством Достоевского хочется сопоставить пророчество св. Киприана2, писавшего в конце третьего века:
«Мир близится к концу. Это не старость, это признак надвигающейся смерти… Человек старится и умирает. Так же и мир должен умереть. Все знаки свидетельствуют о том, что земля близится ко времени своего распадения.
Зимою дождь не оживляет семян, лето не дает тепла, чтобы созреть плодам. Весна потеряла свое прежнее обаяние. Осень — свое плодородие. Мраморные каменоломни и золотые рудники истощаются, источники воды пересыхают.
Дети рождаются лысыми. Жизнь не кончается старостью, она начинается усталостью. Растет безлюдие. Земля без пахарей, на морях только изредка проходят корабли, нивы пустынны. И в нравах тот же упадок. Нет больше невинности, нет справедливости, нет дружбы. Уровень знаний понижается. Лучи солнца бледны и не дают тепла. Луна незаметно уменьшается и скоро исчезнет совершенно; деревья, которые радовали нас своей зеленью и плодами, засыхают. И не ждите, что бедствия, истязающие народы, уменьшатся. Они будут расти и множиться до дня последнего суда»3.
Другой отец церкви, Лактанций4, еще законченнее выражает то же настроение:
«Мир подходит к концу. Зло царит в мире. А между тем то, что теперь, это еще золотой век, сравнительно с тем, что будет: исчезнет всякий закон, всякая вера, всякий мир, всякий стыд, всякая правда.
Меч пройдет по миру и пожнет жатву. Имя Рима будет стерто с лица земли. Ужас меня охватывает, когда я говорю это, но я говорю, потому что так будет; снова власть вернется на Восток, Азия снова будет править, а Европа будет рабой.
И придут времена ужаса. И не будет таких, кому мила жизнь. Города будут разрушены до самого основания, огнем и мечом, землетрясениями, наводнениями… Земля не даст плодов своих человеку… Животные станут умирать»5.
Лактанций заканчивает картину распадения мира пришествием Антихриста и трубой Архангела, призывающей всех на Страшный суд.
Слова Лактанция об Азии и новом порабощении Запада невольно вызывают на память пророческие слова Владимира Соловьева о том, что всемирная история внутренне окончилась. «Историческая драма сыграна, и остался еще один эпилог, который, впрочем, как у Ибсена, может сам растянуться на пять актов. Но содержание их, в существе дела, заранее известно»6.
И еще поразительнее эти слова в его стихотворении «Панмонголизм», написанном осенью 1894 года.

       Панмонголизм. Хоть имя дико,
Но мне ласкает слух оно,
Как бы предчувствием великой
Судьбины Божией полно.
Когда в растленной Византии
Остыл Божественный Алтарь
И отреклися от Мессии
Народ и князь, иерей и Царь,
Тогда поднялся от Востока
Народ безвестный и чужой,
И под ударом тяжким Рока
Во прах склонился Рим второй.
Судьбою древней Византии
Мы научиться не хотим,
И все твердят льстецы России:
Ты третий Рим, ты третий Рим!
Ну что ж, орудий Божьей кары
Запас еще не истощен…
Готовит новые удары
Рой пробудившихся племен.
От вод Малайи до Алтая
Вожди с восточных островов
У стен восставшего Китая
Собрали тьмы своих полков.
Как саранча, неисчислимы,
И ненасытны, как она,
Нездешней силою хранимы,
Идут на Север племена.
О, Русь, забудь былую славу —
Орел Двуглавый сокрушен,
И желтым детям на забаву
Даны клочки твоих знамен.
Смирится в трепете и страхе,
Кто мог завет любви забыть,
И третий Рим лежит во прахе,
А уж четвертому не быть.7

Сравнивая страницу Достоевского со словами Лактанция и св. Киприана, так близко подходящими друг к другу по стилю, замечаешь одну существенную разницу.
У всех троих есть яркое и вполне определенное чувство приближающейся катастрофы, но африканский ритор Лактанций говорит о моральном падении мира и о политическом торжестве Азии, совпадая в этом с Вл. Соловьевым, св. Киприан говорит о старости мира и с ужасом видит, что лучи солнца бледнеют и размеры луны уменьшаются, но оба они остаются в области физической природы, и Страшный суд, которого они ждут, кажется для нас теперь только отчетом, который греко-римская культура готовилась дать перед Всемирной Историей.
Между тем в словах Достоевского чувствуется приближение катастрофы иного рода, — катастрофы психологической, которая все потрясение переносит из внешнего мира в душу человека.
«Обезьяна сошла с ума и стала человеком»8.
Следующий день начнется, когда человек сойдет с ума и станет Богом.
В пророчестве Достоевского чувствуется именно эта катастрофа:
новое крещение человечества огнем безумия, огнем св. Духа. Нынешнее человечество должно погибнуть в этом огне, и спасутся только те немногие, которые пройдут сквозь это безумие невредимыми — «чистые, избранные, предназначенные начать новый род людей и новую жизнь, обновить и очистить землю. Но никто и нигде не видел этих людей, никто не слыхал их слова и голоса».
У хилиастов9 третьего века конец мира, у Достоевского безумие с надеждой новой зари за гранью безумия.

Жак Луи Давид. Клятва в зале для игры в мяч 20 июня 1789 год

Как сонное видение преувеличивает и преображает в грандиозную и трагическую картину случайное внешнее явление, дошедшее до мозга спящего, так душа, полная пророческими гулами и голосами, преображает первые признаки падения греко-римской культуры в дряхлость всего мира и в наступление Страшного суда, а приближение Великой Революции разоблачает тайны последнего и величайшего безумия человечества, которое, действительно, говоря словами Вл. Соловьева, «закончит магистраль Всемирной Истории».
Для того чтобы понять и разобрать пророчество раньше его осуществления, нужно не меньшее откровение, чем для того, чтобы написать его.
Только времена, надвигаясь и множа факты, дают ключ к пониманию смутных слов старых предвидений, опрозрачивая образы и выявляя понятия в невнятных рунах прошлого.
Нужно самому быть пророком для того, чтобы понять и принять пророчество до его исполнения. Пророчество Достоевского оставалось для нас невнятным, пока мы не ступили на самый порог ужаса.
Пророчества почти всегда бессознательны. Очень редко они бывают пророчествами знания, немного чаще встречаются пророчества глаза — видения, и на каждом шагу мы имеем дело с пророчествами чувства — так называемыми предчувствиями.
Пророчества глаза и пророчества знания совершенно не войдут в нашу тему, относясь по самому своему существу к другой области.
У человека есть две возможности бессознательного предчувствия:
страх и желание.
Это два органа, два щупальца, которыми он осязает дорогу перед собою.
Мы имеем с ними дело во всех обстоятельствах обыденной жизни и потому не обращаем внимания на их сущность. Между тем все наши отношения с будущим исчерпываются этими двумя органами восприятия, по существу своему диаметрально противоположными.
Желание и страх являются двумя формами одного и того же чувства предвиденья и выражают наши различные отношения к наступающему.
Страх — это чувство пустоты, неизвестности — «horror vacui» (ужас пустоты (лат.)). Желание — это чувство полноты.
Самое чувство в своем существе еще не познано нами. Мы знаем его только в его крайних проявлениях. В своем наиболее чистом виде мы можем наблюдать это чувство в моменты ожидания, когда весь организм бывает охвачен тем особенным нервным волнением, в котором нельзя отличить стихии страха от стихии желания.
Без сомнения, наше чувство будущего, подобное памяти — чувству прошлого, возникает именно в том промежуточном пространстве — между страхом и желанием. И оно уже есть в нас отчасти. Только для памяти мозг выработал себе двойную перспективу: хронологию и закон причинности, в то время как в области предвидения такого чувства еще нет.
В слове «Революция» соединяется много понятий, но когда мы называем Великую Революцию, то, кроме политического и социального переворота, мы всегда подразумеваем еще громадный духовный кризис, психологическое потрясение целой нации.
В жизни человека есть незыблемые моменты, неизменные жесты и слова, которые повторяются в каждой жизни с ненарушимым постоянством: смерть, любовь, самопожертвование.
И именно в эти моменты никто не видит и не чувствует их повторяемости: для каждого, переживающего их, они кажутся совершенно новыми, единственными, доселе никогда не бывавшими на земле.
Подобными моментами в жизни народов бывают Революции.

The French Revolution — The Storming of the Bastille

С неизменной последовательностью проходят они одни и те же стадии: идеальных порывов, правоустановлений и зверств — вечно повторяющие одну и ту же трагическую маску безумия и всегда захватывающие и новые для переживающих их.
Революции — эти биения кармического сердца — идут ритмическими скачками и представляют непрерывную пульсацию катастроф и мировых переворотов.
Духовный кризис наций, который является неизбежным бичом в руке каждой из Великих Революций, — это кризис идеи справедливости.
Идея справедливости — самая жестокая и самая цепкая из всех идей, овладевавших когда-либо человеческим мозгом.
Когда она вселяется в сердца и мутит взгляд человека, то люди начинают убивать друг друга.
Самые мягкие сердца она обращает в стальной клинок и самых чувствительных людей заставляет совершать зверства.
Она несет с собой моральное безумие, и Брут, приказывающий казнить своих сыновей, верит в то, что он совершает подвиг добродетели.
Кризисы идеи справедливости называются великими революциями.
Анатоль Франс говорит с горькой иронией:
«Робеспьер был оптимист и верил в добродетель. Государственные люди, обладающие характером подобного рода, приносят всяческое зло, на какое они способны.
Если уж браться управлять людьми, то не надо терять из виду, что они просто испорченные обезьяны. Только под этим условием можно стать человечным и добрым политическим деятелем.
Безумие революции было в том, что она хотела восстановить добродетель на земле.
А когда хотят сделать людей добрыми и мудрыми, терпимыми и благородными, то неизбежно приходят к желанию убить их всех. Робеспьер верил в добродетель: он создал Террор. Марат верил в справедливость: он требовал двухсот тысяч голов»10.
Кабанэс в любопытной книге о революционных неврозах говорит:
«Голод создавал болезни. Но и зрелище голода создало болезнь, новую, свойственную только этому времени — „бешенство сострадания». Человечество отчаянно взывало к бесчеловечью, к самой смерти — великому врачу, который, казалось, мог исцелить все болезни мира. Марат, которому постоянно делали кровопускания и который всюду видел только кровь, был неумолимым филантропом. Шалье — святой Террора, жестокость которого была вся в словах, но который носил в сердце невыразимую жалость ко всем страдающим, ужаснул мир пароксизмом своего бешенства»11.
Человечество в своем совершенствовании должно пройти сквозь идею справедливости, как сквозь очистительный огонь.

The French Revolution

Прежде чем прийти к полному и безусловному оправданию мира («мир должен быть оправдан весь, чтоб можно было жить!»)12, надо пройти под лезвием меча, рассекающего все видимое, все познаваемое на добро и зло, правду и ложь, справедливость и насилие.
У статуи Справедливости в руках меч.
У статуи Справедливости глаза всегда завязаны, а одна чашка весов всегда опущена!
Пароксизм идеи справедливости, это — безумие революций.
В гармонии мира страшны не те казни, не те убийства, которые совершаются во имя злобы, во имя личной мести, во имя стихийного звериного чувства, а те, которые совершаются во имя любви к человечеству и к человеку.
Только пароксизм любви может создать инквизицию, религиозные войны и террор.
И любовь страшнее и разрушительнее ненависти, потому что ненависть только тень любви, потому что ненависть только огненный цветок, распускающийся на дереве любви, на неопалимой купине человечества.
Безумие в том, что палач Марат и мученица Шарлотта Корде с одним и тем же сознанием подвига хотели восстановить добродетель и справедливость на земле.
Сентябрьские убийцы во время Французской революции, убивая заключенных в тюрьмах аристократов, верили, что они совершают таинство священного очищения нации.
2 сентября во дворе Аббеи13, когда уже лежали груды трупов один на другом, произошло движение среди присутствующих, потому что кто-то сказал:
«Надо пустить детей посмотреть».
Революция повторяла слова Христа: «Пустите ко мне малых сих»14.
«Да, да, верно!» — раздались голоса, и каждый посторонился, чтобы дать место ребенку.
Чем человек чувствительнее и честнее, тем кризис идеи справедливости сказывается в нем с большей силой и нетерпимостью.
Робеспьер, Кутон, Марат, Сен-Жюст по своему существу сентиментальны и чувствительны.
Робеспьер, когда еще до революции был судьей в городе Аррасе, предпочел отказаться от должности, чем скрепить своей подписью представленный ему смертный приговор.
Кутон плакал над смертью канарейки.
«Jean-Pierre Marat etait tres doux», («Жан-Пьер <sic!> Марат был весьма мягок» (франц.)) — гласит стих Верлэна15. Сен-Жюст написал в своем дневнике:
«Очевидно Господу угодно было кинуть меня в среду этих извращенных, чтобы я, как меч, покарал их».

Великая французская революция

Генрих Гейне в своей «Истории религии и философии в Германии» сравнивает Эммануила Канта с Максимилианом Робеспьером:
«И в Канте и в Робеспьере в наивысшей степени было воплощено мещанство: природою им обоим суждено было взвешивать сахар и кофе, но судьбе угодно было поручить им иное, и одному на чашу весов она возложила короля, а другому Бога… И оба взвесили честно»16.
Гейне совершенно прав, называя Робеспьера мещанином. Справедливость Робеспьера — справедливость во имя государственности, т. е. справедливость мещанская, справедливость бюргера, горожанина, справедливость, которая лежит в наше время в основе всех установлений государственного порядка. Он сам косвенно признался в этом словами:
«Идея высшего существа и бессмертие души — это постоянное напоминание о справедливости; поэтому она социальна и достойна республики»17.
Справедливостью во имя божественного установления была и справедливость старого режима, но Робеспьер справедливость поставил выше божества и этим сделал ее мещанской.
У Марата и у сентябрьских убийц была справедливость самая непоследовательная, так как ее критерием служит личная страсть.
Справедливость Дантона-справедливость во имя родины — «Родина в опасности!» — справедливость жестокая, но целесообразная, смягченная добродушием сильного зверя.
Справедливость жирондистов — справедливость во имя человечности, обманчивая справедливость Руссо.
«Бедный, великий Жан-Жак! — говорит А. Франс. — Он встревожил мир. Он сказал матерям: „кормите сами своих детей», и молодые женщины стали кормилицами, и художники стали изображать знатных дам, кормящих грудью своего ребенка.
Он сказал людям: „Люди рождены добрыми и счастливыми, а общество сделало их несчастными и злыми. Они найдут свое прежнее счастье, возвратясь к природе». Тогда королевы сделались пастушками, министры — философами, законодатели провозгласили права человека, а народ, добрый по природе своей, в течение трех дней резал заключенных в тюрьмах!».
Но самая страшная справедливость — справедливость Сен-Жюста — справедливость во имя справедливости. Справедливость, висящая среди мира, как огненный меч гневного серафима, прообраз Страшного суда, всеиспепеляющее пламя абсолютного морального чувства разгневанного божества, не нашедшего оправдания миру.
«Господу было угодно кинуть меня в круг этих извращенных, чтобы я, как меч, покарал их».
Сен-Жюст — воплощение абсолютной идеи справедливости, которая в самом звуке его имени отметила свое появление на земле.
Безумие отдельных лиц ищет оправдания своей справедливости в высшей и неоспоримой идее, но неоспоримые идеи, сталкиваясь в водовороте жизни, производят разрушительные взрывы.
Отдельные безумия находят свое успокоение только в законе — безумии объективном, которое является равнодействующим всех безумий.

The French Revolution

«В демократии народ подчинен своей собственной воле, а это очень тяжелый вид рабства. В действительности народ настолько же чужд и враждебен своей собственной воле, насколько он чужд воле своего царя, так как общая воля или совсем отсутствует, или присутствует очень мало в воле отдельного человека, который однако испытывает это противоречие во всей его целости» (А. Франс)18.
Почему же ни Робеспьер, ни Сен-Жюст, в руках которых была вся власть, не дали Европе того закона, который она, спустя несколько лет, приняла из рук Наполеона?
Они были тверже и чище его, подобные двум архангелам ужаса, стоящим у врат нового мира.
У них не было минут слабостей, нерешимости, отчаяния и даже простой боязни, как в жизни Наполеона.
Власть Наполеона в том, что он пришел во имя свое и дал закон во имя свое, тогда как Робеспьер хотел дать закон во имя республики-государства, а Сен-Жюст во имя справедливости. И тайна власти Наполеона в том, что он смотрел на людей, как на «испорченных обезьян».
Санкция закона — в имени, от которого он исходит, будь это закон от Иеговы или закон от Наполеона.
Во имя безымянной идеи нет закона, будь это непорочная идея самой справедливости или успокаивающая идея государства — мещанства.
Закон Наполеона и был законом мещанства, но он не был дан во имя мещанства, а во имя законодателя.
Русская революция — это только один частичный кризис, который в душе Достоевского выявил тайны последнего и величайшего безумия человеческого рода, который погибнет весь в этих моральных конвульсиях, кроме тех немногих избранных, которым предназначено начать новый род людей, новую жизнь, обновить и очистить землю, перенести внешний закон внутрь человеческой души.
Тогда нынешнее — звериное сознание общественного организма, которое ниже нашего личного сознания, станет равным ему и тождественным.
Но прежде чем человечество придет к этому полному и безусловному единству личности и общества, надо до самого конца пройти времена безумия. Надо все видимое, все познаваемое рассечь лезвием меча на добро и зло, правду и ложь.
Страшны стихийные предвестия этих моральных пароксизмов. Конвульсивный ужас бежит и кривляется, оповещая об их наступлении.
Во Франции наступление Великой Революции пробудило панический ужас, спавший в утробе средневековья.
«Нервность населения была так велика, — говорит Тэн, — что достаточно было маленькой девочке встретить вечером около деревни двух незнакомых людей, чтобы целые округа начинали бросать свои жилища и спасаться в леса, унося с собой свои пожитки»19.
Это были первые предвестия террора.
Этот ужас не всегда переходит в убийства.
Эпидемия ужаса тысячного года вылилась не в убийства, а в мистицизм.

Штурм Тюильри 10 августа 1792 года

Страх — это скачок в бессознательное. Если энергии взрыва нет места вверх, он производит разрушение на земле. В то время Франция была полна бродяг и нищих. Разрушение замков еще не начиналось. Но эти босяки и хулиганы уже осмелели от парижских событий. Они были «Черной сотней», наводящей ужас. Они жгли хлеб и вытравляли посевы.
«Центр Франции был потрясен эпидемией, которой дали имя „Великого Страха». В каждом городе она начиналась одинаковым образом. Вечером начинали циркулировать слухи: говорилось о приближении нескольких тысяч разбойников, вооруженных с ног до головы, которые истребляли все на своем пути, оставляя за собой только пожары и развалины. Слухи росли, подобно грозовому облаку; самые храбрые бывали захвачены. Прибегал в город человек и рассказывал, что он видел собственными глазами облако пыли, поднятое наступающим войском. Другой слышал, как били в набат в соседнем селении. Сомнений больше не оставалось. Через какой-нибудь час или меньше город будет разграблен.
И рабочие и мещане хватались за оружие: ружья, штыки, пики, топоры, рабочие инструменты — все отбиралось для вооружения. Являлась импровизированная милиция. Самые смелые уходили из города в поиски, навстречу неприятелю.
Вернутся ли они?
В ожидании женщины прятали драгоценные вещи, трепетали за своих детей… Проходит час… два… Смертельное томление! Наступает ночь, увеличивая ужас. Ходят патрули. На перекрестках горят факелы.
Между тем крестьяне, гонимые ужасом, бегут в город и волокут с собой свои пожитки.
Но вот возвращаются разведчики. Они не нашли ни одного разбойника. Страх уменьшается. Через несколько дней он разрешается всеобщим хохотом.
Овернь, Бурбоне, Лимузен, Форес были один за другим охвачены этой странной паникой. Эпидемия шла с северо-запада на юго-восток. Она отразилась тоже, но с меньшей силой и правильностью, в Дофинэ, в Эльзасе, во Франш-Конте, в Нормандии и в Бретани. В Париже такая паника была в ночь на 17 июля 1789 года, через три дня после взятия Бастилии. Главные моменты развития этой эпидемии — конец июля и начало августа 1789 года»20(D-r Cabanes. Les nevroses revoliitioanaires)
Уже с половины XVIII века во Франции ожидали пришествия Революции, повсеместно, всенародно, безусловно, почти с такой же напряженностью, как человечество ожидало светопреставления в конце десятого века.
Во Франции, как и в России, было больше всего пророков желания — этих «Женщин из Магдалы», ожидающих под раскаленным зноем пустыни пришествия Мессии. Они все измучены и сожжены ожиданием и страстью. Революция сразу сжигает их. Они гибнут в ее пламени, радостные и счастливые. Они ждут ее дуновения, и, когда губы мятежа прикоснутся к их лбу, — им больше нечего делать на земле. Они ждут только одного поцелуя и не переживают страстности первого прикосновения.
Среди Сивилл Революции есть две фигуры библейского прозрения и пафоса: маркиз Мирабо — отец Великого Мирабо, друг людей, «Ami des hommes», заточавший в тюрьму своих детей21, и Казотт.
Они боялись революции и ненавидели ее и поэтому видели дальше других. Их предчувствие — предчувствие ужаса. Маркиз Мирабо был один из тех, которые наиболее четко видели приближение тучи, хотя и туманно сознавали, какие молнии она несет в себе.

French revolution

Вся его ненависть к сыну, порывистая и страстная, неожиданно освещаемая ярыми молниями любви и удивления перед его гениальностью, — вся эта ненависть — уже пророчество.
В его письмах есть такие неожиданные прозрения и вспышки, что для его ненависти чувствуются другие, более властные причины, чем скупость и искажение родительского чувства.
У него прорываются иногда такие фразы: «Время людей, подобных моему сыну, приближается гигантскими шагами, потому что в настоящее время нет женщины, которая не носила бы во чреве своем будущего Артевельда или Мазаньелло»22.
А иногда он восклицает с дьявольской гордостью: «Уже в течение пятисот лет мир терпит Мирабо, которые никогда не были, как остальные люди. Стерпит он и этого, и сын мой — я ручаюсь за него — не уронит нашего имени».
Старый лев чувствовал, что он породил дракона, дышащего пламенем.
Все время кажется, что он говорит не о своем сыне, а о наступающей Революции.
В самом преследовании сына, в этом неотступном желании маньяка запереть его в тюрьму «навсегда» чувствуется, что он обращается не к сыну, а к чему-то более грозному, к какой-то стихии, которая поглотит все, если он не обуздает ее.
Это внезапное прозрение старого режима — яркое, гениальное, от которого приподымаются волосы на голове. Это — Валаам, прорицающий против своей воли среди всеобщей слепоты.
В то время, когда граф д’Артуа (Карл X) протежировал Марата, герцог Орлеанский — Бриссо23, каноники Лаонского собора воспитывали Камиля Демулена24, а Сан-Ваатский Аббат-Робеспьера, Конде покровительствовал Шамфору25, сестры Короля — Бомарше, М-ме де Жанлис — Шодерлос де Лакло26, Кардинал де Тенсен — Мабли27, — маркиз Мирабо одиноко стоит со своей неутолимой ненавистью к своему родному сыну.
Казотта28 хочется поставить рядом с маркизом Мирабо, потому что и для него революция была не вожделенным освобождением, а надвигавшимся ужасом.
В годы перед Революцией он почти безвыездно жил в провинции, вдали от Парижа, в глубине своей семьи. Он весь захвачен, заворожен глазами приближающегося чудовища, которое должно поглотить самое дорогое для него на земле — короля и церковь. И он кричит о надвигающейся опасности и борется с ползущей лавиной, ясно зная, что будет раздавлен и уничтожен. Он вызывает духов, он хочет сделать Контрреволюцию при помощи мертвецов. Он посылает своего сына к королю, которого везут из Варенна29, и тому удается спасти дофина, затерявшегося в толпе. Перед праздником Федерации на Марсовом поле30его сын произносит по его поручению заклятия около Алтаря Отечества, чтобы поставить Марсово поле под особое покровительство ангелов. Сын доносит отцу, что, когда толпа танцевала карманьолу около Тюильри и он произнес заклятие, то руки сами собой опустились и танец расстроился.
Ла Гарп31, известный историк и член Французской академии, в котором Террор произвел глубокий религиозный кризис и который стал мистиком по выходе из революционной тюрьмы, сохранил рассказ об одном из предсказаний Казотта.
«Это было в начале 1788 года32. Мы были на ужине у одного из наших коллег по Академии Due de Nivernais33, важного вельможи и весьма умного человека. Общество было очень многочисленно и весьма разнообразно. Тут были аристократы, придворные, академики, ученые… Ужин был роскошен, как обыкновенно. За десертом мальвазия придала всеобщему веселью еще тот характер свободной распущенности, при которой не всегда сохраняется подобающий тон. Был именно тот момент, когда все кажется дозволенным, что может вызвать смех.
Шамфор прочел одну из своих вольных и безбожных сказок, и знатные дамы слушали его и не закрывались веерами.
Потом начался целый поток насмешек над религией. Один цитировал из „Девственницы» Вольтера34, другой припоминал эти „философские» стихи Дидро:

       И на кишках последнего попа
Удавим последнего короля35,

которые встретились общими рукоплесканиями.
Третий подымается с полным стаканом вина:
„Да, господа, я так же уверен в том, что Бога нет, как и в том, что Гомер просто старый дурак».
И действительно, он был уверен в том и в другом. И тогда стали говорить о Боге и о Гомере, и собеседники хорошо отделали и того и другого.
Разговор становился более серьезным, и все в восторге говорят о той революции, которую произвел Вольтер и которая одна уже дает ему права на бессмертную славу.
„Он дал тон всему веку и заставил читать себя в передней так же, как и в гостиной».
Один из собутыльников рассказал нам, надрываясь от смеха, что его парикмахер сказал ему, пудря его голову:
„Видите ли, сударь, какой я ни есть несчастный цирюльник, религии у меня не больше, чем у всякого другого».

Штурм Тюильри 10 августа 1792 года

Все единогласно утверждают, что революция не замедлит совершиться, что необходимо, чтобы суеверие и фанатизм уступили, наконец, место философии, и начинают подсчитывать приблизительно возможное время ее наступления и кто из собравшегося здесь общества еще сможет увидеть царство разума.
Самые старые жалуются, что им не дожить до этого; молодые радуются более чем возможной надежде увидеть его, и все поздравляют Академию, которая подготовила „великое дело» и была центром, главой, главным двигателем освобождения мысли.
Только один из гостей совершенно не принимал участия в общем веселье и даже втихомолку уронил несколько сарказмов по поводу нашего наивного энтузиазма. Это был Казотт, человек весьма любезный и оригинальный, но, к сожалению, слишком увлеченный грезами иллюминатов36. Он просит слова и глубоко серьезным голосом говорит:
„Господа! Вы будете удовлетворены. Вы увидите все эту Великую, эту Прекрасную Революцию, которой вы так ожидаете. Вы ведь знаете — я немного пророк; и я повторяю вам: вы все увидите ее».
Ему отвечают обычным припевом:
„Для этого не надо быть большим пророком».
— Пусть так. Но, может быть, надо быть даже немного больше, чем пророком, для того чтобы сказать вам то, что мне надо сказать. Знаете ли вы, какие непосредственные следствия будет иметь эта Революция для каждого из вас, собравшихся здесь?
„Что же? посмотрим», — сказал Кондорсэ37 со своим надменным видом и презрительным смехом: „Философу всегда бывает приятно встретиться с пророком».
— Вы, Monsieur Кондорсэ, — вы умрете на полу темницы; вы умрете от яда, чтоб избежать руки палача, от яда, который вы будете всегда носить с собой, — в те счастливые времена.
Сперва полное недоумение, но потом все вспоминают, что милый Казотт способен грезить наяву, и все добродушно смеются.
„Monsieur Казотт, сказка, которую вы здесь нам рассказываете, далеко не так забавна, как ваш «Влюбленный дьявол». Но какой дьявол вплел в вашу историю эту темницу, яд, палачей? Что же общего имеет это с философией и царством разума?».
— Это совершится именно так, как я говорю вам. И с вами так поступят. Во имя философии, человечества, свободы и именно при царстве Разума. И это будет, действительно, царство Разума, потому что Разуму будут тогда посвящены храмы, и во всей Франции тогда даже и не будет иных храмов, кроме храмов Разума.
 Только я клянусь, — сказал Шамфор со своей саркастической улыбкой, — что вы-то уж не будете одним из жрецов в этих храмах.
— О, я надеюсь. Но вы, monsieur Шамфор, который был бы вполне достоин быть одним из первосвященников, вы разрежете себе жилы двадцатью двумя ударами бритвы и тем не менее умрете только много месяцев спустя.
Все снова переглядываются и смеются.
— Вы, monsieur Вик д’Азир38, вы сами не вскроете себе жил; но после шести кровопусканий в один день и после припадка подагры вы умрете в ту же ночь.
Вы, monsieur Николаи39 — вы умрете на эшафоте, — вы, — monsieur Бальи40, — на эшафоте; вы, monsieur Мальзерб41, — на эшафоте…
— Ну, слава Богу, — говорит Руше42, — кажется, monsieur Казотт рассержен только на Академию. Он устраивает страшную резню, а я — хвала небу!..
— Вы! Вы умрете также на эшафоте.
— О! да он решил всех нас перебить, — кричат со всех сторон.
— Не я судил так…
— Ну, в таком случае мы будем под игом турок или татар…
— Нисколько… Я вам сказал — вами будет править одна Философия, один Разум.
       Те, кто с вами будут поступать так, — все они будут философами, и в устах их будут звучать те же слова, те же фразы, что вы говорите здесь, они будут повторять ваши афоризмы и цитировать, как и вы, стихи из Дидро и из „Pucelle».
Присутствовавшие шептали друг другу на ухо:
„Разве вы не видите, что это сумасшедший? (так как он все время сохранял полную серьезность).
— Разве вы не видите, что он смеется? Ведь вы знаете, что он всегда вводит фантастический элемент в свои шутки».
— О! да, — подхватил Шамфор, — но фантастика его не очень-то весела. Он только и думает, что о виселицах. И когда все это произойдет?
— Шести лет не пройдет, как все, о чем я говорю вам, будет совершено.
— Вот это действительно чудеса, — сказал Ла Гарп. — А меня вы совсем оставили в стороне?
— С вами случится чудо, почти настолько же невероятное, как и все остальные. Вы станете христианином и мистиком. Крики изумления.
— О! — говорит Шамфор, — теперь я спокоен. Если всем нам суждено погибнуть только тогда, когда Ла Гарп обратится в христианство, то мы бессмертны.
— Вот поэтому-то, — говорит герцогиня де Граммон43, — мы, женщины, — мы гораздо более счастливы, потому что с нами не считаются в революциях. Когда я говорю: не считаются, это вовсе не значит, что мы не принимаем никакого участия, но нас не трогают, наш пол…
— Ваш пол, mesdames, на этот раз он не защитит вас, и вы хорошо сделаете, если не будете ни во что вмешиваться. С вами будут обращаться, как с мужчинами, не делая никакой разницы.
— Что вы нам рассказываете, monsieur Казотт? Вы пророчите нам о конце мира?
— Этого я не знаю. Но что я знаю очень хорошо, это то, что вы, герцогиня, вы будете возведены на эшафот. — Вы и много других дам вместе с вами. Вас будут везти в телеге с руками, связанными за спиной.
— О! я надеюсь, что в этом случае эта телега будет обтянута черным трауром.
— О! нет. И самые знатные дамы так же, как и вы, будут в телеге и с руками, связанными за спиной.
— Еще более знатные дамы! Что же, принцессы крови?
— И более…
Здесь заметное волнение пробежало по зале, и лицо хозяина дома нахмурилось. Все начали находить, что шутка зашла слишком далеко.
Madame де Граммон, чтобы разогнать неприятное впечатление, не настаивала на последнем вопросе и сказала шутливым тоном:
„Но вы мне оставляете, по крайней мере, исповедника?»
— О! нет, вы будете лишены этого. И вы, и другие. Последний из казнимых, которому будет оказана эта милость, это… Он замолчал на мгновенье.
— Ну, кто же этот счастливый смертный, который будет иметь эту прерогативу?
— Эта прерогатива будет последней из всех, которые у него были, и это будет король Франции.
Хозяин дома встал с места, и все гости вместе с ним. Он направился к Казотту и сказал внушительно:
„Мой милый monsieur Казотт, прекратим эти мрачные шутки; вы завели их слишком далеко и компрометируете ими и общество, в котором вы находитесь, и вас самих».
Казотт, ничего не отвечая, хотел уйти, когда m-mе де Граммон, которая все время хотела обратить все в шутку, подошла к нему:
— Вы, г-н Пророк, предсказали всем нам наше будущее, но что же вы ничего не сказали о самом себе!
Несколько минут он стоял молча с опущенными глазами.
— Читали вы про осаду Иерусалима у Иосифа Флавия44?
— Разумеется. Кто же этого не читал? Но говорите, пожалуйста, так, как будто мы этого не читали.
— Так вот видите, — во время этой осады один человек в течение семи дней ходил по стенам города на виду осажденных и осаждающих и восклицал: „Горе Иерусалиму! Горе мне!». И в это время он был поражен громадным камнем, пущенным из осадной машины.
Сказав это, Казотт поклонился и вышел».
Казотт предчувствовал свою собственную казнь. Когда после взятия Тюильри, 10 августа45, были найдены его письма к королю, он был арестован вместе со своей дочерью Елизаветой, служившей ему секретарем, и заключен в тюрьму Аббеи, где произошли несколько дней спустя сентябрьские убийства. Он был один из немногих, которых пощадил страшный революционный трибунал Майара. Когда друзья Казотта поздравляли его, то он ответил:
«Я буду казнен через несколько дней».
Он был снова арестован и 24 сентября приговорен к смерти. Председатель революционного трибунала почтил его напутственной речью, что не было в обычае революционных судов:
«Сердце твое не было достаточно широко, чтобы почувствовать святое веяние свободы, но ты доказал, что ради своих убеждений ты можешь пожертвовать жизнью.
Твои равные выслушали тебя, и твои равные осудили тебя. Суд их так же чист, как и совесть. Это мгновение не должно устрашить человека, подобного тебе. Родина плачет даже над гибелью тех, кто хотел растерзать ее…
Ты был человек, христианин, философ, посвященный, умей же умереть, как мужчина и как христианин, — это все, что родина еще может ждать от тебя».

Великая французская революция

Несравненно менее сознательны были предчувствия маленькой мистической секты, образовавшейся во второй половине XVIII века и носящей название «Иоаннитов».
В 1772 году некто Луазо, живший в селении Сен-Мандэ, ставшем в настоящее время предместьем Парижа, заметил в церкви перед собой странную фигуру — человека, одетого в звериные шкуры, с красным рубцом вокруг всей шеи. В руке у него была книга со словами: «Се агнец Божий». Он хотел проследить странного незнакомца, но тот исчез, выходя из церкви.
Проходя несколько дней спустя в Париже по площади Людовика XV, теперешней Place de la Concorde, он был остановлен нищим. Луазо не глядя опустил монету в протянутую шляпу и услыхал слова:
«Ты уронил голову короля (изображение на монете), но я жду иной головы, которая должна пасть на этом месте».
Луазо узнал в нищем незнакомца, которого он видел в церкви, и тот сказал ему: «Замолчи, потому что никто, кроме тебя, не видит меня, и тебя примут за сумасшедшего».
В ту же ночь, проснувшись, он увидал на столе своей комнаты золотое блюдо, полное кровью, и на нем голову Иоанна Предтечи, которая сказала:
«Я жду головы королей и придворных их, я жду казни Ирода и Иродиады»46.

Иоанн Предтеча (копия иконы ХV века)

Вокруг Луазо образовалась небольшая секта. Они собирались вместе и ждали откровений Иоанна Предтечи о будущей революции. Секта эта дожила до революции и слилась с сектой Богородицы — Катерины Тео47,ожидавшей пришествия Нового Спасителя. Вокруг Катерины Тео создались странные легенды. Существует такой рассказ:
«Однажды вечером Катерина Тео сидела, окруженная своими верными. Это было в самые грозные мгновения Террора.
— Слушайте же, — сказала она, — я слышу звуки Его шагов. Это — таинственный избранник Провидения, это — ангел революции. Ему суждено быть Спасителем и жертвой. Это король разрушения и смерти. Он близко. На челе его кровавый ореол Предтечи. Он примет на себя преступление тех, которые убьют его. О! Велики твои судьбы, потому что ты замкнешь бездну, падая в нее.
— Вот он, убранный, как для праздника. И цветы в его руке… Это венцы его мученичества…
— О, как тяжелы твои испытания, сын мой! Сколько неблагодарных будут поносить память твою из века в век! Встаньте! Встаньте! Преклоните головы… Это король… Это король кровавых жертвоприношений!. .
В этот же момент дверь раскрылась, и некий человек в шляпе, надвинутой на глаза, и закутанный в плащ, вошел в комнату. Присутствовавшие поднялись, и Катерина Тео простерла к входящему свои руки.
— Я знала, что ты должен прийти, и я ждала тебя. Тот, которого ты не видишь и который по правую руку от меня, указал мне тебя сегодня. Нас обвиняют в заговоре в пользу короля. И я, действительно, говорила о короле, которого сейчас мне указывает Предтеча, в венце, обрызганном кровью… И знаешь ты, над чьей головой висит он? Над твоей, Максимилиан. — При этих словах незнакомец вздрогнул, бросил вокруг себя быстрый и беспокойный взгляд, но тотчас овладел собой.
— Что вы этим хотите сказать? Я не понимаю вас, — спросил он ледяным и отрывистым голосом.
— Я хочу сказать, что будет солнечный день, когда человек, одетый в голубое и держащий в руке скипетр из цветов, будет в течение одного мгновенья королем и спасителем мира. Я хочу сказать, что ты будешь велик, как Моисей, как Орфей48, когда, ступив на голову чудовища, готового пожрать тебя, ты скажешь и палачам и жертвам, что есть Бог.
— Не прячься, Робеспьер, и покажи нам, не бледнея, свою смелую голову, которую Бог бросит на пустую чащу весов. Тяжела голова Людовика, и только твоя может уравновесить ее.
— Это угроза? — холодно спросил Робеспьер, роняя свой плащ. — Этим фиглярством вы хотите усыпить мой патриотизм и смутить мою совесть? Вы ожидали меня, по-видимому… И горе вам, коли вы меня ожидали! Я, действительно, представитель народа и как таковой я донесу о вас Комитету Общественного Спасения и отдам приказ о вашем аресте.
Произнеся эти слова, Робеспьер закрыл плащом свою напудренную голову и холодно пошел к дверям. Никто не решился задержать его, ни обратиться к нему со словами.
Катерина Тео простерла руки и сказала:
„Чтите волю его, потому что он — король и первосвященник наступающих времен. Если он поразит нас, — это значит, что Бог хочет поразить нас: подставим безропотно головы наши под нож Провидения».
Поклонники Катерины Тео всю ночь ждали, что их арестуют. Но никто не пришел. Так прошло пять дней. На пятый день и она, и ее сообщники были арестованы по доносу одного из тайных врагов Робеспьера.
И будущие термидорианцы в докладе Вадье49 воспользовались этой сектой как одним из страшных орудий для ниспровержения Робеспьера».
Этот драматический рассказ странно совпадает со словами самого Робеспьера, сказанными министру внутренних дел Гара50, когда тот заклинал его спасти жирондистов:
— «В революции есть моменты, когда становится преступлением жить. Надо уметь отдать свою голову, когда ее потребует народ. Мою тоже потребуют, и вы увидите, буду ли я стоять за нее».
       Я сказал, что Великая Революция является психологически кризисом идеи справедливости, которая в этой форме неразрывно связана с понятием мести. Месть — это та форма переживания, которая с чудовищной силой связывает в тугую пружину воли целых поколений, и пружина, стягиваемая в течение столетий, вдруг развертывается одним чудовищным взмахом.
Вполне принимая общепринятое изложение экономических, социальных и психологических причин, подготовивших Великую Революцию, мы не можем не признать, что у террора, являющегося, по своему существу, выражением идей справедливости и мести, есть иная генеалогия, чем та, которую нам обычно предлагают как генеалогию Французской революции. Существует целая литература, темная и мало известная, о мщении тамплиэров51.
21 января 1793 года находится в неразрывной связи с 18 марта 1314 года — днем, когда был сожжен Великий Магистр ордена Тамплиэров, Яков Молэ.
За шесть лет до этого, в ночь с 12 на 13 ноября 1307 года, заговором всех государств Европы, составленным по инициативе французского короля Филиппа Красивого и папы Климента V, был совершен один из самых грандиозных coups d’Etat, (переворотов (франц.)) случившихся в Европе.
Был арестован весь могущественный рыцарский орден Тамплиэров, тайное общество, которое держало в своих руках все богатство и всю власть тогдашней Европы и подготовляло громадный религиозный и социальный переворот в европейском человечестве.
Шесть лет длился процесс, в котором тамплиэры обвинялись в черной магии, колдовстве и сатанизме, и 18 марта 1314 года Великий Магистр Яков Молэ был сожжен на медленном огне на том самом месте Pont-Neuf, где теперь стоит статуя Генриха IV52.
Он горел несколько часов и призвал папу и короля предстать вместе с ним на суд Божий в этом же году.
Папа умер через 40 дней, и тело его сгорело от опрокинутого светильника в то время, когда оно стояло в церкви, а король Филипп Красивый умер через год. Орден Тамплиэров, основанный Гюгом де Пайеном как земное воплощение небесного ордена «Святого Грааля», был хранителем экзотерического христианства, и есть основание предполагать, что он подготовлял громадное религиозно-социальное переустройство средневекового мира.
Перед казнью Яков Молэ основал четыре Великих Масонских ложи: в Неаполе восточную, в Эдинбурге западную, в Стокгольме северную и в Париже южную.
На другой день после его сожжения Chevalier Aumont и семь тамплиэров, переодетые в костюмы каменщиков, с благоговением подобрали пепел его костра.
Так родилось по преданию тайное общество Франк-Масонов, которое впоследствии передало Великой Революции свой девиз: Liberte, Egalite, Fraternite. (Свобода, Равенство, Братство (франц.))
       Для того чтобы допустить к причастию в их тайне Великой мести только людей вполне достойных доверия, нео-тамплиэры создали обычные франк-масонские ложи под именем св. Иоанна и св. Андрея. Эти ложи были доступны толпе, и из них выбирались истинные масоны, которые могли принять действительное участие в заговоре; они уже составляли не ложи, а шанитры, которых было четыре в городах, указанных Яковом Молэ.
Их власть и распространение в последние годы XVIII века были громадны. Из масонских лож вышли все деятели Великой Революции.
Когда Вольтер в самые последние годы своей жизни (1778) был посвящен в масоны, то в числе членов ложи Девяти Сестер, основанной Лаландом53, в которую он был введен Франклином и историком Курт де Жебелен54, были: Бальи, Дантон55, Гара, Бриссо, Камилль Демулен, Шамфор, Петион56, Кондорсэ и Дом Герль57.
«Революция началась взятием Бастилии, потому что Бастилия была тюрьмой Якова Молэ. Авиньон был центром революционных зверств, потому что он принадлежал папе и там хранился пепел великого магистра. Все статуи королей были низвергнуты для того, чтобы уничтожить статую Генриха IV, стоявшую на месте казни Якова Молэ, и на этом месте тамплиэры должны были воздвигнуть Колосса, попирающего ногами короны и тиары». (Кадэ де Гассикур58. «Гробница Якова Молэ».)
       В том самом доме на улице Платриэр, в котором умер Жан-Жак Руссо, была основана ложа теми заговорщиками, что со времени казни Якова Молэ поклялись сокрушить государственный строй старой Европы. Эта ложа стала центром революционного движения, и один из принцев королевской крови там клялся в мести наследникам Филиппа Красивого на могиле Якова Молэ.
Записи ордена Тамплиэров свидетельствуют о том, что уже Регент59был Великим Магистром этого тайного общества и что его преемниками были герцог де Мэн, принцы Бурбон — Кондэ и герцог Cosse Brissac. Последним Магистром был Филипп Орлеанский60, который принял имя Эгалите, так как клятва тамплиэров о мести Бурбонам не позволяла ему править орденом, сохраняя свое имя. Тамплиэрам нужна была казнь короля. Когда национальное собрание под страхом гражданской войны объявило короля лишенным престола и назначило ему местом Люксембургский дворец, то другое собрание, более тайное и более могущественное, решило иначе. Резиденцией поверженного короля должна была быть тюрьма, и тюрьма эта не могла быть иной, чем старый дворец тамплиэров61, который еще стоял крепко со своими башнями и бойницами в ожидании царственного узника.
Якобинизм имел уже имя раньше того, чем главы заговора выбрали старую церковь монахов-якобитов местом для своих собраний. Их имя происходит от имени Якова — имени рокового для всех революций. Старые опустошители Франции, создавшие Жакерию62, назывались «Жаками».
Философ, роковые слова которого предуготовили новые жакерии, назывался «Жан-Жаком», и тайные двигатели Революции клялись низвергнуть трон и алтарь на гробнице Якова Молэ.
В тех местах, где на стенах церквей и зданий тамплиэры вырубили свои тайные знаки и символы, страшные «знаки Рыб»63, во время Революции разразились кровавые безумства с неудержимою силой.
Во время сентябрьских убийств какой-то таинственный старик громадного роста, с длинной бородой, появлялся везде, где убивали священников64.
«Вот вам за альбигойцев65! — восклицал он, — вот вам за тамплиэров! Вот за Варфоломеевскую ночь66! За севеннских осужденных!67»
Он рубил направо и налево и весь был покрыт кровью с головы до ног. Борода его слиплась от крови, и он громко клялся, что он вымоет ее кровью.
Это был тот самый человек, который предложил m-lle де Сомбрейль68выпить стакан крови «за народ»69.
После казни Людовика XVI этот самый вечный жид крови и мести поднялся на эшафот, погрузил обе руки в королевскую кровь и окропил народ, восклицая: «Народ французский! я крещу тебя во имя Якова и Свободы!». (Элифас Леви.70)
       В настоящую минуту Россия уже перешагнула круг безумия справедливости и отмщения.
Неслыханная и невиданная моровая язва, о которой говорил Достоевский, уже началась. Появились эти новые трихины — существа, одаренные умом и волей, которые вселяются в тела людей.
«Люди, принявшие их в себя, становятся тотчас же бесноватыми и сумасшедшими. Но никогда, никогда люди не считали себя такими умными и непоколебимыми в истине, как считают эти зараженные. Никогда люди не считали непоколебимее своих приговоров, своих научных выводов, своих нравственных убеждений и верований; и все же не могут согласиться, что считать добром, что злом»71.
И Ангел Справедливости и Отмщения, кровавый Ангел тамплиэров, Ангел, у которого в руках меч, у которого глаза всегда завязаны, а одна чаша весов всегда опущена, восстал и говорит72:

       Народу Русскому: Я скорбный Ангел Мщенья,
Я в раны черные, в распаханную новь
Кидаю семена. Прошли века терпенья…
И голос мой набат, хоругвь моя, как кровь.
На буйных очагах народного витийства,
Как призраки, взращу багряные цветы.
Я в сердце девушки вложу восторг убийства
И в душу детскую кровавые мечты.
И дух возлюбит смерть, возлюбит крови алость…
Я грезы счастия слезами затоплю.
Из сердца женщины святую выну жалость
И тусклой яростью ей очи ослеплю.
О, камни мостовых, которых лишь однажды
Коснулась кровь… я ведаю ваш счет!
Я камни закляну заклятьем вечной жажды,
И кровь за кровь без меры потечет…
Скажи восставшему: Я злую едкость стали
Придам в своих руках картонному мечу…
На стогнах городов, где женщин истязали,
Я «знаки Рыб» на стенах начерчу.
Я синим пламенем пройду в душе народа.
Я красным пламенем пройду по городам.
Устами каждого воскликну я: «Свобода!»
Но разный смысл для каждого придам.
Я напишу: «Завет мой Справедливость!»
И враг прочтет: «Пощады больше нет!»
Убийству я придам манящую красивость,
И в душу мстителя вопьется страстный бред.
Меч Справедливости — провидящий и мстящий —
Отдам во власть толпе, и он в руках слепца
Сверкнет стремительный, как молния разящий…
Им сын заколет мать. Им дочь убьет отца.
Я каждому скажу: «Тебе ключи надежды.
Один ты видишь свет. Для прочих он потух».
И будет он рыдать, и в горе рвать одежды,
И звать других… но каждый будет глух.
Не сеятель сберет колючий колос сева.
Принявший меч погибнет от меча.
Кто раз испил хмельной отравы гнева,
Тот станет палачом иль жертвой палача.

       Комментарии

       Впервые опубликовано под этим заглавием в журнале «Перевал» (1906, ноябрь, № 2, с. 12-27). В указателе содержания 1-й книги «Ликов творчества» статья озаглавлена: «Пророки и мстители (1905 год)»; тот же вариант заглавия воспроизведен на титульном листе перед текстом статьи, а непосредственно перед текстом — заглавие, бывшее в первой публикации.
       Подзаголовок «Предвестия Великой Революции» придумал редактор-издатель «Перевала» С. А. Соколов. 24 ноября 1906 г. он писал Волошину: «Корректуру „Пророков и мстителей» послал <…> нельзя ли к заглавию добавить подзаголовок: „предвестия Великой Революции», — это очень важно для объявлений в газетах о содержании №» (ИРЛИ, ф. 562, оп. 3, ед. хр. 1126).
       


1 «.Весь мир осужден в жертву ~ никто не слыхал их слова и голоса». —Неточная цитата из эпилога романа Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание». Ср.: Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч.: В 30-ти т. Л., 1973, т. 6, с. 419-420.

2 …пророчество св. Киприана… — Фасций Цецилий Киприан — епископ Карфагенский, казнен во время гонения на христиан по приговору проконсула Галерия Максима.

3 «Мир близится к концу ~ до дня последнего суда». — Вольный перевод-парафраза из трактата св. Киприана «К Деметриану». Ср.: Киприан.Творения. Киев, 1891, ч. 2, с. 229-231.

4 Цецилий Лактанций Фирмиан — родился в Северной Африке, занимал кафедру латинского языка и теории ораторского искусства в Никомидии, резиденции императора Диоклетиана; обратившись в христианство, посвятил себя апологетике христианской религии.

5 «Мир подходит к концу ~ Животные станут умирать» — Вольный перевод-парафраза из книги VII «Божественных наставлений» Лактанция. Ср.: Лактанций. Творения. СПб., 1848, ч. 2, с. 128-131.

6 «Историческая драма сыграна ~ заранее известно». — Цитата из статьи В. С. Соловьева «По поводу последних событий» (1900); см.: Соловьев В. С.Собр. соч. 2-е изд. СПб.. 1914, т. 10, с. 226.

7 «Панмонголизм. Хоть имя дико ~ А уж четвертому не быть». — Приведен полный текст стихотворения; ср.: Соловьев Владимир. Стихотворения и шуточные пьесы. Л., 1974, с. 104-105.

8 «Обезьяна сошла с ума и стала человеком». — См. примеч. 8 к статье «Лица и маски» (с. 627).

9 Хилиасты — последователи хилиазма, учения о тысячелетнем царстве Христа, которое должно наступить перед концом мира.

10 «Робеспьер был оптимист ~ он требовал двухсот тысяч голов». — Цитата из авторского предисловия к «Суждениям господина Жерома Куаньяра» (1893); ср.: Франс А. Собр. соч. М., 1958, т. 2, с. 536.

11 «Голод создавал болезни ~ ужаснул мир пароксизмом своего бешенства». — В указанной книге цитируемое место отсутствует; см.: Cabanes A., Nass L. La Nevrose revolutionnaire. Paris, 1906.

12 «Мир должен быть оправдан весь, чтоб можно было жить!». — Первые строки стихотворения К. Д. Бальмонта из цикла «В душах есть все», входящего в его книгу «Горящие здания» (1900). См.: Бальмонт К. Д.Стихотворения. Л., 1969, с. 169.

13 2 сентября во дворе Аббеи… — 2 сентября 1792 г. толпами народа было совершено стихийное нападение на тюрьму Аббатства и другие парижские тюрьмы, убито множество арестованных роялистов.

14 «Пустите ко мне малых сих». — Евангельская цитата (Матфея, XIX, 14; Марка, X, 14; Луки, XVIII, 16).

15 …гласит стих Верлэна. — В действительности это несколько видоизмененные начальные слова из недошедшей до нас статьи Ш. Бодлера. Ср.: Бодлер Ш. Цветы Зла. М., 1970, с. 254.

16 «И в Канте и в Робеспьере ~ И оба взвесили честно». — Цитата из книги III философско-публицистической работы Гейне «К истории религии и философии в Германии» (1834). Ср.: Гейне Г. Полн. собр. соч. М.; Л., 1936, т. 7, с. 103-104.

17 «Идея высшего существа ~ социальна и достойна республики». — Эти слова Робеспьера приводятся в кн.: Cabanes A., Nass L. La Nevrose revolutionnaire, p. 481.

18 «В демократии народ подчинен ~ это противоречие во всей его целости». — Цитата из авторского предисловия к «Суждениям господина Жерома Куаньяра»; ср.: Франс А. Собр. соч., т. 2, с. 538.

19 «Нервность населения ~ унося с собой свои пожитки». — Вольный перевод из четвертого раздела третьей главы второго тома «Происхождения современной Франции» Ипполита Тэна. Ср.: Тэн И.Происхождение современной Франции. СПб., 1907, т. 2, с. 49.

20 «Центр Франции был потрясен эпидемией ~ конец июля и начало августа 1789 года». — Перевод (местами пересказ) из кн.: Cabanes A., Nass L. La Nevrose revolutionnaire, р. 5-8.

21 …маркиз Мирабо ~ заточавший в тюрьму своих детей… — Виктор Рикетти-Мирабо (1715-1789) — представитель древнего провансальского рода, французский экономист-физиократ, автор сочинения «Друг людей» (1756), где развивался взгляд на земледелие как единственный источник благосостояния государства. Жена Мирабо вела против него многолетний судебный имущественный процесс, в котором деятельную роль играл сын маркиза — граф Оноре Габриель Рикетти-Мирабо (1749- 1791), будущий деятель революции 1789 г., сначала защищавший мать, а затем выступивший в защиту отца; в борьбе против жены маркиз Мирабо многократно прибегал к королевским ордерам на арест без суда и следствия, благодаря которым жена и дочь заключались в монастырь, а сын переводился из одной тюрьмы в другую; перед смертью примирился с сыном, защищавшим отца в окончательном процессе 1781 г., который был выигран матерью.

22 …будущего Артевелъда или Мазаньелло… — Якоб ван Артевельде — вождь революционного правительства из представителей ремесленников и купечества г. Гента (Фландрия); Мазаньелло — сокращенное имя Томаза Аньелло (1623- 1647), рыбака, вождя плебейского восстания в Неаполе в июле 1647 г.

23 Жан-Пьер Бриссо де Варвиль (1754-1793) — политический деятель Великой французской революции, вождь ее умеренного крыла — жирондистов; казнен якобинцами.

24 Камиль Демулен (1760-1794) — деятель Французской революции; сначала поддерживал Робеспьера, затем выступил против террора; гильотинирован.

25 …Конде покровительствовал Шамфору… — Луи Жозеф Бурбон, принц Конде (1736-1818) после революции 1789 г. оставил Францию и возглавил отряды эмигрантов на Рейне. Себастьен-Рок-Никола Шамфор (1740-1794) — французский писатель, автор сборника «Максимы и мысли, характеры и анекдоты» (1795), разоблачающего жизнь и нравы высшего общества при старом режиме; при терроре был арестован, затем освобожден; опасаясь нового ареста, пытался покончить с собой; умер от ран.

26 …М-ме де Жанлис ~ Шодерлос де Лакло… — Мадлен Фелисите Дюкре де Сент-Обен, графиня де Жанлис (1746-1830) — французская писательница, была воспитательницей детей герцога Шартрского (впоследствии Орлеанского — Эгалите), среди которых был будущий король Луи-Филипп; в 1793 г. эмигрировала, вернулась во Францию при Наполеоне; во время реставрации активно выступала с литературными произведениями дидактического толка. Пьер Амбруаз Франсуа Шодерло де Лакло (1741-1803) — французский писатель, автор романа «Опасные связи» (1782), в котором изображены нравы аристократического общества накануне революции; был членом якобинского клуба, выступал за казнь Людовика XVI.

27 …Кардинал де Тенсен — Мабли… — Пьер Герен де Тансен (1680-1758) — французский церковный и политический деятель. Габриель Бонно де Мабли (1709- 1785) — французский политический мыслитель, утопический коммунист.

28 Жак Казотт (1719-1792) — французский писатель, автор романа «Влюбленный дьявол» (1772); увлекался оккультизмом; казнен по обвинению в роялистском заговоре.

29 …королю, которого везут из Варенна… — Варенн-ан-Аргонн, город во Франции (департамент Мез, округ Верден); здесь 22 июня 1791 г. бежавший из Парижа вместе с семьей король Людовик XVI был задержан и вынужден возвратиться назад.

30 Перед праздником Федерации на Марсовом поле… — Праздник в память годовщины взятия Бастилии, во время которого перед Алтарем Отечества была произнесена торжественная присяга первой Французской конституции (14 июля 1790 г.).

31 Жан Франсуа де Лагарп (1739-1803) — французский драматург и теоретик литературы, последователь классицизма; до 1793 г. был антиклерикалом и республиканцем; попав во время террора в тюрьму, вышел оттуда убежденным католиком и консерватором.

32 «Это было в начале 1788 года… — Следует перевод «Отрывка, найденного в бумагах г-на де Лагарпа» (впервые издан: La Harpe J .-F.Oeuvres choisies et posthumes. Paris, 1806, t. 1, p. LXII-LXVIII). Русский перевод «Пророчества Казотта» появился в «Вестнике Европы» в 1806 г. (№ 19), вошел в сборник «Некоторые любопытные приключения и сны из древних и новых времен» (М., 1829), отражением его является стихотворение М. Ю. Лермонтова «На буйном пиршестве задумчив он сидел…» (1839). См. новейший перевод А. Л. Андрес в кн.: Уолпол Г.Замок Отранто. Казот Ж. Влюбленный дьявол. Бекфорд У. Ватек. Л., 1967, с. 244-248.

33 Due de Nivernais — Луи Жюль Барбон Манчини-Мазарини, герцог де Ниверне (1716-1798), французский дипломат и литератор, член Французской академии; во время террора подвергался тюремному заключению.

34 …из «Девственницы» Вольтера… — Антиклерикальная герои-комическая поэма Вольтера «Орлеанская девственница» («La pucelle d’Orleans», 1735); в 1757 г. была осуждена римским папой и внесена в индекс запрещенных книг.

35 И на кишках ~ Удавим последнего короля. — В сочинениях Дидро строк, приписываемых ему Лагарпом, нет, однако сходная мысль высказана в дифирамбе Дидро «Бредящие свободой, или Отречение бобового короля» (1772). Подробнее см.: Рак В. Д. К истории четверостишия, приписанного Пушкину. — В кн.: Временник Пушкинской комиссии. 1973. Л., 1975, с. 107-117.

36 Иллюминаты — здесь: члены тайного союза мистико-теософического направления, возникшего в 1722 г. на юге Франции и существовавшего вплоть до революции.

37 Кондорсэ — Мари-Жан-Антуан-Никола Коришот, маркиз Кондорсе (1743- 1794), французский философ-просветитель, математик, политический деятель (примыкал к жирондистам); во время террора был обвинен в заговоре, арестован; в тюрьме покончил с собой.

38 Феликс Вик д’Азир (1748-1794) — французский анатом и литератор.

39 Эмар-Шарль-Мари Николаи (1747-1794) — член Французской академии; гильотинирован во время террора.

40 Бальи — Жан-Сильвен Байи (1736-1793), либеральный политический деятель французской революции, в 1789 г. был избран мэром Парижа; при терроре гильотинирован.

41 Кретьен-Гийом де Ламуаньон Мальзерб (1721-1794) — французский публицист и политический деятель, сторонник просвещенной монархии; был защитником Людовика XVI во время процесса над ним; в 1794 г. казнен по обвинению в заговоре.

42 Жан-Антуан Руше (1745-1794) — французский поэт, сторонник конституционной монархии, во время террора арестован как «подозрительный» и казнен.

43 Герцогиня де Граммон, Беатрис (1730-1794) — сестра министра Людовика XV герцога Шуазеля, погибла на эшафоте.

44 Иосиф Флавий (Иосиф бен Матафие) — иудейский историк и военачальник, во время Иудейской войны перешел на сторону римлян; важнейшее из его сочинений, написанных с проримских позиций, — «История Иудейской войны», где с подлинным драматизмом изображено разорение Иерусалима.

45 …после взятия Тюильри, 10 августа… — 10 августа 1792 г. в результате народного восстания королевская власть была низвергнута; королевский дворец Тюильри был взят, Людовик XVI и его семья — арестованы.

46 …казни Ирода и Иродиады… — Ирод Ангина — тетрарх Галилеи и Переи, сын Ирода Великого, царя Иудеи; устранив свою законную супругу, женился на Иродиаде, жене своего брата Филиппа; согласно Евангелию (Матфея, XIV, 1-12), по ее наущению казнил Иоанна Предтечу, обличавшего этот нечестивый союз.

47 …слилась с сектой Богородицы — Катерины Тео… — Катрин Тео (1725- 1794) — визионерка, воображавшая себя то богородицей, то новой Евой; с ее сектой поддерживал связь Робеспьер; арестованная по приказу Конвента, умерла после пятинедельного заключения.

48 …как Моисей, как Орфей… — Моисей и Орфей объединены вместе как вероучители: первый — давший закон народу Израиля, второй — учредивший мистическую секту орфиков.

49 …термидорианцы в докладе Бадье… — Термидорианцы — участники переворота 9 термидора (27 июля) 1794 г., ликвидировавшего якобинскую диктатуру. Марк-Гийом-Алексис Вадье (1736-1828) — французский политический деятель, с 1793 г. член Комитета общественной безопасности; 9-го термидора — один из обвинителей Робеспьера.

50 Жозеф Доминик Гара (1749-1833) — французский политический деятель, министр внутренних дел в 1793 г.

51 Тамплиеры — храмовники, члены духовно-рыцарского ордена, основанного в Иерусалиме (по преданию, бургундским рыцарем Гюгом де Пайеном) вскоре после 1-го крестового похода; орден упразднен в 1312 г. папой Климентом V.

52 Яков Молэ был сожжен ~ на том самом, месте Pont-Neuf, где теперь стоит статуя Генриха IV. — Имеется в виду конный памятник королю Франции Генриху IV (1615) работы Джованни да Болонья и Пьетро Такка, установленный в Париже на Новом мосту. О Жаке-Бернаре Моле (Molay, Molai), последнем великом магистре ордена тамплиеров, см.: Biographic universelle ancienne et inoderne. Paris, 1821, t. 29, p. 274-279.

53 Жозеф-Жером-Франсуа Лаланд (1732-1807) — французский астроном.

54 …Франклином и историком Курт де Жебелен… — Бенджамин Франклин (1706-1790) — американский писатель-просветитель, государственный деятель, ученый; в 1776-1785 гг. — посланник в Париже. Кур де Жебелен (1725-1784) — французский историк-протестант.

55 Жорж-Жак Дантон (1759-1794) — французский политический деятель, в 1792 г. после свержения монархии стал министром юстиции; был главным организатором национальной обороны, членом Комитета общественного спасения; в 1793 г. отстранен от власти, выступил против террора; по настоянию Робеспьера гильотинирован.

56 Жером Петион де Вильнёв (1756-1794) — французский политический деятель; в 1791 г. стал мэром Парижа и председателем Конвента; объявленный, как жирондист, вне закона во время террора, покончил с собой.

57 Дом Кристоф Антуан Жерль (1740 — ок. 1805) — монах-картезианец, принял участие во французской революции, примыкал к левой части Национального собрания; в 1793 г. Робеспьер выдал ему удостоверение в лояльности; с 1792 г. был связан с Катрин Тео, 17 мая 1794 г. арестован вместе с ней и всеми членами секты, после 9 термидора освобожден.

58 Шарль Луи Каде-Гассикур (1769-1821) — французский фармацевт, литератор; видимо, цитируется его книга «Гробница, или Краткая тайная история древних и современных посвященных, тамплиеров, франкмасонов, иллюминатов», вышедшая в Париже в 1797 г.

59 Регент — Филипп, герцог Орлеанский (1674-1723), регент Франции (1715- 1723) при несовершеннолетнем Людовике XV.

60 Филипп Орлеанский — Луи-Филппп-Жозеф, герцог Орлеанский (1747-1793), член королевской фамилии; во время революции принял имя «Филипп Эгалите» (Равенство); в Конвенте голосовал за казнь Людовика XVI; был гильотинирован во время террора.

61 …старый дворец тамплиеров… — Тампль, здание, заложенное в Париже в 1222 г. и принадлежавшее ордену тамплиеров; после революции 1789 г. заменило в качестве тюрьмы Бастилию; здесь был заключен Людовик XVI с семьей.

62 Жакерия — название нескольких крестьянских восстаний во Франции XIV в. (от имени «Жак» (Яков) — клички крестьян).

63 …страшные «знаки Рыб»… — В астрологической символике знак созвездия Рыб означает мученичество. Волошин характеризует «знаки рыб» как «средневековый символ тайного отмщения» (Красное знамя, Париж, 1906, № 1, с. 73).

64 Во время сентябрьских убийств ~ убивали священников. — Имеются в виду события 2-4 сентября 1792 г. (см. выше, примеч. 13). В ходе расправы погибло более 1000 человек, в их числе — 202 католических священника.

65 .. .за альбигойцев! — Альбигойцы (или катары) — ересь манихейского толка, распространившаяся на юге Франции в окрестностях г. Альбы с XII в.; в 1209 г. папа Иннокентий III объявил против нее крестовый поход, приведший к поражению альбигойцев и разорению крестоносцами юга Франции.

66 …за Варфоломеевскую ночь! — В ночь на 23 августа 1572 г. (день св. Варфоломея) в Париже по приказу короля Карла IX было предпринято массовое убийство протестантов (гугенотов).

67 За севеннских осужденных! — Имеются в виду участники восстания камизаров в Севеннах (восточная часть центрального массива Франции), выступившие против преследования протестантов в 1702 г.; движение было жестоко подавлено Людовиком XIV.

68 Мари Мориль Виро де Сомбрейль (1774-1823) — дочь фельдмаршала Франсуа Шарля Виро, маркиза де Сомбрейля, коменданта Дома инвалидов, содержавшегося в заключении после падения монархии 10 августа 1792г.; во время сентябрьских убийств дочь заслонила собой отца и умолила толпу пощадить его, однако в 1794 г. он был казнен на эшафоте.

69 …выпить стакан крови «за народ». — Ссылаясь на труды по истории французской революции Л. Блана и Ж.-Л. Комба, П. А. Кропоткин расценивает этот эпизод как «гнусную выдумку роялистских писателей» (Кропоткин Д. А. Великая французская революция. 1789-1793. М., 1979, с. 237).

70 Элифас Леви (псевдоним; настоящ. имя — Альфонс Луи Констан, 1816- 1875) — французский аббат, крупнейший представитель оккультизма в XIX в. См.: Levi Eliphas. Histoire de la magie. Paris, 1892, p. 441-446.

71 «Люди, принявшие их в себя ~ что считать добром, что злом». —Пересказ фрагмента эпилога из «Преступления и наказания» (см. выше, примеч. 1).

72 …восстал и говорит: — Далее следует полный текст стихотворения Волошина «Ангел Мщенья» (1906), впервые опубликованного (вместе со стихотворением «Голова принцессы Ламбаль (4 сент. 1792)») в апреле 1906 г. в парижском политическом и литературном журнале антисамодержавной направленности «Красное знамя», выходившем под редакцией А. В. Амфитеатрова (1906, № 1,c.72-73). Волошину удалось напечатать стихотворение и в России — в газете «Двадцатый век» (1906, 29 июня), выходившей в 1906 г. вместо газеты «Русь». В марте 1906 г. Волошин писал М. В. Сабашниковой в этой связи: «Амфитеатр< ов> вчера уверял меня, что „Русь» не напечатает „Ангела Мщенья», а если напечатает, то меня арестуют. Я что-то совершенно ему не верю. Все… буквально все принимают это стихотворение за анархический призыв. Какая слепота охватывает людей в такие эпохи!» (ИРЛИ, ф. 562, оп. 3, ед. хр. 110).

Примечания М. В. Толмачева

Максимилиан Волошин. Стихотворения. Статьи. Воспоминания современников.   Составление, вступительная статья, подготовка текста и комментарии З. Д. Давыдова, В. П. Купченко   М., «Правда», 1991   OCR Бычков М.Н.

Осторожные вопросы. Часть I

Срд, 24/10/2018 - 10:21

Frederik Hendrik Kaemmerer (1839-1902) «Времена Директории»

Анна: И прямо так и интересуетесь? Вот так вас тянет и тянет? 5 советов от Рудковской: о красоте, разводе и воспитании детей и Крем или масло: что выбрать для ухода за кожей?

Сергей Ткачев: А чего это вы так всполошились, Аннушка? Ну, просматриваю я женский форум Леди: Новый словарь отношений… Должен же я быть в курсе, какой подставы от вас ожидать? 

Анна: Нет, дамы, вы посмотрите на него! А вы, Аделаида, еще удивлялись, откуда Сергей это рецепт маски с облепихой позаимствовал! А он на дамском форуме сам сидит… и за всеми подсматривает!

Натали: Фу, Сергей, как это не типично для вас! Ну, зачем вам женские форум? Вам нас не достаточно? Или вы там что-то опять копаете? Или вас на самом деле волнуют 7 вопросов к чемпионке России по фитнес-бикини Нине Нефедовой?

Сергей Ткачев: Нет, меня вообще волнует все, чем занимаются дамы в русле навязываемой им тематики! Представьте себе, меня до сих пор волнуют женщины… даже вы. И я знаю, что если бы ту же Рудковскую как следует препарировали для этого форума, интерес женской аудитории был бы намного выше. Нечего на меня так смотреть! Там совсем другие смотрящие… вызывающие множество вопросов.

Аделаида: И когда это у вас началось?

Сергей Ткачев: Что, собственно, «это»? Началось себе и… началось… однажды. Точнее, на выборах президента России! Мы все участвовали, а я ведь не так просто цифры из башки придумывал для рейтингов кандидатов! Я социальные группы изучал!

Аделаида: И сразу понятно, к какой «социальной группе» мигом прилипли. Понятно теперь, что у вас на уме.

Сергей Ткачев: Ну, я рад, что вы меня насквозь видите, тогда и расстраиваться вам нечего. Да, все эти леди, которые там собираются, несколько моложе вас,  у них все разочарования еще впереди, а первым делом разочарования их постигнут в тех семи вопросах от фитнес-бикини, ответы на которые им предложили обсудить.

Аделаида: Все равно, вы нас разочаровали! Я думала, что вы — тонкий знаток женской души! И все это у вас сформировалось при общении с вашей сестрой, Ириной Анатольевной Дедюховой… А оказывается, вы женские форумы просматриваете. Не думала, что вас так интересует содержимое дамских косметичек.

Сергей Ткачев: И таки да! Просматриваю, потому что… не знаешь ведь, что от такой тонкой эферемерной субстанции ожидать… Увлекся, когда пытался прогнозировать, как обладательницы этих самых душ проголосуют на выборах президента России…

Натали: Ну, считайте, что больше никакой загадки в женской душе не осталось, отгадку нам Элла Панфилова нарисовала, у которой никакой души, одна жэ. 76% с гаком вашего излюбленного электората от 18+ до 30+ проголосовало за представителя важнейшей в мире профессии шпионов и… этих самых. Дальше-то что?

Сергей Ткачев: Да ничего! Прилип я там! Все они там такие… сволочные! И мужиками интересуются… Ну и… в целом там народ подобрался с огоньком. Не то что… на других форумах.

Анна: Вы представляете, дамы, он еще себе на память сканы тем для зарегистрированных посетительниц делает. А сам, наверно, зарегился каким-нибудь «лютиком»!

Дамы (хором): Фу!

Эдуардо Леон Гарридо (Eduardo Leon Garrido), 1856-1906 гг. «Кавалер на вечеринке (El Galan del Sarao)»

Сергей Ткачев: Знаете, что, голубушки?! Там и без меня куча мужичков в погонах пытаются формировать дамское общественное мнение. И уж такие лютитики-васильки цветут казалось бы на чисто женском форуме, что просто диву даешься. Какое дело подобным персонажам до чисто «девичьих» (не сказать бабских) разговоров?..

Натали: Ой, ну понятно, куда вы клоните, судя по озорному блеску ваших глаз. Если ваша сестрица, не смотря на всяческие горестные события своей жизни, не утеряла веры в нравственную природу человека, то уж вы, явно, только укрепились в своих «любви и уважении» к женскому полу. Ваша котячья натура никогда не утрачивала интереса к данному предмету. И вам лишний раз приятно убедиться и убедить окружающих в своей правоте.

Сергей Ткачев: Ну, правы вы правы …и прозорливы. Тем более, мне, как истинному гереросексуалу приятно то отношение, которое высказывают дамы по отношению к другим особям, со всяческими сексуальными отклонениями и девиациями. Не нравятся такие нормальным женщинам. Видят они червоточинку. Можно сказать, моментально улавливают.

Анна: Ой, а вам-то эти девиантные чем мешают? У вас же меньше конкурентов. Будто я не знаю, как вы любите присылать письма от имени анонимных зарубежных аристократов с возвышенными признаниями в платонической любви и совершенно бескорыстной дружбе.

Аделаида: Анна, дело прошлое! Мы этого котяру ловили не раз, не думаю, что здесь он пасется со столь же «возвышенными» целями. Сережа, поясните по девиантным!

Сергей Ткачев: Дело в том, что же является причиной, а что следствием. Хотя, и это не важно. Когда девиантные дорываются до власти, где их и быть не должно, то проблемы создаются всем представителям нормы.

Анна: Ой, это пресловутое «После нас, хоть потоп!»

Сергей Ткачев: Да, Аннушка, вы сейчас вполне вовремя дали историческую ссылку. Ведь государство — это то, что должно гарантировать историческую судьбу нации, следовательно должно думать о будущем и будущих поколениях, то есть срок жизни должен быть больше человеческой жизни. И планы должны быть перспективные. А существо, не способное по своей биологической природе дать продолжение рода и ставящее во главу угла собственное удовольствие, заведомо о таких перспективах не задумывается. Отсюда и этот ограниченный эгоизм паразита, разрушающий государство.

Натали: А женщины по своей природе заточены на будущее, на продолжение рода. Соответственно они интуитивно воспринимают любого, кто это будущее не поддерживает, не работает на него, весьма негативно. Возможно, даже, не осознавая природу своего неприятия.

Сергей Ткачев: Вот-вот… Именно в этом ключе интересно посмотреть на этот чисто баб…, пардон, дамский разговор. И вовсе не из интереса к их косметичкам! Можно сказать, завис я там… в поисках справедливости… Да-да, не удивляйтесь! Ведь как и говорила моя сестрица, высшей целью искусства является справедливость! А это означает… что искать ее надо именно на женских форумах, где дамы работают над собой, ну… чисто чтобы восстановить справедливость в отношении себя. Запутался я чего-то…

Анна: Понятно! У нас вы тоже решили искать справедливости?

Сергей Ткачев: Да, безусловно! И каждый раз ее получаю, когда Аделаида сумки вытряхивает!

Анри Гиллард Глиндони «Справедливость»

 

19 марта 10:17,, Главная страница комьюнити

Смотрю новости на майл: как Кабаева выборы посетила. Интересно: а по закону за мужа можно голосовать?

Девочка Лета Тема закрыта Валькирия Рейн А она замужем? Ольга Журавлева В ответ на Валькирия Рейн.  Народ требует что бы она вышла за ВВП))) Как они сами хотят — никого не интересует))) Валькирия РейнВ ответ на Ольга Журавлева  Ну да.Тем более,что и ориентация лидера под вопросом. Ольга Журавлева В ответ на Валькирия Рейн.  Мда, ориентацию вы то каким образом проверяли? Уже никак нельзя без подобного д э б и л и з м а прожить?)) Валькирия Рейн.В ответ на Ольга Журавлева

Если человека не тянет к женщинам,то он ,значит,либо полный импотент,либо гей,либо извращенец.

Девочка ЛетаВ ответ на Валькирия Рейн.

откуда вы знаете к кому его тянет?

Валькирия Рейн.В ответ на Девочка Лета

Вы не можете это опровергнуть.Он повод не дал.

ivlanaВ ответ на Валькирия Рейн.

Он дал повод думать, что он гей?

Валькирия Рейн.В ответ на ivlana

Очень даже дал повод думать о девиациях в его сексуальных предпочтениях.И НЕ дал повода думать о его традиционной сексуальной ориентации.

ivlanaВ ответ на Валькирия Рейн.

наверное, он «давал» …повод…лично Вам, под бооольшииим секретом!!!

Валькирия Рейн.В ответ на ivlana

Он его продемонстрировал всем думающим людям.

НаталиЯ✔В ответ на Вал