Научно-технический портал «Технарь»

Вокруг нового налога на сверхдоходы горнодобывающих компаний разворачивается борьба за принцип его расчета. Государство намерено облагать дополнительные доходы, возникающие благодаря росту мировых цен на сырье. Бизнес настаивает на налогообложении сверхприбыли. За этим спором стоит принципиальный вопрос: что считать базой налога — выручку, которую трудно скрыть, или прибыль, которую можно скорректировать с помощью бухгалтерских механизмов? И почему под новые изъятия попадают добывающие компании, тогда как банковский сектор с его триллионными прибылями остается в стороне? 29 октября Госдума одновременно с бюджетом приняла в первом чтении законопроект № 618-9, предусматривающий введение налога на сверхдоходы горнодобывающих компаний в 2027–2029 годах. Механизм построен на разнице между средней мировой ценой сырья в рублевом выражении в текущем году и средней ценой 2026 года. При этом базовую цену 2026 года для расчетов в 2027 и 2028 годах предполагается увеличивать с применением коэффициентов 1,1 и 1,21 соответственно. Минфин России рассчитывает получить за три года 683 млрд рублей. Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) оценивает возможные изъятия значительно выше — примерно в 1,1 трлн рублей. Впрочем, эта оценка, скорее всего, завышена и сама по себе может быть частью переговорного торга между бизнесом и государством. Показательно, что нефтяная, газовая и угольная отрасли из-под действия нового налога выведены. Основная нагрузка приходится на другие сегменты добывающей промышленности. Второе чтение законопроекта назначено на 19 ноября, и именно к этому моменту стороны рассчитывают согласовать условия будущих изъятий. Глава РСПП Александр Шохин обозначил позицию крупного бизнеса: компании готовы поддержать бюджет налогом со сверхприбыли, но выступают против налогообложения сверхдоходов. Логика этого возражения состоит в том, что увеличение мировых цен автоматически повышает выручку, но не обязательно делает компанию прибыльной. Предприятие может одновременно демонстрировать рост доходов, иметь значительную долговую нагрузку и оставаться убыточным.После встречи 3 ноября с председателем бюджетного комитета Госдумы Шохин сообщил, что основания для оптимизма появились. По его словам, ко второму чтению законопроект предполагается доработать таким образом, чтобы новый налог не затронул убыточные и низкорентабельные предприятия. Однако за спором о справедливости налоговой нагрузки скрывается и другая проблема — насколько государство вообще способно контролировать реальную прибыль крупнейших корпораций. Как объясняет источник, прибыль остается одной из наиболее гибких величин в корпоративной отчетности. Ее можно сокращать с помощью трансфертного ценообразования, внутригрупповых сделок и других бухгалтерских механизмов. Именно поэтому налоговая система все чаще ориентируется на показатели, которые сложнее изменить внутри корпоративной отчетности, — цену сырья и выручку. На таком подходе основаны механизмы НДПИ, демпфера и экспортных пошлин. При этом, отмечает источник, у менеджмента крупных компаний, особенно при наличии силовой поддержки, сохраняется множество возможностей скрывать прибыль. Но у ценового механизма есть собственный принципиальный недостаток. Он не учитывает реальные затраты предприятий, долговую нагрузку и влияние валютного курса. В условиях войны и многочисленных санкций все эти параметры способны существенно меняться. В результате дополнительные налоговые обязательства могут возникнуть даже там, где рост мировых цен не привел к сопоставимому улучшению финансового положения компании. Среди главных компаний, которых затронет новый налог, — «Норникель», производящий медь, палладий и платину, а также крупнейшие золотодобытчики: «Полюс», УГК и «Селигдар». Однако положение этих предприятий различается. Как отмечает источник, золотодобывающие компании отличаются высокой рентабельностью и, вероятнее всего, смогут выдержать дополнительную налоговую нагрузку. С «Норникелем» ситуация сложнее. Медь в последнее время дорожала, однако цены на палладий и платину снижались. Таким образом, даже внутри одной компании ситуация на сырьевых рынках неоднородна, а значит, и последствия нового налога могут оказаться различными. Отдельный вопрос в этой истории — отсутствие банковского сектора среди потенциальных плательщиков нового налога. На это обратил внимание экономист Никита Кричевский. По его оценке, в предлагаемых схемах изъятия сверхдоходов банки вообще не учитываются, хотя их доходы продолжают расти. Центробанк повысил прогноз прибыли банковского сектора до 3,9–4,4 трлн рублей, несмотря на просадку по облигациям федерального займа (ОФЗ). Значительная часть банковских заработков связана с высокой ключевой ставкой и государственными программами, в том числе льготной ипотекой. Получается, что государство намерено дополнительно облагать доходы добывающих предприятий, зависящие от мировой ценовой конъюнктуры, но не распространяет аналогичный подход на банки, зарабатывающие в том числе благодаря условиям, формируемым государственной политикой. Источник объясняет эту избирательность несколькими обстоятельствами. Государство получает дивиденды от госбанков, налог на прибыль уже повышен для всех компаний, а банковская система необходима как источник кредитования экономики. Однако итоговое распределение нагрузки от этого не меняется: дополнительные изъятия предлагается возложить на экспортно ориентированную добывающую промышленность, тогда как банковский сектор оказывается выведен из-под удара. По оценке источника, наиболее вероятный исход переговоров — сохранение ценового принципа налогообложения при одновременных уступках крупному бизнесу. Предполагается, что от нового налога освободят убыточные и низкорентабельные компании. Не исключено также, что исключения распространят на участников специальных инвестиционных режимов. Таким образом, государство сможет сохранить механизм, позволяющий рассчитывать налог исходя из мировых цен на сырье, а бизнес — добиться ограничений, защищающих компании с наиболее уязвимым финансовым положением. Тем не менее основная нагрузка, вероятнее всего, сохранится для «Норникеля», золотодобывающих и медных компаний. Дополнительные налоговые изъятия могут привести к сокращению их инвестиционных программ и дивидендных выплат. Но последствия этой истории выходят далеко за пределы нескольких горнодобывающих предприятий. Для остального бизнеса новый налог становится очередным сигналом: государству не хватает денег, и практика точечных изъятий, по всей видимости, продолжится. Даже если нынешний законопроект будет смягчен ко второму чтению, сама перспектива новых налоговых требований способна ослабить готовность компаний вкладывать средства в долгосрочные инвестиции.
https://t.me/russicaRU/70859

Ирина Дедюхова

Вы никак не понимаете... Обязанность государства вообще-то в том, чтобы никто не получал такие "сверхдоходы", особенно на всем перечисленном.
Это вообще не "налоговая база", а состав обвинительного заключения по уголовке. Хоть немного правовое мышление надо проявлять.
Что касается Минфина... ну, там давно такое не лечится. Ебнутые и неграмотные, абсолютно аморальные.
И как у них само налогообложение устроено? Только расчетами "получить"? А на какие счета? На какие цели?
Ну и... главное нет понимания, что такие контейнеры вообще нельзя создавать, если хочешь хоть чем-то управлять хотя бы в собственной жизни. Нравственных основ вообще никаких.