«Кто скажет что-нибудь в защиту зависти? Это чувство дрянной категории, но все же надо войти в положение посетителя.»

Нет мы в положение посетителя входить не будем, правильно вы подметили,
надо выводить его на чистую воду, словом будем выводить.

«— Дважды хотели задержать, в Скатертном и здесь, на Бронной, да я махнул через забор и, видите, щеку изорвал! — тут Иван Николаевич поднял свечу и вскричал: — Братья по литературе! (Осипший голос его окреп и стал
горячей.) Слушайте меня все! Он появился! Ловите же его немедленно, иначе он натворит неописуемых бед!»(с)

http://www.duel.ru/200921/?01_5_1

«Не столь уж важно, как этим исключительно умным, со справкой о расовом превосходстве, насолили Сталин или Генри Форд.»

«Ну а люди, которые на протяжении веков думали только о том, как устраивать наипакостнейшие пакости..»

Вот эти две фразы можно проиллюстрировать еще одной исторической личностью,
которая им тоже насолила так, что евреи старательно стирают её достоинства
из истории, как всегда ложью. Методики евреев не меняются, с течением времени,
о чем неоднократно писалось в этом блоге.
Это Великий инквизитор Томас Торквемада. Выдержки из газеты «Дуэль»:

Ложь:С подачи Торквемады короли проводили политику полной нетерпимости к инакомыслящим, в особенности евреям и марранам. Были введены сертификаты «чистоты крови», по которым человек, имевший в предках евреев, не мог занимать ряд государственных должностей.

Ложь: В 1485 году в Арагоне вспыхнуло восстание против террора инквизиции. Его возглавили молодые дворяне из лучших семей, занимавшие высокие посты в королевстве.

Ложь:Но и на этом Торквемада не остановился. Ненависть заставила его пойти дальше. В 1492 году, после завоевания Гранады и завершения Реконкисты, под его влиянием королева Изабелла и король Фердинанд издали указ об изгнании евреев из всех своих земель. Последствия были ужасными. Испанию покинуло более четверти миллиона людей. Но изгнание ударило не только по евреям — страна опустела, ее отставание от других европейских государств увеличивалось с каждым годом, потому что инквизиция уничтожила в первую очередь интеллектуальную элиту, представленную преимущественно марранами.

Правда:Кстати, к евреям, как к народу, Торквемада тоже относился без малейшей неприязни. Он видел своих идеологических противников в иудеях, но это не то же самое, что евреи.

МАРРАНЫ, СПРАВКА

Марраны — это те, кого у нас зовут выкрестами. Слово грубое и резкое, воспитанный человек предпочел бы ему политкорректное «крещеный еврей». Однако кличка «марран» имела четкую презрительную окраску и куда более презрительную, нежели «выкрест». А изобрели ее вовсе не христиане — нет! Ее приклеили евреи, выразив отношение к отступникам от иудаизма.

Погромы в испанских королевствах были не в диковинку. Самый крупный произошел в начале пятнадцатого века, когда за одну ночь погибло едва ли не пять тысяч человек. После того погрома многие евреи, опасаясь за жизнь, перешли в христианство.

Правда: Сертификат «чистоты крови» был введен в употребление задолго до рождения Торквемады. Это был документ, подтверждающий, что в предках человека не было марранов, мавров и еретиков — до прадеда включительно. Без такого сертификата человек не мог занимать ряд церковных должностей. Именно церковных.

Этими сертификатами католическая церковь защищалась от богатых и оборотистых выскочек-марранов. Как может человек, в чистоте намерений и помыслов которого нет уверенности, стать пастырем?

Без такого сертификата человек мог занимать практически любой государственный пост (особенно до изгнания евреев). При известной изворотливости (допустим, с личного позволения Папы) — марран мог сделать и духовную карьеру. Все-таки мог.

Став королевой, Изабелла проводила очень жесткую политику. Она получила разоренную страну, где люди давно даже слово такое — «закон» — позабыли. Юной королеве пришлось и хитрить, и изворачиваться, и вступать в самые неожиданные союзы, и воевать. Изабелла приняла новый уголовный кодекс, крайне жестокий, грозивший членовредительством и смертью за ничтожные преступления, и поручила эрмандаде — городской милиции — следить за его исполнением. Результат превзошел все ожидания: в считанные месяцы прекратилась чеканка дурной монеты, разбойников вывели, уровень городской преступности резко упал. Опираясь на эрмандады, Изабелла одного за другим подчинила всех своевольных грандов, приказала срыть более полусотни замков, запретила строительство новых частных укреплений, вернула в казну все пожалования, сделанные ее братом, наладила поступление налогов…

Но чем больше проблем решала юная королева, тем ясней за ними виделась другая: религиозная раздробленность всех королевств Испании. Королеве несколько лет доказывали необходимость введения в стране инквицизионных трибуналов, ибо положение с марранами становилось невыносимым. Им принадлежала львиная доля богатств в стране, они занимали высшие посты (у короля Фердинанда Арагонского казначей был марраном), они перемешались со знатью, породнившись со всеми крупными семьями, и, что крайне неприятно, позволяли себе слишком много религиозных вольностей, уверовав в свою безнаказанность.

Была и еще одна заинтересованная сторона, которая старалась держаться в тени. И сторона эта — итальянские, преимущественно генуэзские, банкиры. Испания казалась им перспективным рынком, но чтобы завладеть им, нужно было вытеснить марранов и евреев. Оказав финансовую поддержку королям, генуэзцы доказали, что без марранов можно обойтись.

Первый инквизиционный трибунал расформировали за проявленную жестокость — около трехсот жертв всего за полгода. По рекомендации королевы Изабеллы Великим Инквизитором был назначен Торквемада.

И первое, что он сделал, — ввел очень четкую бюрократическую инструкцию, регламентировавшую деятельность трибуналов.

Торквемада ничего не изобретал. Все методы, которые при нем использовались инквизицией, были опробованы на практике задолго до его рождения. Даже квемадеро изобрел не он, а севильский губернатор, которому не хотелось возиться с отдельным костром для каждого грешника.

Перед Торквемадой при назначении на должность Великого инквизитора поставили определенную задачу: привести все трибуналы к единому виду, организовать их совместную работу, дать единообразное оформление всем этапам инквизиционного процесса и выстроить четкую структуру.

Королева знала, кого назначать. Торквемада с задачей справился блестяще.
А разгадка успешности была проста: Торквемада сам не брал взяток и другим не позволял.

ИНКВИЗИЦИЯ

Название этого института происходит от латинского «расследую». Его создание обусловлено распространением различных ересей.

Как ни удивительно, наибольшее раздражение у обличителей инквизиции вызывал элемент, нам кажущийся естественным и разумным, — тайна следствия. Между тем, именно введение тайны следствия стало первым ударом по коррупции. Не зная обвинителя и свидетелей, богатый преступник не мог ни подкупить их, ни запугать. Он мог, конечно, подкупить инквизиторов… но это уже заслуга Торквемады, что инквизиторы стали практически неподкупными.

Склонности к чинопочитанию Торквемада был начисто лишен. Титул, статус, должность преступника для него не имели никакого значения. Перед законом все равны.

Он не издавал новых законов. Он всего лишь заставил работать старые.

В 1485 году в Сарагосе (Арагон) возник заговор. Молодые дворяне марранского происхождения увидели в учреждении трибуналов реальную опасность для себя. Метод борьбы был выбран, видимо, привычный: устроить такой террор, чтобы инквизиторы боялись сунуться на «их» территорию.

Чтобы их не выдали, они обошли всех до единого марранов и евреев в провинции, и с каждого взяли определенную сумму на «благое дело» (это к слову о невиновности большинства марранов). Собрали 10 000 реалов. На эти деньги дворяне снарядили отряд наемников и напали на двух инквизиторов. Нападение закончилось неудачно: эскорт инквизиторов — а их сопровождали члены эрмандады — разогнал наемников. Тогда дворяне решили действовать сами. Они подстерегли одного из инквизиторов, Педро Арбуэса, в церкви. В храм запрещалось проносить оружие. Инквизитор это правило соблюдал, дворяне им пренебрегли и легко одолели безоружного. Это, к слову, о склонности марранской знати блюсти законы божеские и человеческие.

Известие о гибели инквизитора привело к мгновенному восстанию. Да, но не против трибуналов! Народ поднялся против марранов, осквернивших храм!

Зачинщиков нападения арестовали и казнили. Казнили как мятежников, а не как еретиков — король Фердинанд рассудил, что сопротивление его воле достойно кары в большей степени, нежели осквернение храма. Казнь была такой, что приговоренные, думается, предпочли бы костер.

Через три месяца после завоевания Гранады королева Изабелла и король Фердинанд издали указ об изгнании евреев. Ничего нового, истинно испанского в этом не было — евреев регулярно изгоняли, наверное, из каждой европейской страны.

Место марранов и евреев заняли итальянцы. Их тоже не очень-то любили, но они по крайней мере были христианами и жили вполне открыто.

Можно долго спорить, насколько страшно отразилось изгнание евреев на культуре и экономике страны. В действительности — практически никак. Разорила же Кастилию не инквизиция, а затяжные войны в Италии, Германии, Нидерландах, Англии…

Торквемада до самой смерти пользовался огромной любовью в народе. Эскорт, навязанный ему королевой, напуганной восстанием в Сарагосе, Торквемаду раздражал. Народ считал Торквемаду человеком очень милосердным. Нетерпимым к греху — да. Но добрым к людям. Самое малое шестьдесят лет после его смерти, несмотря на ошибки его преемников, Торквемаду в Кастилии почитали едва ли не как святого.

В двадцатом веке католическая церковь признала его преступником. Доминиканский орден отрекся от него, посмертно исключив из братства.

Торквемаду считают одним из величайших злодеев мира, ставя в один ряд с Гитлером.
————

Евреи, современные даже не понимают, что работают по одной схеме, о каком уме
можно вести речь, когда у них только инструкции вместо мозгов.

Вот она, ключевая идея: «Своей книгой он доказывает, что все пакости, которые мы видим от “выдающихся интеллектуалов совремённости” – вытекают лишь из нашей безнравственности. Стоит лишь проявить собственное нравственное начало – и все эти “протоколы” бессмысленны.»

Ну а люди, которые на протяжении веков думали только о том, как устраивать наипакостнейшие пакости, без сомнения не способны ни к чему продуктивному. Даже термин такой есть — криминальное мышление.

Похоже, «знаток» «подзабыл» труды своего соплеменника Екклесиаста:
«Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь»(с).
Что, в общем-то, неудивительно. В момент, когда зудит хотелка блеснуть «звездой», слишком уж «контрпродуктивна», «невыгодна» эта мысль. Хоть и в целом верна.