Думал над этим и вот теперь дошло. Согласен Ирина Анатольевна, что вы правы про общественно-опасное деяние, когда мы это слышим из уст высоких иерархов. О них, о их семье, их качествах и говорить нечего. Не важная это тема. А важно то, что они говорят и делают. Таким образом происходит влияние на общество. Этим особенно страшна клевета на общественном уровне.

Ведь и борьбу с экстремизмом теперь можно рассмотреть в рамках закона о клевете. Интересно, что людям, открыто занимавшимся подрывной деятельностью, но в столице, где как раз и следует рассматривать любые радикальные проявления в рамках ст. 282, поскольку само столичное ПМЖ этих граждан уже несет в себе определенную опасность государственному строю — как раз по этой статье не квалифицируются, все это стараются перенести в провинцию, задушить остатки свободы слова именно в провинции. Столичные «деятели» при этом выступают в качестве провокаторов.
К примеру, пусси, оравших в ХХС «срань господня» — никто и не думает припаять ст. 282, а провинциалу из Карелии приходится тикать от психушки, поскольку за статью о православном служении в Карелии на него мигом возбудили ст. 282. И аналогий — множество! Хотя само пребывание этого гражданина в Карелии — начисто уничтожает любую опасность его заявлений для государственного строя.
С другой стороны, дававшие свои заключения эксперты, которым «показалось», что некие «радикальные элементы» что-то могут не так «истолковать», — по прошествии определенного времени должны доказать, как и где этими «радикальными элементами» были «истолкованы» прозвучавшие заявления. И, в конце концов, эксперты должны ответить за свою клевету на отдельных людей и на все общество. А судьи должны ответить за то, что частное (оплаченное) мнение, которое по закону об экспертизе не могло быть отнесено к доказательствам — было ими принято прямым доказательном вины, обвиняемых по ст. 282.

И уверена, что этим все и закончится. И знаете, почему? Потому что видела, как коробит многих людей, когда они начинают понимать, что же сами с собой делают собственной душой — клеветой, будто не делают «ничего особенного», если затравят какого-то гражданина в провинции.

Проблемы с клеветой, с ложью, разъедающей душу, у нас действительно очень серьезные. Просто депутаты немного просчитались, полагая, что сами они и дальше будут лгать безнаказанно, а вот все другие — понесут именно уголовное наказание.

…Я песню Градского привела, поскольку меня давно смешит один факт. Сколько я не была на юбилеях разного рода «заслуженных деятелей нашей эпохи», там непременно звучала она и еще… романс «Белой акации гроздья душистые». Смотришь, как бюджетный вор, предававший и лгавший на каждом шагу — начинает душевно шмыгать носом при этих сладких звуках, так не по себе становится. Я считаю, что надо этих граждан предоставить самим себе. Пусть они той частью души, которой надо непременно подвыть со слезой «первый тайм мы уже проиграли» — сами с собой объясняются. Ведь пока не предусмотрено уголовного наказания — «за клевету самому себе про себя-любимого».